Глава 1
Давно это было… Росла у реки густая плакучая ива, чьи длинные тонкие ветви красиво опускались прямо в воду.
Склонилась она над водой от глубокой печали, которая была понятна лишь ветру, вечно теребившему её узенькие листочки, больше напоминавшие вытянутые лодочки.
На дворе стояло лето, жаркое беззаботное лето. Щедрое солнце золотило кроны окаймлявших реку ив, под ногами росла шелковистая трава…
Любили отдыхать под сенью нашей ивы парень и девушка, юные, она — лет шестнадцати, он чуть постарше.
Почти каждый день они приходили к дереву и о чём-то шептались в его тени.
Внимательно вслушивалась ива в их разговоры, и в ответ им летний ветерок чудесно шелестел её ветвями, приносил дивные ароматы благоухающих цветов и нежно шуршащих стеблей… Многое из того, о чём говорили прекрасные юноша и девушка, она не могла услышать, как бы ни пыталась. Зато она отчётливо видела обоих. Оба — с волосами цвета ласточкиного крыла. Оба — длинноволосые, большеглазые и смуглокожие. Их волнистые волосы полоскались по ветру.
Роскошная ива догадывалась, о чём же перешёптывалась пара. Но дала обет молчания никому ничего об этом не рассказывать. Даже ветру.
— Знаешь, Талэйта,— говорил он ей,— а ведь именно под этой ивой ровно год назад ты поклялась мне, что будешь только моей. Выходит, твои обещания были напрасны?
Она молчала.
— Ответь! — в гневе вдруг выкрикнул юноша.
Она молчала.
— Признайся, кто он? — не отставал молодой человек.— Это тот самый парень, с которым ты обменивалась молчаливыми взглядами в тот момент, когда мы с тобой сидели в местном ресторане «Полушарие»?
Она молчала.
— Если ты не ответишь, я… Я…
— Ну и что ты сделаешь? — самодовольно ухмыльнулась Талэйта и отбросила с лица прядь упавших волос.— Возьмёшь меня силой? Бросишь в темницу?
— Я оборву ветви ивы и отхлещу тебя ими! — воскликнул он с негодованием в голосе.
Нагнулась ива к воде ещё ниже, и вдруг от ужаса и беспомощности горькие слёзы выступили на ветках…
— Лачо! — пронзительно вскричала девушка, когда увидела, что тот вскочил на ноги и хотел было приняться за дерево.— Ты не посмеешь сделать этого!
Ни с того ни с сего резко задул с обрыва ветер,— да так, что ива наклонила до земли самые могучие ветви, и до тех пор хлестала Лачо по телу, оставляя вспухшие багровые полосы, пока тот кубарем не покатился по траве прямо к реке, громко вопя и нецензурно выражаясь.
— Что за безобразие здесь происходит? — грозно спросила явившаяся из ниоткуда фея Сапфира.
— Вы? — Талэйта подняла изумлённые глаза на фею Сапфиру и застыла на месте.
— Приветствую тебя,— кротко улыбнулась та.— Если ты помнишь, Талэйта, я — владелица всех деревень, а также доблестная блюстительница порядка, поэтому вправе наказывать тех, кто нарушает его!
С этими словами фея Сапфира взмахнула волшебной палочкой и превратила Лачо в камыш.
— Зачем вы это сделали? — ужаснулась девушка. И вдруг почувствовала клокотание крови, подступающей к горлу.
— Ты же сама давно хотела избавиться от Лачо,— произнесла фея Сапфира и коварно расхохоталась.
— Откуда вы знаете?
— Об этом мне рассказал синий василёк, что цветёт неподалёку.
Он слышал, как ты, плача, молилась у берёзки, чтоб Лачо оставил тебя в покое. Или он лжёт? Цветы ведь такие пустословы…
— Нет, это не вздор,— призналась Талэйта.— Ох уж эти цветы… Ничего от них не утаить! Послушайте, несмотря на то, что я не люблю Лачо, у меня и в мыслях не было, что когда-нибудь увижу его в образе камышовых зарослей! Пожалуйста, остановите это безумие,— расколдуйте его!..
— Чего ради? — удивилась фея Сапфира.— Чтобы этот (не побоюсь этого слова) негодник и дальше продолжал портить людям жизнь и кощунственно обращаться с природой, как с личным имуществом?!
Талэйта со вздохом взглянула на то, что осталось от Лачо, и прошептала:
— Да… Наверное, действительно так будет лучше для всех.
Упав пред феей Сапфирой на колени, она взмолилась, чтобы та расколдовала хотя бы её дорогую сестру Донку, которую от зависти злая колдунья Рувима когда-то превратила в плакучую иву, под навесом зелени которой устраивались встречи с Лачо.
— Умоляю вас, фея Сапфира, исполните моё последнее желание! Позвольте мне снова увидеться с Донкой! Она не должна продолжать свою жизнь здесь, у реки, в обличье дерева, поскольку это не справедливо и не правильно!.. Если оставить всё, как есть, Донка запросто может погибнуть, поймите!
Фея Сапфира внимательно посмотрела на Талэйту и смолкла в раздумье. Она очень хотела помочь обеим сёстрам, так как имела благородное сердце. Нужно было срочно выпустить Донку из нависшей зелёной ивы, ведь ей и так столько лет пришлось прожить в таком состоянии… И ей, фее Сапфире, совсем не сложно было освободить заколдованную девушку из заточения: несколько взмахов волшебной палочкой — и готово.
И вот она стояла перед Талэйтой во всём своём убранстве, задумчивая и сияющая, с волшебной палочкой в руке, и молча глядела на девушку.
— Почему вы молчите? — Талэйта взволновалась настолько, что всю её затянуло невесть откуда взявшейся густой серой паутиной, марающей её облик.
Но фея Сапфира всё размышляла, всё подбирала нужные слова. Она с большой тщательностью продумывала свои действия. Она неторопливо вертела в руке волшебную палочку. Она не желала, чтобы расколдованная предстала перед ней полностью нагой, точно какая-нибудь скала. Да, это была дама с характером!
А между тем девушка неотступно требовала ответа:
— Скажите хоть что-нибудь! Я сболтнула что-то лишнее?
Однако губы феи Сапфиры по-прежнему были сомкнуты и неподвижны. Она будто не слышала Талэйту.
Встревоженная Талэйта забрасывала её вопросами тем настойчивее, чем дольше она сохраняла безмолвие, так что со стороны можно было подумать, что фея Сапфира подвергается пыткам.
— Успокойся, всё в порядке,— вполголоса сказала фея Сапфира наконец.— Сейчас ты всё поймёшь.
— Что я должна понять?
Фея Сапфира приблизилась к Талэйте и трижды провела ладонью перед её лицом, отчего по жилам девушки разлилось какое-то блаженное тепло, перемежающееся со спокойствием, а паутину сдуло резким порывом ветра.
— Страх поедает тебя заживо,— сорвалось с уст феи Сапфиры.
Талэйта не ответила.
— Мне жаль тебя,— продолжала фея Сапфира.— Ты так беззащитна перед этим миром, ледяным, как синева ночного неба. Всякого, в чью сторону я взмахну своей волшебной палочкой, я с лёгкостью могу превратить в кого угодно, так же, как я поступила с твоим другом Лачо. В тот миг, когда ты скажешь мне «да», ты тут же обернёшься в крупную золотую антилопу. Ты станешь охранять свою сестрёнку. А я смогу…
— Я прекрасно поняла,— сказала Талэйта.— Значит, на вашу помощь я не могу рассчитывать?
— Ладно, так и быть,— в конце концов согласилась фея Сапфира.— Поскольку для меня нет ничего невозможного, то, разумеется, я сниму чары с твоей сестры. Ведь на то я и фея.
Но над головой Талэйты тихо, невидимо собиралось очередное горе.
Узнала вдруг колдунья, что фея Сапфира по просьбе Талэйты вот-вот превратит Донку обратно в человека.
Был у неё лучший друг, коварный фамильяр в обличье серого ястреба, который жил на самой вершине горы в прочном гнезде, носился над землёй, накликивал на всех беду и прилетал увидеться с Рувимой, чтобы поведать ей о земной жизни.
Однажды он прилетел к ней на подоконник и сообщил:
— Я летал далеко-далеко, был в чудной деревеньке Костры, что лежит на речном побережье. Там живёт красавица Талэйта, а на помощь ей пришла фея Сапфира, которая намерена расколдовать её сестру Донку.
Как только услышала об этом колдунья, её затрясло от злости.
— Сейчас же лети в деревню Костры,— велела она Серому Ястребу.— Нужно отнять у феи Сапфиры волшебную палочку, пока она не совершила глупую ошибку!
— Хорошо,— сказал он.
Крадучись, в деревню Костры прилетел Ястреб. Над красивым диким пляжем с серым песком царили тишь да гладь. И только белые чайки, вскрикивая, носились над берегом, что-то выискивая или пытаясь предотвратить надвигающуюся беду.
Фея Сапфира уже собиралась приступить к делу, как вдруг Серый Ястреб набросился на неё, выхватил клювом волшебную палочку и с размаху уронил в реку.
— Нет!!! — закричала Талэйта истошным голосом, полным ужаса и боли, повалилась наземь и потеряла сознание…
Глава 2
Время тихо убегало прочь. Раскидистые ивы стояли неподвижно. Неподвижно сидела печальная Талэйта под нежными зелёными косами своей дорогой сестрёнки-ивушки и всё глядела сквозь них на шелестевший камыш, который когда-то был её другом Лачо. И обе сестры горько-горько плакали, потому что понимали — наверное, им больше никогда не воссоединиться и не испытать радости родства…
— Прости меня, моя милая Донка…— без конца повторяла Талэйта, умываясь слезами.— Прости за то, что я бессильна перед злыми чарами колдуньи… Как мне жить без тебя дальше?..
Она уселась на берегу и, черпая воду пригоршнями, плескала её себе на лицо и вздрагивала от ощущения свежести.
Поднялась Талэйта. Её окутала тяжёлая дума о сестрёнке, и она окаменела в ней.
Мучительно долго пролетали часы, сутки, месяцы, годы. В бездну вечности канули тысячи лет.
Фея Сапфира давным-давно покинула этот бренный мир и унеслась туда, где никогда не было и нет людского горя. Давным-давно стёрлась с лица земли деревня Костры.
Уцелела лишь деревня Счастье, раскинувшаяся на противоположном берегу реки.
Вся она окружена непроходимыми болотами. Невозможно к ней не подойти, ни подъехать.
На её просторах стоит Талэйта, погружённая в свои глубокие думы, и безутешно рыдает о том:
— За что бездушная колдунья Рувима разлучила их с сестрой Донкой на века?
Да! За что?!
---------------------------------------
Автор: Юлия ФЛИГВИАН
Спасибо за внимание 🌹