Парис Бордоне (1500-1571) хоть и работал в тени Тициана (1487/90-1576) и Тинторетто (1518-1594), но сохранил свой индивидуальный стиль живописи.
Даже будучи художником второго ряда, он внёс большой вклад в историю венецианского искусства шестнадцатого века.
Наибольшую известность Бордоне принесли мифологические композиции с легким оттенком маньеризма.
Основным источником информации о Бордоне является краткий рассказ о нём, написанный Джорджо Вазари (1511-1574), который посетил его в Венеции в 1566 году.
Он родился в Тревизо и в возрасте восьми лет переехал в Венецию со своей матерью, которая была венецианкой по рождению.
Несмотря на то, что Бордоне обучался у Тициана и провел большую часть своей карьеры, работая в Венеции, он сохранял связи с Тревизо, иногда выполняя заказы для своих соотечественников и подписывая их Paris bordonus tarvisinus.
Его карьеру трудно проследить, поскольку, хотя он подписал более пятидесяти картин, датирована лишь небольшая горстка из них.
Уже в самых ранних работах, заслуживающих внимания, художник демонстрирует склонность делать движение ключевым элементом своих композиций.
Как и почти на всех его картинах, фигуры на них двигаются с нарочитой грацией, как будто исполняют очень медленный танец.
Подобно Лоренцо Лотто (1480-1556) и Джованни Антонио Порденоне (1484-1539), Бордоне нередко принимал заказы и за пределами Венеции.
По словам Вазари, его путешествия привели художника в Фонтенбло, где он работал в 1538 году при дворе Франциска I, правившего с 1515 по 1547 год.
Он также мог вернуться во Францию во время краткого правления Франциска II (1559-1560) и познакомиться с Антуаном Кароном (1515-1593), с картинами которого некоторые из поздних работ Бордона имеют много общего.
Вазари также считает, что Бордоне успел поработать в Германии, где принимал участие в росписи резиденции Фуггеров в Аугсбурге.
В апреле 1543 года Бордоне вернулся в Венецию, но, похоже, почти сразу же уехал в Милан, где работал на несколько важных миланских семей.
Когда Вазари посетил Бордоне за шесть лет до его смерти в возрасте семидесяти одного года, он уже был на пенсии и рисовал исключительно для собственного удовольствия.