Люба заскочила в избу к бабе Наде.
- Ты чего, стрекоза, прискакала? - спросила бабушка, выглядывая из кухни. - Случилось что с Захаром или его работниками, али Васька из подпола выбралась?
- Нет, там вроде всё нормально. Баба Надя, как определить, тот ли человек из Нави вернулся или кто-то другой? - поинтересовалась Люба.
- А чего такие вопросы, что-то тебе показалось?
- Да Захар меня с толку сбил, говорит, что я в Нави совсем другая была, не такая, как в жизни. Вот думаю, а вдруг Захар - это вовсе не он, а кто-то другой, а я перепутала всё, - выпалила Люба.
- Я тебе кое-что скажу. Такие, как мы, кто может ходить туда и возвращаться обратно, видят человеческую душу как в Яви, так и в Нави. Вот ты как поняла, что это Захар там?
- Ну не знаю, - пожала плечами Люба.
- Ты в лицо к нему заглянула? - спросила бабушка.
- Нет, просто увидала, что Захар сидит, и всё.
- Вот ты как только его увидала, то сразу поняла, что это он. Это чутье у нас такое.
- Ясно, - нахмурилась Люба.
- Чего бровки насупила? - спросила баба Надя. - Чего-то не поняла?
- Всё поняла. Зря только тебя потревожила.
- Не зря, - помотала головой баба Надя. - Это хорошо, что у тебя вопросы есть, надо спрашивать, и стесняться тут нечего.
- А правда, что ты меня на свое место готовишь? - спросила Люба.
- Это как получится, как судьба твоя сложится, - ответила баба Надя. - Я многих обучала, да только никто не остался.
- А Лена, которая Кикимора, тоже наша родственница?
- Да, тоже наша кровь течет в ее венах.
- Как интересно.
- Еще вопросы есть?
- Наверно есть, но пока я их не помню, - улыбнулась Люба.
- Ну как вспомнишь, так забегай. Ты сейчас куда, домой? - спросила баба Надя.
- Нет, к Лешему забегу, его тетушку Калину проведаю, ну и на бабу Лену посмотрю, а то же всю ночь около вас сидели. А они уже в возрасте.
- Не тревожь их пока, скорее всего, спят они, - сказала баба Надя. - Если приболеют, то либо меня позовут, либо тебя.
- Ну хорошо, не надо так не надо. Тогда я на работу и потом домой, - кивнула Люба.
- Беги, стрекоза, - улыбнулась бабушка. - Мать-то тебе не звонила?
- Да звонит иногда, всё у них нормально. Переживала, как мы тут в воде живем, звала к себе. С бабушкой иногда созваниваюсь, тоже вся испереживалась. Дядька купил себе квартиру, теперь там ремонт делает, дома практически не живет. Вот нас к себе звала, говорит, скоро комната освободится и можно жить.
- А ты? - спросила баба Надя.
- А я чего? Да ничего, у меня тут целый свой дом, вот только удобств нет, но зато никому мы не мешаемся, и что хотим, то и делаем, и тут у меня работа и торчать на одном месте не надо.
- А то, что место такое, не смущает?
- Если бы смущало, то давно бы уехала, - ответила Люба. - Ладно, побежала я, а то дома практически не появляюсь.
- Беги, голубка.
Люба выскочила из дома бабы Нади и направилась в ФАП. Там ее встретил Яромил.
- И когда у нас эта Венеция закончится, - ворчал он под нос, затаскивая лодку на сухое место.
- Я Живу утром просила, может услышит меня, - сказала Люба.
- Может и услышит, - кивнул он. - Я вот избу протопил уже. Новости мне последние расскажешь? Говорят, Васька нашлась.
- Нашлась, - ответила Люба. - И сама нашлась, и тело ее нашли, и всё это в одну кучку соединили. Вот только не совсем удачно. Она силы выпила из бабы Нади, Люши и Захара. Правда, из него прихватила еще и болячку.
- Вот поди ж ты, как оно бывает. Я помню Василису, сурьезной барышней была, всё разные травки-муравки собирала, да ходила за бабой Надей хвостом. А уж как мы тело ее искали всей деревней, не передать словами. Думали, какой городской мужик ее уволок на потеху.
- Не мужик, а Макаровна ее к себе в подпол утащила.
- Наверно, на нее болячки разные сбрасывала, - предположил Яромил.
- В смысле, болячки сбрасывала? - не поняла Люба.
- Так некоторые ведьмы так делают – болячку берут чужую и на живое скидывают, кто на петуха али на курицу, а кто и на человека. Всё зависит от самой болячки. Вот наверно, Макаровна и утащила ее для этих целей.
- Это получается, что Василиса вся больная и не только от Захара рак в ней сидит?
- Да я почем знаю, это я так предположил. Может, Макаровна научилась потом с нее эту скверну убирать.
- Дед Яромил, а расскажите мне про жаб, которые лежачим больным подселяли, - попросила Люба.
- Об этом у своей бабы Нади спрашивай, я не знаю. Макаровна такое делала, и Надежда. Специальную жабу для таких целей выращивали, а потом подсаживали больному. А чего тебя это так интересует? - спросил он.
- Так вещь-то, по идее, неплохая, - задумчиво сказала Люба. - Облегчает родственникам заботу о паралитике.
- Ну, наверно, тебе видней, я тут ничего сказать не могу, да, - согласился он с ней.
Люба села за стол и стала заполнять карточку да вводить данные в программу. Также посмотрела, как там дела у жены Николая. В данных было написано, что ей сделали операцию и сейчас она получает лечение. Да всего несколько дней прошло с того момента, как Люба ее в больницу провожала, а кажется, что столько времени прошло. Про Юру вспомнила, как он там все это пережил. Не успела она все внести, как позвонил ей Семен.
– Приветствую тебя, Любовь Петровна, как твои дела? – спросил он.
– Доброго дня, Семен Александрович, нормально живем. Как там ваша доченька? Пошла?
– Нет, я насчет нее и звоню. Не смог до твоей бабушки дозвониться.
– А она, наверно, спит, ночь сегодня тяжелая была, - ответила Люба.
– Опять кого-то из Нави вызволяла?
– Можно и так сказать, - не стала вдаваться в подробности Люба, - Вы приехать к нам хотите?
– Да хотелось бы, но ведь вода вокруг деревни стоит.
– Стоит, - согласилась Люба.
– Может, я до воды с дочерью доеду, а там меня кто-нибудь встретит? – спросил он.
– Ох, ничего я вам сказать не могу. Об этом лучше с бабушкой разговаривать, что она скажет, - покачала головой Люба.
– Я понял, позвоню чуть позже.
– К вечеру ближе звоните, - ответила она.
– Договорились, - согласился Семен, - А ты не знаешь, где у вас можно будет остановиться? Там же или как?
– Все к бабе Наде. Дома свободные все заняты, но она, может, и найдет, где вас с дочкой разместить.
– Ну ладно, разберемся по ходу пьесы, главное, чтобы дочери помогла, а жить я могу и в бане, и в летней кухне. Дома у вас пока не затапливает?
– Пока нет, - сказала Люба.
– Ну и слава Богу, хоть вода не тронула вас. А то же все поселки и деревни в вашей стороне под водой стоят. Ладно, Любовь Петровна, ты бабушке про нас скажи, а я вечерочком ей звякну, - вздохнул он.
– Мы уже не живем вместе, если увижу, то скажу, а звонить я ей не буду, не хочу тревожить.
– Как скажешь. Всего доброго.
– И вам крепкого здравия, - ответила Люба.
Она сбросила звонок и отложила в сторону телефон.
– Я же тебе говорил, что он еще появится, - хмыкнул Яромил, - Надо было с Надеждой вовремя рассчитываться. Профукал все сроки, вот и получил.
– Чего теперь сделаешь, - пожала Люба плечами.
– Девчонку только жалко.
– Может, баба Надя поможет, - кивнула она.
– Будем на это надеяться.
Люба углубилась в свои записи, проверила, правильно ли она все внесла. Вспомнила, что у Николая болел сын, а она к нему так и не пришла в последние дни, и он сам его не привел.
– Ох, голова моя садовая, - вздохнула она, - И пациентов по пальцам пересчитать, и не помню про всех.
Она положила все, что нужно, в сумку и направилась к Николаю. Подъезжая на лодке к его дому, Люба услышала дикие вопли – орала Юля на всю округу. Костерила на чем свет Николая, обзывала его самыми последними словами, видать, срамная болячка активизировалась. На завалинке сидел дед Степан и что-то вытачивал из деревяшки.
– Доброго дня, Степан Митрич, - поприветствовала его Люба.
– Доброго, Любушка. Какими судьбами к нам?
– Да вот про вашего мальчонку совсем забыла. Как он там?
– Да, как говорится, чего ему будет, выздоровел уже давно, вон бегает довольный и счастливый? - кивнул он в сторону дома.
– Ага, счастливый, - хмыкнула Люба, - Мать-то в больнице, а тут чужая тетка парадом командует.
– Ничего, выпишут ее скоро, домой вернется, и дети счастливы будут.
– А она сама счастлива будет?
– Да кто же ее, бабу, про счастье спрашивает? – удивился дед Степан.
– А баба не человек? – усмехнулась Люба.
– Так у бабы какое счастье-то? Чтобы все живы да здоровы были, сыты, обуты, одеты, чтобы мужик был доволен, вот и все бабье счастье. Ну кому еще цацки с тряпками полный сундук крупицу счастья добавляет.
– Да уж, как вы хорошо о нас отзываетесь, - покачала головой Люба.
– Это опыт и прожитые годы, - кивнул Степан.
– Н-да, - хмыкнула она, - Пойду я все же мальчика осмотрю.
- Ты пока в дом не ходи к ним. Они ругаются там. Я сам внука позову. Посиди тут, подожди.
Дед Степан отложил в сторону свое ремесло и направился в дом.
Автор Потапова Евгения