Михаил Шейнкман
Жил-был в Древней Греции философ Демосфен. Пусть, говорил, не обладаю быстрой реакцией и могу проиграть риторический поединок, но мой ответ после драки останется в веках. Не обманул. Его знают все, а его оппонентов – только узкие специалисты. Неизвестно, относится ли к ним Эммануэль Макрон, но философию он по молодости лет изучал, а значит, и эта история должна быть ему знакома. В любом случае поступил он прям по ней. Тоже не сразу нашел, что сказать, вчистую проиграв парламентские выборы. И только спустя несколько дней подобрал (как ему, наверное, кажется) "золотые" слова. И то не в слух, а, вероятно, чтобы тут же в анналы, в письменном виде.
Это у него называется – "открытое письмо к нации". Хотя, выходит, что не ко всей, поскольку, поздравляя ее с поражением правых, которые, сам признает, "победив в первом туре, набрали 11 миллионов голосов", он фактически этими 11-ю миллионами пренебрегает. А чего с ними теперь-то церемониться? Национальная ассамблея уже сверстана, и она такая, какая есть. Никакая, в его понимании, потому что "ни одна политическая сила не получает достаточного большинства сама по себе, а все блоки или коалиции, возникшие в результате этой кампании, находятся в меньшинстве". Но он готов великодушно подождать, пока они друг с дружкой разберутся.
Ну или раздерутся да разбегутся, что скорее, поскольку слухи ходят, что "Новый народный фронт" уже покрылся трещинами из-за того, что у его неожиданной победы оказалось слишком много отцов. "Ребята, не надо ссориться", – снисходительно и не без ехидства обращается Макрон и к ним, призывая "все политические силы, признающие себя республиканскими", участвовать в "искреннем диалоге", чтобы сформировать "широкое собрание и твердое большинство". "Единство должно гарантировать максимальную стабильность, учитывать опасения, высказанные на выборах, а также объединять тех, кто ставит страну выше партии, а нацию – выше амбиций".
Получается, что единство точно не с ним, так как он первый, кто не проходит по этим критериям, если, по сути, обнуляя выбор народа, предупреждает его, что только он сам будет принимать решение о назначении нового премьер-министра. А пока, извините, Габриэль Атталь, будто и не было ничего. Левый Жан-Люк и правая Марин Ле Пен уже ответили ему в стиле бендеровского "красиво излагает, собака", сократив, правда, это выражение до последнего слова. "Это возвращение королевского вето на всеобщее избирательное право!" – бросил в сердцах лидер "Непокоренной Франции", который, поди, уже видел себя в кресле главы правительства.
Но к нему прилип тот, кто прославился тем, чем прилип. А тот, кто его за это прославил, пишет письма. "В прошлое воскресенье вы призвали к новой французской политической культуре. От вашего имени я позабочусь об этом". И плевать, что как раз этого они хотели меньше всего. Но потому он и сам в чем-то демос-фен – то есть фен для демоса, чтобы высушить их влажные мечты и если не остаться в веках, то хотя бы продлить только свой.
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.