Меня, наверное, Бог решил испытать. Посмотреть, сколько трудностей я смогу вынести. В 10 лет перенесла тяжелую корь. Вот сейчас она вдруг опять появилась. Некоторые молодые мамы не воспринимают это всерьез. А ведь это очень коварная болезнь. Больница была далеко за городом - простое деревянное строение.
С одной стороны здания - больные корью, а во второй половине, отделенной досками, - тифом. Через год после кори я попала туда же с тифом. Когда меня привезли, врачи спросили, болеет ли кто-нибудь в семье еще? Я слышала, как дома говорили, что маме в больницу нельзя, тогда корову доить некому будет.
Я так и сообщила врачам: мол, мама болеет, но ей в больницу нельзя, так как некому доить корову. Но маму все равно привезли. Говорят: «Ну, вот и доярку привезли». Маму таким образом я спасла. Ведь сколько тогда умерло людей!
Она за мной ухаживала. Я же все время спала. Положили меня в мае, а вышла я в январе. Лежала в резиновом кругу. Одни кости, уколы некуда было делать. Сделали в ногу, попали в кость. Она загнила. Сделали операцию. Нога в колене срослась. Костылей не давали. Пусть, мол, висит нога, может, растянется. Растянулась. Кормили искусственно. Тарелку намажут кашей - и ложка не нужна, языком слизывали. Еще чай давали. Чья-то мать пришла к дочери. Та плачет: «Мама, я есть хочу», Женщина пожалела ребенка, отодрала решетку и просунула хлеба. Все по чуть-чуть съели. И чуть все не умерли. После чего окно забили…
Мама выписалась раньше, вовремя получив лечение. Когда я пришла домой, она меня чуть ли не привязывала к себе целый год, следила, чтобы я не съела ничего из грубой пищи. Хорошо еще, что у нас была корова-кормилица.
C 1937 года мы жили в уссурийской тайге. Школа была в 15 км от нас. У нас был дом, рубленный из круглых бревен. Стол 4 бревна, на них тесаные бревна. 2 табуретки, скамейка у двери. На ней 2 ведра воды. Печка и большой топчан. Сверху стелили траву, потом одеяло и подушки.
Я себя помню с 2 лет. Вот мы живем и не расспрашиваем родителей об их детстве, об их жизни. А потом спросить не у кого. Теперь вот и сами остались одни. У детей свои семьи. Хорошо, если вы привили им любовь к людям. Тогда они и вас будут любить. Мы своих детей никогда не наказывали, понимали их всегда. Ребенок все делает неосознанно. И мы не нравоучениями воспитывали, а игрой. Наши дети тоже не наказывали своих детей.
Так продолжается и в их семьях. Внуки продолжают это, как эстафету. Наши дети имеют уже 9 внуков, а мы - правнуков. Жаль, что жизнь разбросала всех по всему свету. Старший сын - в России с дочкой и внучками. Вторая дочь - в США. В Израиле 5 правнуков. А мы тут остались, в Молдове. Всех видим по телефону, по компьютеру. Дети, внуки нас очень любят. Зовут к себе. Я смеюсь и всем говорю: «Лена Степаненко сказала: «Сидите дома!» Монолог у нее был такой.
Зачем мешать им жить? У них свои устои, у нас свои. Мы жили вместе со старшим сыном 10 лет. Я никогда не вмешивалась в их жизнь, просто помогала. Было сложно. Но я только говорила невестке: «Ты будешь вспоминать эти годы, как лучшие в своей жизни». Родители ее разошлись. Воспитание было грубое. Вот чтобы она не перенесла свое воспитание на своих детей, пришлось своим примером все показывать, учить. Ее девиз был такой: «Ребенка надо воспитывать, пока он поперек лавки лежит».
Вот не отпускала от себя, пока их девочкам не исполнилось 10 и 8. Зато внучки все ласковые, добрые. Как я говорю, это наш кислород. Все живут дружно, все успешные, их все любят. Дети на связи с одноклассниками. Кто поближе, приезжает к ним. Добро тянется к добру. Старший сын купил квартиру и говорит: «Надо еще диван приобрести. К нам ребята будут в гости приезжать. Вот для гостей диван». А мы радуемся, что о гостях думают.
Мы с мужем живем 62 года. До 82 лет он работал. Пенсия хорошая. Мы стараемся помогать тем, кто рядом с нами, кто нуждается. Нам же много не надо. А у гроба карманов нет. Вот и отдаем. Оставляем себе только необходимое. А детям тоже не надо, они обеспечены. Сами всё. И нам говорят: не экономить.
Каждый из нас - маленький огонек. А вместе мы - великий свет. Нас нельзя победить. Один наш внук второй раз поехал… Пусть наши ребята победят и вернутся живыми и здоровыми. Их ждут их дети.
Стараюсь подбодрить тех, кто падает духом. Муж удивляется: «Сама пьешь таблетки, борешься, а другим говоришь: «Держитесь», А это я, наверное, себя заставляю держаться. Я ведь 11 наркозов перенесла. И всем говорю: «Врач сделает операцию, подскажет. А дальше человек должен сам себя поднимать, бороться. Если сдался - все, никакой врач не поможет, ни зарядка, ни движение». Просто прогнать лень и полюбить себя.
Желаю всем крепкого здоровья, мирного неба и удачи.
Читайте также: