Начало. Глава 1
В последний час возле умирающей женщины оказался только ее муж, Зиннур. Он влил ей в рот ложку воды, видя, как она облизывает сухие губы. Последнее, что увидела Ракия, уходя из жизни, лицо любимого мужа и восходящее солнце, в раскрытом настежь окне
Пока мужчины рассуждали о цветочках, Сания с дочкой приготовили ужин. Алиса достала из пакета огурцы малосольные, хрустящие, с хреном и чесноком, сало копченое, чуть розоватое с прослойками мяса, порезала не тонкими кусками, чтобы откусить, так откусить.
Сания картошку молодую сварила, не поленилась обжарить лук на сливочном масле, и сдобрить этим делом картошечку, да еще укропчиком мелко нарезанным, ее, родную, посыпала. Хлебушек ржаной порезала, выложила на блюдо, застеленное холщовой салфеткой.
Ароматы жареного лука, соленых огурцов донеслись и до мужчин. Евгений почесал нос
- Хм, огурчиками пахнет, может мы, того, грамм по сто, под огурцы?
- Нет, Жень, не получится, нам сегодня в гостиницу надо. У тебя тут хорошо, но не очень комфортно. Когда устроишься основательно, кроватей понаставишь, тогда будем подолгу гостить.
- Понимаю, не спорю, неустроенность еще большая. Не хочется абы что в новый дом покупать. Ладно, пойдем, а то никак про нас забыли, ужинать не зовут.
Алиса, расставлявшая тарелки и приборы, обернулась к мужчинам
- Как раз вовремя, садитесь, мама сейчас придет. Она ушла за тетей Валей и Лилечкой. А вот и они!
Виктор оглянулся, да эффектная женщина, няня Лилечки. Высокий лоб, брови вразлет, серовато-зеленые глаза, тонкая кожа. Не красавица, но очень даже привлекательная дама. Интересная.
Одета необычно для простой няни. Шелковая туника, яркие шальвары, платок шелковый на голове. Ох Женька и жук! Няня, говорит, ну-ну, посмотрим, скоро ли няня Лилечки превратится в маму.
Валентина передала девочку отцу, сходила на кухню, принесла для нее овощной супчик, котлету на пару.
- Давайте мне ее, Евгений Борисович, я покормлю.
Девочка потянулась к няне, протянув к ней руки. Валентина забрала ее, села, посадив на колени, дала в руки десертную ложку. Валентина кормила ее с ложечки, Лиля старалась есть сама, не получалось набрать в ложку суп, но она упорно тащила в рот ложку.
Сания залюбовалась девочкой
- Жень, какая прелесть твоя Лилечка. Упорная будет, с характером. Ну, так и будем наблюдать, как кормят Лилю? Давайте, дорогие, накладывайте картошечку, ешьте, пока горячая. Разносолов не готовили, чем богаты, тем и рады. Все свежее, все с рынка.
Ничего, сегодня огурцы с рынка, глядишь, через год у Евгения Борисовича свои овощи нарастут. Жень, придется тебе садовника нанимать, участок-то большой!
- Да, тьфу на тебя, Саниюш! Только объяснял твоему любезному мужу, что нетронутая будет земля на моем участке. Нетронутая! Так и будут на нем березки расти и ромашки цвести.
- Непрактичный ты товарищ, Евгений. Тут места на сад, на огород, и на нетронутый участок хватит. Но, хозяин-барин. Может ты и прав, мы возле своего дома тоже стараемся создать такой уголок. Виктор сосенок насадил, камней привез. У нас теперь свое озеро, возле которого растут сосны.
Приезжайте, Жень, к нам в гости, у нас замечательная природа, леса обширные, высокие скалы, наш Енисей-батюшка, величественный, глубокий.
- Сания, ты с такой любовью говоришь о своей новой родине, неужели не тоскуешь по Казани?
- Знаешь, Женька, нисколько! Вспоминая свою молодость, прошедшую в этом городе, я понимаю, как мало было у меня счастливых дней. Учеба, работа, все в напряг, все бегом. Только и было радости, бабушка Айша, да Ракия-апа.
Да, были мы сегодня у них, постарела Ракия-апа, слепнуть стала, на сердце жалуется. Жень, придется тебе за нашей дачей приглядывать, больше некому. Не могут апа с Зиннуром-абый ездить туда.
Ракия-апа беспокоится, говорит, если хозяева не появляются, то могут дом растащить. Ты бы выделил время, хотя бы в две недели раз съездил туда. Показался бы, чтобы соседи по даче видели, не пустует она.
Заодно бы ягоды собрал, яблоки. Жалко ведь, Зиннур-абый так ухаживал за смородиной и яблонями. Там и летние сорта, и осенние, антоновку они собирали, до самой весны яблок своих хватало.
Завтра мы планируем на кладбище съездить, послезавтра поедем на дачу, да, Вить? Надо ставни раскрыть, проветрить дом. Наверно, клубника поспела, боюсь мелкая ягода, никто ее не поливал. Если хочешь, можем поехать вместе.
- Почему не поехать? Поедем, шашлыков нажарим, наслышан я про мангал и кострище на вашем дачном участке. Да, за домик не беспокойтесь, если вы не против, я найду желающих снять дачу на лето, может и зиму пожить любители найдутся.
- Не против, Женя. Не хотелось чужих людей пускать на свою землю, но выхода нет. Пусть будет так.
После ужина Валентина увела Лилечку гулять, Сания осталась убирать со стола, мужчины прошли в беседку. Виктор с усмешкой поглядывал на друга.
- Вольготно живет твоя няня, садится за готовый стол, она и завтрак не готовит?
- Я сам так решил. Валентина занимается только Лилечкой, для нее она готовит сама. Может и для меня кофе заварить, яичницу приготовить, но не большее того.
- Скажи-ка ты мне, друг мой ситный! Не собираешься ли ты превратить Валентину из няни Лилечки в ее маму?
- Витя, как такое могло прийти тебе в голову? Ты посмотри на нее, она же не женщина, она непонятно, кто, вся закрытая, на все замки запертая.
- Значит, ты слепой, если так думаешь. Валентина твоя глаз на тебя положила, больше скажу, она к тебе далеко неравнодушна. Я знаю за собой такой грех, плохо разбираюсь в людях, но в этом случае уверен, что не ошибаюсь.
Недаром эта дамочка с такой нежностью обращается с твоей дочерью. Совсем недаром она носит такие необычные наряды. Жень, Валентина явно хочет понравиться тебе.
- Снова ошибаешься, Виктор Анатольевич! Для Валентины Викентьевны это обычная домашняя одежда. Именно в ней она встретила меня, когда я неожиданно ворвался в ее квартиру
- Иди, ты! Она вот так, в шелках и в атласе ходит по дому, когда ее никто не видит? Удивительная женщина. Я бы на твоем месте к ней пригляделся.
- Жаль, ты не на моем месте. Но, скажу тебе, не может быть и речи ни о каких отношениях с Валентиной. Я знаю, она умная, начитанная, у нее, Жень, в доме книг больше, чем в иной библиотеке. Внешне тоже привлекательна, но, это не мое.
- А что твое, Евгений? Такие вертихвостки, как Аделя? Тебе сколько лет? Я знаю, ты один не будешь, найдешь опять такую же пустышку, как Аделька?
- Может и найду для здоровья чистоплотную женщину, но, права Гузель, не нужно на старости лет жениться. Оно мне совсем не нужно. Господи, эти капризы: «Не так посмотрел, ты не то сказал, не то подарил, мою мамочку зачем обидел» Тьфу!
- Смотри сам, Женька! Мне тоже кажется, чем старше, тем труднее к кому-то привыкать.
Ладно! Ты нас отвезешь в гостиницу, или довезешь до таксофона, чтобы такси вызвать?
- Чего уж там, до таксофона? Отвезу до места.
Валентина только издали помахала рукой, не стала подходить к машине. Проводив гостей, она вздохнула с облегчением. Все-таки ей трудно находиться в одном пространстве с чужими людьми.
Богатыревы с удовольствием с комфортом расположились в своих номерах. Отдохнув немного, прогулялись по вечерней Казани. Сания проводила Лисоньку в ее одноместный номер, вернулась к себе.
- Виктор, я видела, как ты поглядывал на Валентину, она понравилась тебе?
- Знаешь, Саниюш, понравилась, могла бы стать хорошей женой нашему Евгению. Но он говорит, что не видит в ней женщину.
- Жаль! Не разглядел он Валентину. Однако, не наше это дело, хуже нет, чем вмешиваться в чужую жизнь.
Следующий день, до самого обеда, Богатыревы провели на кладбище. Могила Азата ухожена, оградка покрашена. Постояли около нее, и поехали на русское кладбище. Могилы матери Виктора и его тети тоже в порядке, даже цветы высажены и видно, что недавно политы.
Виктор нашел сторожа, поговорил с ним, узнал, что на кладбище приходит женщина, на вид молодая, стройная, а приглядишься, уже в годах.
Виктор подумал, это Настена, больше некому. Дал сторожу денег, написал на листочке, вырванном из блокнота, свой Красноярский адрес и номер телефона, адрес и номер телефона магазина Евгения.
- Пожалуйста, передайте женщине, когда она придет в другой раз, вот этот листок. Пусть она позвонит, или напишет. Сделаете?
- Обязательно передам, но она бывает редко.
- Ничего, когда-то все равно придет, раз появилась тут.
После обеда в ресторане, супруги ушли в номер, а дочери отправились по своим девичьим делам.
У Сании из головы не выходил разговор с Ракия-апа. Почему бы не рассказать Исламу, что у нее сердце больное. Странно даже слышать, что он не знает об этом. Неужели так редко бывает у родителей, неужели не видит, мать его тает на глазах.
Дождавшись, когда Виктор ушел в ванную, Сания все же позвонила Исламу. Однако, трубку взяла Камила. Сания вежливо поздоровалась, попросила к телефону Ислама. Камила узнала ее
- А, это ты? Ну, привет! Что опять тебе понадобилось тебе от моего мужа?
- Кажется, Камила, я не обращалась к вам за помощью. Так ты позовешь Ислама, или нет?
- Я спрашиваю, зачем он тебе?
- Мы были вчера у Ракия-апа, ты в курсе, что она слепнет?
- Конечно! Что поделать, старость! Поздно что-нибудь предпринимать.
- Раньше вы куда смотрели? Камила, это не по-человечески, неужели вы не знаете, что у Ракия-апа сердце больное?
- Знаем, конечно, но это не инфаркт, не инсульт, сердце у людей в этом возрасте у многих изношенное. Тут уж ничего не поделаешь, сколько наживет.
- Ты о своей матери так же думаешь, или стараешься лечить ее?
- Моя мама врач, она сама себя лечит, а не становится обузой моей семье.
- Я поняла тебя, но все же, позови Ислама к телефону.
- Нет его, зря звонишь, уехал в командировку.
- Что ты говоришь, в какую командировку?
- Тебе какая разница, нет его.
Камила положила трубку выдернула шнур из розетки, и пошла досматривать сериал. Ислам оторвался от журнала
- С кем это ты так долго разговаривала?
- Да, знакомая одна, на сердце жалуется, хочет, чтобы ты ее посмотрел. Сказала, что ты в командировку уехал.
- Да, слыхал я. Какая у меня может быть командировка? Придумала бы что-нибудь другое, а лучше бы вообще-то мне ее посмотреть.
- Ага, только приучи, все скопом с каждой болячкой к тебе станут бегать.
- Тоже верно, народ быстро привыкает к хорошему. Чего-то беспокойно сегодня на душе, от Марата писем давно нет. Аделя опять ушла. Куда ушла, неизвестно. Пока дома живет, так себя ведет, а когда на свою квартиру съедет, что будет?
- Да, сказала, с подругой в кино пойдут, у нее и заночует.
- Номер телефона подруги знаешь?
- Откуда? Это же не моя подруга. Ты никак хочешь проверять дочь? Вообще-то она взрослая, не надо ее контролировать.
- Конечно, не надо. Бросила на мужа ребенка и таскается с кем попало и где попало.
- Что значит, таскается? Встречается с друзьями, с подругами. Пусть отдохнет, нелегко пришлось ей замужем.
Ракию привезли в больницу на Скорой помощи. У нее случился инфаркт. Пытались дозвониться до Ислама, но телефон его отключен.
Зиннур хотел найти Санию, позвонил Регине, она сказала, что Сания с мужем должны остановиться у Евгения. Его телефон тоже не работал.
В последний час возле умирающей женщины оказался только ее муж, Зиннур. Он влил ей в рот ложку воды, видя, как она облизывает сухие губы. Последнее, что увидела Ракия, уходя из жизни, лицо любимого мужа и восходящее солнце, в раскрытом настежь окне.
Так и ушла Ракия в мир иной, ожидая сына, как ждала его каждый день, а он все не приходил. Не пришел и попрощаться в последний ее час.
Нельзя плакать над ушедшими в мир иной, но Ислам рыдал над телом матери. Как он каялся, как проклинал себя, но маму не вернешь.
Плакала и Камила, показывая, в каком она горе, что слез удержать не может. Плакала, а сама уже все распланировала. Нельзя отца одного оставлять. Они вместе с младшим сыном переедут к нему. Дом большой, мета хватит.
В квартире останется Далия. Она уже совершеннолетняя. Почему дочка Сании должна жить в собственной квартире, а ее девочка ютиться с родителями в двушке? Слава, Аллаху, все налаживается, у обеих дочерей будут квартиры. Парней придется как-то пристраивать.
Аделя, в длинном платье и в белом шелковом шарфе, вытирала слезы, комкая в руке батистовый платок. Все должны видеть, в каком внучка горе от потери любимой бабушки.
Сания не плакала, она распоряжалась похоронами. Зиннур совсем сник, потерялся, словно маленький ребенок, оставленный матерью. Ждать от него помощи не приходилось. Сание помогали Виктор с Евгением.
После того, как мулла прочитал положенные суры, были разданы садака, мужчины унесли тело Ракии на кладбище. Дочери и соседки помогли Сание убраться, постирать, все, что можно, постели вынести и проветрить, стены обмахнуть, помыть окна и полы.
Управились лишь к закату солнца. Ночевать с отцом приехал Ислам. Евгений повез Богатыревых в гостиницу. Виктор не отпустил друга сразу
- Жень, пойдем, поужинаем в ресторане, после завезешь Юльку ы ее квартиру.
- Пожалуй, что, да! Вроде ничего особенного не делал, а устал. Пойдемте, поужинаем, закажем шашлык из ягненка
В ресторане довольно шумно, в этот час здесь обычно начинается веселье, но за этим столом не до веселья. Поели, перекидываясь ничего не значащими словами, расплатились и ушли.
Юлия не захотела сегодня ночевать одна, забрала с собой Алису. Супруги долго не могли уснуть, Виктор старался отвлечь Санию разговорами, понимая, горе Сании слишком велико, слишком неожиданно все случилось. Трудно его жене привыкнуть к мысли, что ее Ракии-апа больше нет.
Продолжение Глава 177