Морепродукты на Сахалине не едят и не пробуют. Ими здесь питаются и живут!
Нет, мы, конечно, понимали, что едем в рыбно-крабовый край. Заранее договорились, что каждый день из прожитой здесь недели будем постепенно открывать для себя новые вкусы здешних морской фауны. Тем более, что моя супруга большая поклонница всего рыбного и океанического, что можно съесть. А потому буквально на следующий день после приезда мы двинулись на рыбный рынок.
Первое сахалинское правило: не приходите к закрытию!
Почитав заранее в блогах, где в Южно-Сахалинске что можно найти, мы поняли, что тут всё просто. Столица островной области – город небольшой, компактный, расположенный крайне удачно. Сеткой. В военно-казарменном стиле: на север – стрит, на восток – авеню. И тянется он строго между железной дорогой и горным хребтом. По долине с речками, которые спускаются с гор. С юга, где находится аэропорт, на север, - до парка и зоопарка.
Правда, чуть дальше, за парком и «железкой» был какой-то странный район, обозначенный на картах, как Владимировка. Небольшой посёлок на стрелке двух местных речек. В основном, частный сектор с запутанными улицами. К панельным многоэтажкам он отношения почти не имел. А за ним вообще шли горы, леса, дачи и коттеджи.
Но мы, как и все нормальные туристы, осваивались в большом городе с его цветниками и скверами. Тем более, что пройти его насквозь от горы до РЖД не составляло особого труда. А потому мы первым делом побывали у местного Дома Советов. Поздоровались с Ильичом напротив. Прошли бассейнами и фонтанами, которые, как в Петергофе, текут самотёком, образуя чудный водный пейзаж, зажатый в мрамор. И так практически до самого вокзала.
И только вдоволь нагулявшись и нафотографировавшись, мы-таки повернули в сторону рыбного рынка.
Дело в том, что в Южно-Сахалинске, - блогеры не соврали, - функционируют два таких предприятия: Центральная Ярмарка и рынок «Техник».
Рыба и морепродукты есть и там, и там. Только со своими особенностями. Различий много. А вот объединяет их, пожалуй, одно – короткое время работы.
То есть в девять утра здесь ещё делать нечего. Да и в полдесятого тоже. Просыпаются торговцы поздно. Зато заканчивают рано. К пяти вечера часть киосков могут оказаться на грани закрытия. В шесть – половина опустит ставни. А к семи часам центральный вход будет заперт на большой замок. Даже при наличии покупателей.
Самое продуктивное время работы обоих рыбных рынков – середина дня. Обед здесь не предусмотрен, а потому можно активно общаться с продавцами, переходя от одного к другому.
Задержавшись на перепаде во времени и блуждании по городу, мы и не заметили, как оказались на обоих рынках уже в послеобеденное время. Около трёх часов по местному. То есть в девять утра по-нашему оренбургскому, или – в семь по Москве.
А значит, времени на ознакомление с товаром и продавцами оставалось немного.
«…Франки, фунты стерлингов, да тугрики…»
Первое, что я увидел в громадном пустом павильоне Центральной ярмарки, была ёлка. Причём привязанная к потолку. Вокруг неё красовались яркие красные шарики. Чуть дальше над прилавками высилась громада молодого китайского Санта-Клауса. А вместо иголок у импровизированного дерева красовались купюры.
Разного достоинства. Крупные и мелкие. Разных цветов. От ярко-красных, до тёмно-синих. Разных, разумеется, стран и народов. Американские, европейские, российские, китайские. А ещё много-много разных азиатских стран. Тут тебе и две Кореи, тут тебе и Вьетнам, Лаос, Камбоджа. И арабы, и африканцы, и латиносы. И с рыбой, и с кенгуру. Просто рай для нумизмата!
Но купюры не продавались, а были призваны привлекать потенциальных покупателей. Надо признать, что покупателей на необозримом пространстве павильона, где размещались штук двадцать продавцов, кроме нас пока не было. Или уже.
А хозяйки прилавков не накидывались толпой, а выжидали момент, когда мы подойдём поближе к их продукту.
Продукта было много, как и обещали блогеры. Но вот цены…
- Сколько стоит этот краб? – приценился я к большой красной тушке.
- Недорого. Всего три с половиной…
- Как мы его разделывать будем? – жена оценивающе взглянула на мощную хитиновую оболочку. – Да и не умеем…
- Так можно ж уже разделанного, - тут же подхватила мысль продавщица. – Вот смотрите – отдельные фаланги.
- С хитином? – я ткнул пальцем в четыре сосиски, упакованные на подносике.
- Зачем! Уже чищенные, - махнула рукой хозяйка. – Три тыщи. Но это за кило. А тут же меньше будет.
- А если просто мясо?
- Есть и такое. Два с половиной. Вот смотрите, - И она открыла морозильник.
- Так оно что же, мороженое?
- Для хранения...
- Нет, нам поесть.
- Ну, посмотрите у других, - сказала продавщица дружелюбно, без обиды, и мило улыбнулась.
Сторговаться-то можно. Как потом съесть?!
Чем дальше мы уходили по кругу громадного зала, тем дешевле становился один и тот же товар.
- А у вас почём крабовое мясо? - спросил я у хозяйки предпоследнего киоска, до которого мало кто доходил, ещё ничего не купив.
- Смотря какое, - хозяйка оказалась словоохотлива. - Вот это красивое я за 2.200 отдам.
- А некрасивое?
Рядом с обработанными и сложенными в однородную массу кусочками красовалось мясо тех же крабов, но изрядно пощипанное и с оторванными краями.
- Это? Берите за 1.800. Цена хорошая и мясо свежее.
- А на вкус?
- Ничуть не хуже, чем все эти. Даже сочнее, по-моему.
- А на крабовые палочки похоже?
- Что вы! - звонко рассмеялась продавщица. - Это ж настоящий краб. Близко не стоял с той треской.
Признаться честно, полкило крабового мяса, приобретённого в том павильоне, мы ели до самого отъезда. Таких шикарных крабов я действительно ещё не пробовал в своей жизни. Сочные, с каким-то особым вкусом и запахом океана. А главное, - они оказались потрясающе сытными.
"Чистый белок" - сказала моя Светлана.
И была права. Мы не знали, как их доесть. Ведь помимо них готовили и свежую горбушу, и креветки варили, и устриц из панциря вытаскивали.
Но употребить краба больше, чем принимал желудок, было просто невозможно.
Ради эксперимента я даже пожарил яичницу на этих крабах. Получилось не хуже бекона.
Рынок! И не только рыбный.
Рынок "Техник" оказался самым большим в Южно-Сахалинске и с самыми демократичными ценами. Впрочем, и народа там было так много, что мы пару раз теряли друг друга в лабиринтах всевозможных прилавков.
Он находился неподалёку от Ярмарки в большом помещении производственного вида, явно переоборудованном под примитивный торговый центр, разделённый на десятки маленьких отделов. Где-то две трети этих мини-магазинчиков продавали рыбу и морепродукты. И в основном, не мороженые, а живые или охлаждённые.
В необъятном корпусе под низким потолком царила дружелюбная толчея и весёлый бардак. Толпа народа понимала, что до закрытия рынка остаётся чуть больше часа, а потому пыталась успеть прицениться, выбрать и забрать.
Продавщицы только и успевали отвечать на вопросы, взвешивать продукт, предлагать что-то попутное, считать и рассчитывать.
Цены здесь были заметно ниже, чем на Ярмарке, но вот подробную лекцию про крабовое мясо мне бы уже никто не прочёл. Просто не успел бы.
В отличие от Ярмарки, где стоимость продукта надо было спрашивать, на "Технике" цены были нарисованы на каждой рыбе, каждом крабе. На ванночке с красной икрой свежего посола вместе с ценой даже красовалась рекламная надпись. Ёмкая, как сам рыбный промысел.
Но нас предупредили, что цены на икру сильно завышены. И где-то её можно взять чуть ли не вдвое дешевле. А оставшаяся прошлогодняя дешевле втрое. Но вкус совсем не тот.
Пара печальных крабов, устрицы и мидии ещё пока живые ожидали своей участи в нескольких аквариумах, стоящих пирамидами на прилавках. Морской гребешок - как уверяли блогеры и подтверждали продавцы, народное средство для мужской потенции - лежал вповалку в прозрачном корыте. И за него можно было поторговаться.
Как, впрочем, и за всё остальное не упакованное в плёнку с импортным ярлычком. Потому что не упакованное могло быть браконьерским, то есть свежим, выловленным только что за ближайшей горой, но не прошедшим налоговый сбор. Так что наличка на рынке шла "на ура".
Кстати, вокруг торгового павильона на "Технике" раскинулись прилавки самого обычного рынка. И если на площадке около Ярмарки выстроились только фуры с арбузами с дагестанскими номерами, то на "Технике" бурлила мелкая торговля от овощей и фруктов, явно привезённых из ближайшего порта, до - выращенных руками местных жителей.
Правда, в откровенно небольшом ряду дачников мы не нашли ни помидор, ни яблок. Да и вообще фрукты-овощи, в основном, продавали кавказские джигиты в своих рядах. Уверяли, что "краснодарские". На что местные бабушки хихикали: "Да, да, из Китая через Краснодар. Особенно бананы". Уверяли, что овощи здесь и не растут. Дескать, самим не хватает, что там на базар выносить. Предлагали саженцы смородины и крыжовника по невероятно высоким для нас ценам.
Да и вообще после цен на оренбургском базаре стоимость овощей на Сахалине казалась настолько космической, что мы решили питаться хотя бы не завезёнными извне, а местными продуктами. У семьи скромных корейцев приблизительно нашего возраста купили дайкон, который они принципиально называли редькой и продавали задёшево. И - корейскую морковку. А когда стали расспрашивать, на что похож по вкусу жареный папоротник, они просто подарили нам свою коробочку. Дескать, себе на обед брали. Да так и не открыли. Попробуйте. Но учтите, трава, она везде трава.
Папоротник нам, кстати, понравился. Он рос там повсюду, как и метровые лопухи, черенки которых сахалинцы жарят вместо нашего болгарского перца. Просто и незатейливо. Ни сажать не надо, ни ухаживать.
"Зачем нам земля? Мы же рыбой живём!"
Рыбный рынок - это магнит. Он притягивает к себе самых разных покупателей и продавцов, и обрастает самыми невероятными лавочками с непонятным товаром. На той же площади красовались пара магазинчиков - "Товары из Японии", "Товары из Кореи". Мелочи, дешёвые украшения для дома, конфеты и лимонады, чашечки и мисочки, аляповатые сувениры. Самые ненужные в быту товары. Но действительно японские и корейские, привезённые моряками.
Если их здесь меняют на крабов, которыми забиты все прилавки, и на другие дары Охотского моря... Многое не укладывалось в голову материкового жителя.
На "Технике" можно было пообедать в нормальной столовой с борщом, нормальными ценами и бесплатными микроволновками для разогрева остывших блюд. Можно было вместе с обедом уйти из переполненного зала в соседний пустой суши-бар (такой же отсек через стенку) и спокойно поесть там.
Не помню, был ли на "Технике" мясной отдел. Похоже, был, но мы сразу же отвернулись от него, увидев цены. Стоимость любой мясной продукции на Сахалине превышала оренбургскую если не втрое, то вдвое уж точно. Что касается рыбы, то тут можно было искать и торговаться.
Остров жил рыбой и дарами моря. Я как-то спросил у пожилой женщины, приехавшей в город из небольшого села под Невельском, - где оно расположено, за горами или у моря? И встретил полное непонимание собеседницы.
- Зачем - за горами?
- Ну, чтоб земля была. Выращивать что-то.
- Что выращивать? Мы же рыбой живём.
Продолжать разговор было бесполезно, так как тема выращивания картошки свелась к удобрению её рыбным перегноем.
Остров, по своим очертаниям напоминавший рыбу, подвешенную на крючок, не хотел признавать другие продукты. А его жители, которые, кстати, могли постоянно понемногу рыбачить лично для себя, не понимали, как мы можем покупать рыбу по таким ценам. Шкипер лодки, возивший нас на маяк Анива, глядя на выпрыгивавшую из воды кету, практически идущую в руки людям, сказал с горечью: "Вот как она может 800 рублей стоить, когда массово гибнет? Взять не успеваем..."
Но в сознании для приехавших с материка морепродукты оставались чрезвычайным деликатесом, которого много не съешь.
Центр острова Сахалин был отделён от морей двумя горными грядами. В нём не было ни сырости, ни ветров, а рыба была. Но нам пора было оставить на время Южно-Сахалинск, чтоб познакомиться с морской, водной стихией!
Друзья, если вас заинтересовала тема путешествия на Дальний Восток, можете почитать об этом и в других моих заметках:
На резиновой лодке через два моря. Как добраться до Анивы и не утонуть...
Банда грудничков в деле, или Как не сойти с ума за 8 часов полёта?
Как пройти нулевой километр, или С чего начинается Родина?
На самом юго-западе России... Как потомки джайманов Тарханкутский маяк нам спасли