На маленький, уютный город опустились сумерки. Птицы, распевшиеся сегодня позже обычного, ещё не думали спать и продолжали петь свои серенады. Немногочисленные гуляющие, сидя на скамейках Центрального парка, слушали их пение и вдыхали удивительно вкусные запахи. Нотки свежескошенной травы смешались с запахом нагретой за день земли. Влажный после неожиданной грозы и ливня воздух особенно приятно ощущался на лёгком, прохладном вечернем ветерке. Сидеть в сумерках среди летних ароматов было настоящим наслаждением, поэтому все скамейки были заняты.
С громким, счастливым лаем по опустевшим вечерним дорожкам пронеслась маленькая беспородная собачка. Никто не смутился от шума, который она создавала. Напротив, сидящие горожане лишь улыбнулись и собачке, с немного спутанной белой, с небольшими чёрными пятнышками шерстью, и его хозяйке, девочке лет одиннадцати.
Было какое-то умиротворение в этом вечере. Такое же, как и в других. Наверное, жители этого города даже сами до конца не осознавали, насколько мирную и счастливую жизнь они проживают. А может, осознавали. Просто жители этого городка умели не нагружать свою голову, а просто жить.
Вдыхая чудесные запахи, отдыхающие в вечернем парке немного всё же размышляли. Каждый о своём. Кто-то о том, чем займётся завтра, кто-то думал о погоде, а кто-то планировал путешествие. Мысли были осторожные и конкретные. И никто в целом городе ни о чём не загадывал, не погружался в пустые мечты и желания.
Делали они это скорее неосознанно, чем специально. И даже не подозревали, насколько длинные и полные жизни живут, не тратя время на строительство воздушных замков.
***
В одной квартире никак не зажигался свет, хотя на улице стало ещё темнее. Можно было бы подумать, что дома никого нет. Может, люди вышли подышать чуть прохладным вечерним воздухом в парк или по улочкам города?
И только соседи знали, что квартира на втором этаже не пустует, а её жильцы находятся дома, потому что оттуда доносятся нехарактерные для вечера субботы звуки. Если бы кто-то из жильцов соседних квартир вышел в этот час на улицу и поднял свои глаза на окна второго этажа, то он бы удивился, что в них не горит свет. Потому что этот человек был бы уверен, что новые, немного странноватые ребята сейчас находятся дома. Только вот… Никто не стал бы так любопытствовать. И, выйдя из дома, никто не поднял бы своих глаз на окна второго или какого-либо другого этажа.
Тем временем Петя и Оля сидели на полу в санузле, кое-как уместившись на небольшой площади, и взглядом гипнотизировали стиральную машину, которая работала и создавала много шуму. Она была старенькой, с расшатанным барабаном, но всё же стирала исправно, хоть и очень шумно. Нужно заметить, что никто в этом доме не занимался стиркой вечером в выходные дни, поэтому и шум соседям казался удивительным и нехарактерным.
И Петя, и Оля молчали. Впервые с тех пор, как поселились в этом городе, у обоих не было ни слов, ни мыслей. Был только страх. Всё, что происходило в этом городе, уже не казалось розыгрышем. Теперь, если это была шутка, с чистой совестью можно шутников наказать.
- Может… наши вещи специально испачкали? – прошептал Петя, когда машина на секунду приостановила свой цикл.
- Зачем? – спросила Оля, и оба снова замолчали. Машина с шумом принялась за промежуточный отжим.
- Не знаю, – выдавил из себя молодой человек, во время очередной передышки. – Как мы могли не запомнить, что делали это? Били стёкла и всё остальное?
- Мы спали. Может, атмосфера города на нас так повлияла, что мы стали лунатить? Лунатики не запоминают, что ходят во сне! Кошмар… Это просто сон, точно! Мы спим, и нам всё это только кажется… Сейчас мы проснёмся в нашей родной квартирке, и всё будет по-старому.
Петя молча смотрел на вращающийся барабан. Также, ни слова не говоря, он вдруг встал и вышел из ванной, перешагнув сидящую ближе к двери Олю. Девушка даже не пошевелилась. Мелькнула мысль, что нужно пойти за ним, но совершенно не было сил. Да и желания. Одно дело, когда она думала, что это Петя творит беспорядки по ночам, другое дело, что они, оказывается, банда. Банда преступников-гастролёров.
«У нас тут безнаказанным никто не ходит»
Оля закрыла глаза. Страшно. Как их накажут? Посадят? «Кирилл Юрьевич говорил что-то про Уголовный кодекс… Ну не так же просто он его упомянул! Наверняка ни сегодня, так завтра за нами придут! И арестуют! Что же делать? Что нам делать?!» – и её было страшно обидно, что она-то хотела спокойной жизни и ни за какой сенсацией гнаться не собиралась! Разве то, что она оказалась замешена в беспорядках, уже не является наказанием?
У Оли была одна необычная привычка: волноваться за Петю. Она действительно волновалась за него по привычке, даже в те моменты, когда он просто шёл встретиться с друзьями. Или в магазин. Или в любое другое место, никак не связанное с родом его деятельности.
Но вот что интересно: за себя Оля волноваться не привыкла. А теперь нужно было. Потому что всё, что они сделали – это наказуемые деяния, а они о них даже не помнят.
Странно.
***
- Мы можем уехать. Прямо сейчас, – сказал Петя, возвращаясь в ванную. – Здесь никто не знает нас! Никто не смотрел наши документы, не дал копии или фотографии. Дмитрич тоже не интересовался нашими фамилиями…
- Он знает мою, – напомнила девушка, не отрывая глаз от стиральной машины. Она уже заканчивала стирку.
- Ой, я думаю, он её даже не запомнил! И что ты, Фрося, наверное, тоже забыл! Будет всем говорить, что мы Петя и Оля.
- Мы будем в розыске, оба, – тихо и монотонно заметила Оля. Она совсем потерялась в своих мыслях и страхах, и почти ничего не соображала.
- Если бы нас хотели арестовать, то это уже бы сделали! – убеждённо заявил Петя. – Это же город исполнения желаний! Значит, полиции достаточно пожелать, чтобы преступник сам объявился, и он, ну… то есть мы… короче, ты поняла! И преступники сами проявятся!
- Если бы мы просто побили стёкла, – всё так же монотонно произнесла девушка. – Можно было бы просто договориться о компенсации городу! Ну и торговому центру. Но мы… ранили человека! Знаешь, я вот думаю… Что, если на ноже действительно не было твоих отпечатков пальцев? Может, на нём именно мои отпечатки?
- Перестань, – резко бросил Петя. Он поднял Олю с пола и слегка встряхнул. Та удивлённо на него уставилась. – Вспомни! Кирилл Юрьевич что сказал? Тогда, когда мы после болота отправились на место преступления?
Оля нахмурилась, а потом выдавила из себя:
- Что нам нужно сходить в музей.
Петя цокнул и закатил глаза:
- Да нет же! – нетерпеливым громким шёпотом заявил он. – Вспомни! Он сказал, что этот мужчина, Борис как-там-его, не видел нападавших! Камер в городе нет! Никто нас искать не будет!
Медленно моргнув, Оля нахмурилась и уставилась на Петю.
- Тот раненный же сам хотел на больничный, так? Обрадовался даже! Может, нас не будут наказывать за это? Всё сходится! Если поверить всему, что мы узнали за сегодня, допустить, что весь этот бред, правда… – Петя закрыл глаза, раздражённо раздувая ноздри. Видимо, ему претила сама мысль, что он говорит об этом вслух. – Короче, мужик пожелал на больничный и получил желаемое, ценой ранения, так? А я хотел, чтобы здесь случилось что-то посерьёзнее хулиганства…
На этих словах Оля возмущённо на него посмотрела.
- Что? Я до сих пор не верю, что здесь волшебная земля, исполняющая желания. Ну вот… О чём я? Ах да, я хотел, чтобы случилось что-то серьёзнее, но взамен стал преступником. Причём и ты тоже пострадала. Короче, пока местная земля не придумала, что забрать у нас, нам нужно просто тихонечко свалить отсюда! Никто здесь нашему исчезновению не удивится. И я уверен, никто нас искать не станет.
Оля продолжила молчать. Они продолжат совершать преступления во сне, и, кто знает, может, в следующий раз не остановятся на простом ранении? Что будет на их совести? Убийство? Это тоже может стать платой за желания Пети.
Ещё Оля вдруг подумала, что если они останутся, то их отношения распадутся. Они сейчас уже дали серьёзную трещину, но девушка была не из тех, кто, откинув волосы назад, пасует перед трудностями и сразу ищет себе новые отношения.
Смысл в словах Пети был. Поэтому, медленно кивнув, она открыла шкаф в прихожей и достала огромный чемодан. У них была ночь, чтобы собрать его и уехать из города первым же утренним рейсом.
Год спустя
- Ну что, Императорский потомок, ты рад? – чуть усмехнувшись, спросила Оля, читая комментарии под очередной статьёй Пети. Она уютно устроилась в старом кресле.
- О да, – хмыкнул тот, не отрываясь от монитора своего ноутбуку. – Меня ищут теперь все кому не лень, а я продолжаю писать разоблачительные репортажи! Эх, не хватает только сенсации…
Оля вздрогнула.
- Вот ещё! Ты и прошлым летом так говорил, а в итоге…
Она резко осеклась. Уехав из маленького городка N, они никогда не обсуждали случившееся.
- Ладно, ладно, – рассеянно сказал Петя. Он так и не поверил в магию того места. – Я всё равно нашёл, чем удивить своего читателя. Мой псевдоним – Императорский потомок – прогремит на всю Россию!
И он потёр руки.
- Что ты задумал? – с трудом ворочая мгновенно пересохшим языком, произнесла Оля. Она предчувствовала что-то нехорошее.
- Один эксперимент, который не даёт мне покоя уже год.
Наверное, прошла секунда, как в сознание Оли втиснулся липкий ужас. Она почувствовала, как две капельки пота, соревнуясь друг с другом, побежали от шеи вниз, вдоль позвоночника. В ушах зазвенело, но, кое-как собравшись с духом, она выдавила из себя:
- Ты… Ты!
- Я, – кивнул Петя и, наконец, оторвался от монитора. – Что такое? Что у тебя с лицом?
- Ты, – вместо ответа снова прошептала Оля. Из широко распахнутых глаз вытекли две слезы. На что она рассчитывала? Что человек, который так и не поверил в чудеса города N, вдруг возьмёт и будет молчать о нём всю жизнь? Особенно теперь, когда он успокоился и по старым связям узнал, что никто его через полицию не ищет, и в официальном розыске он не числится.
- Я только что опубликовал статью. И я тебя так скажу: это же сенсация! Город, в котором исполняются любые желания! У тех, кто в это верит, – не удержавшись, он хмыкнул.
- Нет…
- Неужели ты веришь, что теперь я понесу за это какое-то наказание? – продолжил смеяться Петя. – Помню, Кирилл Юрьевич делал намёки про преступления, сенсацию и про то, что он, мол, знает, кто я такой. И я тогда ещё подумал: ну вот откуда он может знать? Оль, спасибо тебе, родная, за то приключение, но слишком много мелких несостыковок! Даже в волшебном городе невозможно просто взять и узнать, что за человек сидит перед тобой! Думаю, это ты организовала розыгрыш. Только ты могла рассказать обо мне главе города, подбросить нож в раковину и испачкать наши вещи.
- Я? – Оля вдруг вскочила с места и забегала по комнате. – Да я даже просто пошутить над тобой не могу! С чего вдруг такие хитросплетения? И когда бы я это всё организовала, если мы всё время были вместе.
В комнате наступила тишина, и было слышно, как тикают часы.
- Но… мир перевес купил барсук! – произнёс Петя с пафосом. – Парк синеющий роман деньги и звёзды!
Оля замерла спиной к Пете. Чтобы не закричать от ужаса, она закрыла свой рот обеими руками.
Расплаты миновать не удалось.
Продолжение 👇 Предыдущая часть 👈