Найти тему
Архивариус Кот

«В свете ж вот какое чудо»

Иллюстрация Б.В.Зворыкина
Иллюстрация Б.В.Зворыкина

Продолжение сказки у Пушкина чётко делится на четыре очень похожие части, первые три из которых построены по одной и той же схеме: встреча царевича Гвидона с корабельщиками – его превращение и путешествие к отцу – рассказы корабельщиков об очередном чуде и обещание Салтана «чудный остров навестить», тут же прерываемое рассказом о новом чуде – возвращение князя и получение им нового подарка от лебеди. Вот написала, и самой стало скучно…

Кстати, в скобках замечу, что такое чередование эпизодов, видимо, очень смущает и интерпретаторов сказки: в опере Н.А.Римского-Корсакова, судя по словам Гвидона,

Мне прискучили, ходя,

Тридцать три богатыря,

И не тешит тоже белка, –

Хоть и чудо, да безделка, - эти два чуда были в городе изначально, да и корабельщики сразу рассказывают Салтану и о невесть откуда появившемся городе, и о белке, и о богатырях; в фильме А.Л.Птушко горожане показывают белку явившемуся к ним князю.

Но читаешь сказку и думаешь: «Нет, не нужно смущаться! И не нужно ничего сокращать!» Ведь у Пушкина звучит волшебная музыка стиха! И построено повествование у поэта, как в песне, где повторяются с минимальными вариациями одни и же строчки, к примеру, вот эти:

Ветер на море гуляет

И кораблик подгоняет…

…Ветер весело шумит,

Судно весело бежит

Мимо острова Буяна,

К царству славного Салтана…

Строчки, наверное, с детства знакомы каждому.

Но только взрослый человек увидит в сказке удивительный авторский юмор. Ведь поэт незримо присутствует и ненавязчиво комментирует то, что мы читаем.

Вот мы услышали рассказ поварихи о чудесной белке. Чуть позже Гвидон перескажет его лебеди и добавит: «Но, быть может, люди врут».

Не врут - и белка уже на царском дворе. И мы, конечно, улыбаемся. Ведь повариха особое внимание уделила чудесным орешкам, заметив лишь:

Белка песенки поёт

И орешки всё грызёт.

А здесь мы разглядим это чудо во всех деталях и подивимся деловитости белочки:

Видит, белочка при всех

Золотой грызёт орех,

Изумрудец вынимает,

А скорлупку собирает,

Кучки равные кладёт

И с присвисточкой поёт…

Иллюстрация А.Б.Иогансона
Иллюстрация А.Б.Иогансона

А дальше мы увидим уже хозяйственность князя:

Князь для белочки потом

Выстроил хрустальный дом,

Караул к нему приставил

И притом дьяка заставил

Строгий счёт орехам весть.

Князю прибыль, белке честь.

И принесёт такая «экономическая политика» немалую выгоду, и не только князю, как узнаем мы из рассказа корабельщиков:

Из скорлупок льют монету,

Да пускают в ход по свету;

Девки сыплют изумруд

В кладовые, да под спуд;

Все в том острове богаты,

Изоб нет, везде палаты.

И практически то же самое можно сказать о следующем чуде – явлении богатырей. Конечно, нельзя забывать, что здесь мы видим у Пушкина фактически самоцитату. В знаменитом прологе к «Руслану и Людмиле» мы прочитали:

И тридцать витязей прекрасных

Чредой из вод выходят ясных,

И с ними дядька их морской.

Иллюстрация Н.М.Кочергина
Иллюстрация Н.М.Кочергина

Здесь же сначала мы услышим, как ткачиха станет рассказывать, и снова - просто о чуде:

Море вздуется бурливо,

Закипит, подымет вой,

Хлынет на берег пустой,

Разольётся в шумном беге,

И очутятся на бреге,

В чешуе, как жар горя,

Тридцать три богатыря,

Все красавцы удалые,

Великаны молодые,

Все равны, как на подбор,

С ними дядька Черномор.

Красивое явление воинов – и только… Но вот лебедь пообещала князю прислать чудесных воинов (добавив к тому же:

Эти витязи морские

Мне ведь братья все родные.

Не печалься же, ступай,

В гости братцев поджидай).

И перед нами появляется чудесное шествие:

Идут витязи четами,

И, блистая сединами,

Дядька впереди идёт

И ко граду их ведёт.

Иллюстрация А.Б.Лебедева. Только, к сожалению, не «четами» здесь идут воители
Иллюстрация А.Б.Лебедева. Только, к сожалению, не «четами» здесь идут воители

И тут же мы узнаём из речи Черномора, что присланы витязи не для того, чтобы на них только любовались:

Лебедь нас к тебе послала

И наказом наказала

Славный город твой хранить

И дозором обходить.

А потом корабельщики ещё и пояснят:

И той стражи нет надежней,

Ни храбрее, ни прилежней.

И получается у Пушкина рассказ не только о чудесном городе, возникшем на пустом когда-то острове, но и о мудром его правителе, которому служат даже волшебные силы…

Но самая волшебная сила – это сила любви. И, конечно же, о ней нужен особый разговор.

Если понравилась статья, голосуйте и подписывайтесь на мой канал!Навигатор по всему каналу здесь

«Путеводитель» по всем моим публикациям о Пушкине вы можете найти здесь

Сказки
3041 интересуется