Для Олега Гереславича брак со знатной и богатой патрицианкой Феофанией Музалон был удачной партией. Но он, судя по всему, носил не меньшие, а даже большие выгоды и для византийской стороны.
Из 16 строчек в списке семей господствующего класса Второго Рима, связанных с церковью, род Музалонов занимал в то время первые строки.
Родственником Феофании был Константинопольский патриарх Николай 4-й, а также другие видные деятели в области литературы.
В 1083-м году Олег вернулся в Тьмуторокань, вероятно, не без участия византийской помощи. Так как невозможно объяснить быстрый захват власти и пленение русских князей, правивших здесь: Давыда и Володаря без знатного войска. Князь только недавно был освобожден из плена, и с собой у него явно дружины не наблюдалось.
Первое, что он сделал, так велел:
"И исѣче козары, иже бѣша свѣтницы на убьенье брата его и на самого, а Давыда и Володаря пусти".
Характерно, что Византии этот персонаж русской истории нужен был вероятно не столько для приобретения в этом регион зерна, мехов, рабов, сколько для получения отсюда стратегического по тем временам военного сырья.
Олег чуть только вернулся в Тьмуторокань, как нефть потекла в империю рекой. Получается, это русское княжество было для Византии нефтяной скважиной для получения страшного оружия тех времен - "греческого" или "живого" огня. Но так ли это на самом деле?
Отечественный историк Г.Г. Литаврин считал, что печать Олега как архонта над Причерноморьем относится к типу печатей, которые византийские императоры выдавали своим наместникам в провинциях.
Также Литаврин отмечал, что одной из главных причин освобождения Олега Гореславича из плена была заинтересованность Империи в кавказских нефтеносных районах, расположенных в Тьмутороканском княжестве. Ведь со времен глубокой древности были известны источники черного золота на находящиеся на Таманском и Керченском полуостровах.
После неудачной для Империи битве при Манцикерте в Западной Армении, ромеи потеряли нефтяные источники, расположенные в Малой Азии. Они оказались захвачены турками-сельджуками, и Византии нужны были иные месторождения, чтобы вновь возрожденный ромейский флот был оснащен таким грозным оружием, как "греческий огонь".
Здесь действительно был нефтеносный район. Об этом в Царьграде знали задолго до возвращения Олега Гориславича. Поэтому он и понадобился ромеям. О том, что в землях Тьмутороканского княжества имелись довольно приличные запасы нефти, сообщал еще Константин Багрянородный, умерший почти за сто лет до рождения Олега. Вот что он по этому поводу писал:
"Должно знать, что вне крепости Таматарха имеются многочисленные источники, дающие нефть...в Зихии, у места Паги, находящегося в районе Папагии, в котором живут зихи, имеется девять источников, дающих нефть...".
Далее Багрянородный сообщал, что возле деревни, расположенной возле Папаги:
"...есть фонтан, выбрасывающий нефть...там есть и другой фонтан, дающий нефть...Отстоят же эти места от моря на один день пути без смены коня".
Как видите, данных о нефтяных запасах в Тьмуторокане у ромеев было предостаточно.
Историк В.А. Захаров, проанализировав изученный им материал археологических исследований, проведенных в первой половине 80-х годов 20-го столетия на Тамани и на противоположном берегу, в своем труде "Тьмутаракань и "Слово о полку Игореве" сообщает следующее:
"Тарой для перевозки нефти служили так называемые черносмоленые кувшины, в большом количестве находимые при раскопках Тмутараканского городища...".
Далее исследователь отмечает, что анализ остатков нефти (смолистого вещества) обнаруженных в сосудах, соответствует нефти Тамани и Керчи. Там было найдено огромное количество такой тары. Многие десятки тысяч. В слоях 9-го столетия сосудов для перевозки нефти было найдено не сильно много. А вот в слоях 10-го, 11-го и 12-го веков, когда княжество принадлежало Руси, а потом Византии, их было абсолютное большинство из всех найденных.
Что характерно, в слоях 13-го столетия такие сосуды не нашли. Наверное, захватившие эту территорию мифические татаромонголы не использовали греческий огонь.
Так русский князь Олег, оказавшись в "нужном" месте и в "нужное" время, был использован Византией для пополнения стратегических запасов греческого огня.
Страшное оружие того времени. Его знали не только в Царьграде, но и на Руси, и в Половецком поле.
Так, под 1184-м годов в Ипатьевской летописи отмечено, что Хан Кончак, например, хотел:
"... обрѣлъ (Кончак) мужа такового, бесурменина, иже стрѣляше живым огньмь...".
То есть Кончак хотел взять к себе на службу такого мужа, который может стрелять греческим или живым огнем.