Что может быть прекраснее, чем просыпаться в родном доме? Подушка из лебяжьего пуха, кукареканье петуха, означающее наступление нового дня, гулкий грохот в стену.
Именно этот звук стал причиной пробуждения Маши. Она открыла глаза. Прищурилась от ослепительного солнца, заглянувшего в окно. Потянулась. Гулкий звук повторился, а вслед за ним прозвучал торжествующий возглас Ильи:
- Гоооол!!!
Начало истории
Маша подняла себя с постели. Скинула сорочку и отыскала в шкафу свой летний сарафан — легкий, практически невесомый, белый в мелкий красный цветок. Точно зная, что сестра заставит ее много трудиться, Маша соорудила из волос небрежную косу, а на голову повязала косынку.
По пути заскочила на кухню. Сестра Оля вставала ни свет ни заря. Она успела приготовить на завтрак оладьи. Маша с наслаждением закатила глаза. Боже! Как же это вкусно!
Странно, что сестра позволила Маше поспать. Вероятно, в первый и последний раз, в качестве исключения. Раньше, Оля поднимала ее в шесть и отправляла в хлев, кормить скотину.
Маша вышла на крыльцо в тот момент, когда Илья забил победоносный гол. В импровизированные ворота Кирилла.
Кирилла??
Тот намеренно расставил ноги пошире. И, потерпев поражение, сокрушенно рухнул в траву.
- Маш, ты видела?! - Воскликнул Илюшка, - я победил!
Маша обомлела. Она смотрела на Кирилла, не моргая. Что это?! Галлюцинация?! Или Кирилл, действительно, приехал?! А тот сразу же высунул лицо из травы.
Кирилл одним рывком поднялся на ноги, отряхнулся. Он был одет в брюки, такие же мятые, как и его рабочая рубашка, словно их пожевала даже не одна, а целое стадо коров.
Нерешительно потоптавшись на месте, потирая шею, Кирилл медленно двинулся к крыльцу.
- Когда ты приехал? - Взволнованно спросила Маша, уставившись на его рассеченную бровь. Рана была свежей, но кровь уже запеклась.
- Ночью, - низко прозвучал родной ей голос, - я фарами поморгал. Ты не проснулась. И я не стал тебя будить.
- И… зачем?!
- Хотел кое-что тебе вернуть, - Кирилл достал из кармана брюк кольцо, которое нашел на полке в прихожей, - ты забыла…
- Я не забыла, - в глазах защипало при одном только взгляде на кольцо, - это — помолвочное кольцо, Кирилл. Я тебе его вернула.
- Оно не помолвочное. Это подарок. Про свадьбу… я придумал на ходу. Глупая была идея — делать предложение в туалете. Вот и вышло все… через одно место.
Кирилл поджал губы, оставляя кольцо на перилах крыльца. Он соврал. Кто-кто, а Кирилл не способен принимать необдуманные решения. Особенно когда дело касается свадьбы. Но ему пришлось соврать, чтобы Маша забрала кольцо. Оно оттягивало Кириллу карман.
Дело сделано. Кирилл отступил, а Маша, наоборот, шагнула навстречу, обеспокоено глядя на рассеченную бровь.
- Что с твоей бровью? - Маша не могла не спросить.
- Случайно наткнулся на угол, - угрюмо отозвался Кирилл.
- Подрался?!
Кирилл равнодушно качнул головой. Не подрался. Просто дал одному уроду по морде. Который в красках при всем коллективе, в том числе в присутствии Кирилла рассказывал, чем он занимался в туалете с его будущей женой. Не постыдился даже позу описать. Кирилл взорвался, потерял контроль. Он с яростью набросился на Стаса, ударил в челюсть, похоже сломал. Теперь этот тип не скоро откроет свой поганый рот.
Коллеги пытались успокоить разозленного Кирилла, и тот, в порыве неконтролируемой агрессии, случайно ударился об угол стола.
- Ну… я поеду… - Тихо пробубнил Кирилл, попятившись к калитке. Маша не бросилась вдогонку, лишь многозначительно повела бровью и холодно пожелала:
- Удачи.
Он кивнул и отвернулся. Маша сквозь слезы смотрела ему вслед, оставляя в памяти неспешную походку. Записывая, как на видеопленку, каждый проделанный им шаг.
- Кирилл! - Окликнула его Ольга. Сестра неожиданно выскочила из-за угла.
«Подслушивала» - догадалась Маша, наблюдая за сестрой. Оля стремительно промчалась мимо, выбежала за калитку, когда Кирилл распахнул водительскую дверь.
Они о чем-то шептались. Вернее, говорила Оля, вполголоса, приблизившись к Кириллу. Тот слегка склонился, сосредоточившись на ее встревоженном лице. Кирилл нахмурился. Острый взгляд переместился на Машу, босые ноги которой сами понесли ее вперед.
Заметив приближение сестры, Ольга тут же сменила тему разговора и шепчущий тон:
- Полок в бане расшатался, - горячо пожаловалась она Кириллу, - сама починить не смогла. Того гляди рухнет. Не дай Бог Илюшка навернется.
Оля продолжала трещать, пока они шагали в сторону бани. Маша с подозрением во взгляде следила за сестрой. Та принесла Кириллу необходимые инструменты. Полок и правда немного шатался. Не критично. Много времени это не займет. Рукастая Оля и сама могла бы починить. Но большое хозяйство отнимало все время. Оля вспоминала про полок под вечер, когда заходила в баню, чтобы отмыться после тяжелого, трудового дня.
- А ты чего болтаешься без дела? - Прикрикнула она на сестру, - заняться нечем? Сено нужно поворошить.
- Поворошу, не волнуйся! - Маша с сомнением покосилась на баню, - о чем вы шептались? Что ты сказала Кириллу?
- Попросила починить полок. Тебе мужик не нужен. А мне лишние рабочие руки не помешают. От тебя-то помощи не дождешься. То дрыхнешь до обеда, то стоишь сложа руки. А если делаешь, то спустя рукава. На, вот! - Оля всучила ей грабли.
Маша выполнила поручение сестры. Странно, что Оля дала ей такую легкую работу, с которой мог справиться даже Илья. А сама она, вооружившись ведром, исчезла в теплице.
Маша осторожно подкралась к бане, заглянула. Засучив рукава рубашки, Кирилл крепил полок к стене. Он услышал шаги и обернулся. Маша до сих пор не могла поверить, что он тут. Хотела убедиться. Украдкой, чтобы Кирилл не заметил.
- Подсматриваешь?! - Раскрыл ее планы внимательный Кирилл.
- Нет, - беспечно ответила Маша, хватая первое, что попалось на глаза — лохматую щетку-утюжок, - ковер собираюсь стирать.
- Маш, сколько уже можно?! - Не выдержал Кирилл, - ты постоянно недоговариваешь! Как после этого тебе доверять?! Почему ты ничего мне не сказала?
- Про ковер?
- Какой еще ковер?!
Кирилл рванул в предбанник. Так резко и быстро, что не успел пригнуться. Он ударился затылком о косяк дверного проема. Но боли не почувствовал. Кирилл приблизился и строго пояснил:
- Про беременность! Ты должна была сказать!
- Я не беременна!
- Оля сказала, что у тебя задержка. Что вчера тебе было плохо. Ты съела целую банку соленых огурцов.
- Малосольных, - улыбнулась Маша. Кирилл сосредоточил взгляд на ее безмятежном лице и выдохнул:
- Хорошо. Пусть малосольных. Это ничего не меняет. Ты хотела, чтобы я уехал?! Чтобы я не узнал про ребенка?! Ты собираешься воспитывать его одна? Это нечестно, Маша.
- Еще раз повторяю! Я не беременна! Я делала тест! В день рождения. Тест отрицательный!
- А почему мне не сказала? - Устало прохрипел Кирилл.
Вопрос повис в воздухе. Маша не нашла на него ответа. Поэтому решила промолчать. А Кирилл, подумав, упрямо заявил:
- Тест может ошибаться. Я в отпуске. И я никуда не уеду! Пока не узнаю правду, беременна ты или нет?!
- Будешь ждать, когда вырастет живот?! - Усмехнулась Маша, - двух недель не хватит. Боюсь тебе придется до конца своей жизни батрачить на мою сестру.
- Чем докажешь?!
Маша перестала улыбаться. Все эти дни она была уверенна, что никакой беременности нет. А плохое самочувствие — следствие стресса, жаркой погоды и голодовки. Но сейчас засомневалась, задумалась, уставившись на губы Кирилла. Они приблизились к ее лицу и зашевелились:
- Маш, - прошептал Кирилл голосом, от которого внутри стало жарко, как в растопленной печи, - сделай тест. Пожалуйста. Для меня это очень важно.
- И что изменится?
- Все!
Маша продемонстрировала Кириллу коробочку с тестом. В прошлый раз она купила два. Думала, увидев две полоски, не поверит своему счастью и сделает повторный. Тест не пригодился. Тогда не пригодился. А сейчас эта тонкая полоска должна была решить ее судьбу. И судьбу Кирилла.
Он сидел в комнате на диване. Напряженный, как натянутая гитарная струна. Кирилл не знал, что делать?! Как простить поступок Маши?! Как поверить и забыть, когда столько фактов указывают на измену?!
Но ребенок… он как тонкая ниточка, которая должна была их объединить.
Щеки Маши пылали огненным румянцем. Она медленно подошла к Кириллу, пряча дрожащую руку за спиной. Остановилась и, едва дыша, протянула ему тест.
Одна полоска...