Все смотрели на Венеру. Молча, с ещё не успевшими сползти с лиц улыбками. Казалось, только что все сидели за столом, вели дружеские беседы и весело шутили. И отголосок какой-то забавной истории повис в воздухе, поддерживая улыбки, но вот заявилась Венера и убила всё веселье. Ей даже на мгновение стало неприятно. Она что, настолько дурна собой, что одним своим видом заставила всех замолчать и застыть? Или её не ждали в собственном доме? Рассчитывали, что она больше никогда сюда не вернётся?
После этого секундного замешательства на женщину обрушилась лавина эмоций, и далеко не таких приятных, как бы ей хотелось. Она почувствовала, как каждый нерв натянулся, а зубы сжались. А приподнятое несколько дней настроение мгновенно испортилось. Ей захотелось схватить Наташу, оттаскать за волосы и выкинуть её в окно! Венера сдержалась, но сколько пришлось приложить усилий! Никогда за всю свою жизнь она не чувствовала столько ярости.
- Чего застыла? – спросил Никита. – Проходи. Присаживайся. Мы тут чаи-кофии гоняем, общаемся. Присоединяйся!
Венера чувствовала себя парализованной, и просто не могла заставить ноги двинуться с места.
- Мам? – без волнения в голосе спросил Игорь. – Ты в порядке?
Вместо ответа женщина вдруг почувствовала, что нет, она не парализована и может двигаться. Только вместо кухни она зашла в ванную и закрылась там. Ей нужно было чуть-чуть времени, чтобы овладеть своими эмоциями. Она сейчас уже была готова закричать в голос:
- А-а-а-а! – затопать ногами, заколотить кулаками по стене, или по полу, или по сидящим там людям. Она чувствовала, что все её надежды на то, что на этой истории можно будет поставить крест, разбились, превратились в пыль.
Венера вцепилась пальцами с красивым и аккуратным маникюром в раковину, и посмотрела на себя в зеркало. От напряжения у неё раздулась венка на лбу. Казалось, сейчас голова лопнет, но почему-то этого не происходило. Где-то на подсознательном уровне она понимала, что Наташа здесь не просто так. И что сейчас вся семья вместо благодарности обрушится на неё шквалом критики.
Она включила воду, вымыла руки и слегка побрызгала на лицо холодной водой, чтобы немного освежиться и не испортить макияж. Выпрямилась, расправила плечи. «Я единственный человек в этой семье, кто заступился за Игоря. Никто, кроме меня, его матери, не подумает о его благополучии. Не время давать волю эмоциям». Венера оглядела себя в зеркало, слегка поправила причёску и улыбнулась своему отражению. Она по-прежнему прекрасна! Даже сейчас, когда внутри неё вот-вот разразится буря.
Собравшись с духом, она вышла из ванной, уже более-менее спокойная и уверенная в себе.
- Садись с нами, – чуть настороженно глядя на мать, пригласил Игорь. Венера с ужасом заметила, что сын абсолютно спокоен. Он не выглядел раздражённым оттого, что здесь беременная от него девушка, не выпустил колючки. Конечно, внешне её ужас никак не проявился, но сын удивлял. В отличие от неё, он совершенно не умел контролировать свои эмоции. Может, скандал уже был, и она его просто пропустила?
Венера скрипнула зубами, садясь на свободный стул, но почему-то отстаивать привычное себе место она не стала. Не захотела конфликта? Да он повис в воздухе! Оглядев всех присутствующих, Венера засмеялась. Холодно, без надрывов. Смеялась недолго, а так, чтобы выпустить нервное напряжение и сразу начать неминуемый разговор.
- Что с тобой? – спросила мама.
- Со мной? Тот же вопрос я бы задала тебе. Что с тобой, мама? Что ты здесь делаешь?
- Чай пью, – растерянно произнесла женщина, глядя на дочь. – В гости пришла… Игоря поддержать…
- Чай пьёшь… в доме зятя. Никита, ты знаешь, почему мы с родителями не общались столько времени? – холодно заметила Венера, которую взбесило всё: и её родители, неожиданно ставшие постоянными гостями в её доме, и появление наглой девчонки, восседающей на её законном месте, и равнодушие сына. Только муж был таким же, как и всегда, и это его постоянство не могло не радовать.
Никита молча смотрел на жену, ожидая продолжения её откровений. Она никогда ему не рассказывала, почему вычеркнула родителей из своей жизни. Да он и сам не особо выпытывал подробности. В конце концов, это дело Венеры, общаться ей с родителями или нет.
- Они настолько не хотели, чтобы я выходила за тебя замуж, что пытались сорвать нашу свадьбу, – спокойно заметила Венера. Она взяла кувшин и налила в безупречно чистый стакан воду. Добавила дольку лайма, предварительно слегка выжав его в воду. Пока она проделывала эти манипуляции, семья молчала. Родители хлопали глазами, глядя на дочь.
- А что молчите? Я вас не прощала, в дом не приглашала. Но вы слетелись, почувствовав запах добычи, стервятники! Меня ли вы прибежали поддержать? Нет, вы встали на сторону девчонки. Кто из вас за Игорёчка переживает? Кто из вас печётся о его будущем? Вы прибежали сюда, воспользовавшись неразберихой в нашем доме. Нет, не для помощи мне, вашей дочери, а просто вклинились в семью, против которой восстали в самом начале. А теперь сидите в доме человека, которому свою дочь отдавать не хотели, улыбаетесь и строите козни у меня за спиной!
- Венера! – ужаснулась мама. – Как ты могла… такое… подумать!
Она буквально задохнулась от негодования и обиды, а на глаза выступили слёзы. Вот только Венеру они никак не задели.
Наташа заёрзала на стуле. У неё на лице уже не было и тени улыбки. Она явно не планировала оказаться в эпицентре семейного скандала! «Хотела в нашу семью? Получай! Ни на секунду тебя стесняться не буду!»
Словно подслушав мысли Венеры, Никита тихо попросил:
- Давай потом обсудим твоих родителей, ладно? Мы не одни.
- А кто здесь посторонний? – Венера с шумом, демонстративно принялась пить воду с лаймом, оглядывая присутствующих. – Наташа? Судя по тому, что она здесь, а не готовится к аборту, за который я ей сегодня заплатила, она уже ухитрилась в нашу семью как-то затесаться. Что вы здесь обсуждали? Свадьбу Игоря? Или то, куда пустите полмиллиона, которые я собрала, продав свои побрякушки?
Игорь в ужасе ахнул, а вот Никита и родители не удивились. Значит, не в курсе был только сын, а остальные знали, что она собирается купить Наташу.
- Деньги? – пробормотал Игорь. – Я не понял… Мам… Я же просил… на бизнес! А мне? Почему ей?!
- Зачем? – спросила она, обращаясь к Наташе и не слушая истерику сына. Ей тоже резко стало обидно: лучше бы она отдала деньги Игорю! – Ты слёзы лила, согласилась на аборт… Зачем весь этот цирк устраивать? Сказала бы: "нет", и всё. Я с тобой, как со взрослым человеком встретилась! Выгодную сделку предложила.
- Мы знали, что ты не остановишься, – сказал Никита. – Наташа согласилась, чтобы ты её больше не мучила. И пришла ко мне за советом и помощью.
Венера хохотнула. Ай да девчонка!
- Почему ты не маме пожаловалась, а моему мужу? Человеку, который явно не на твоей стороне? Или что, родная мать тебя не в состоянии защитить? А может, ты рокировку мужчин решила сделать? Не Игорь, так его папочка?
- Это уже слишком! – с вызовом в голосе воскликнула Наташа. – Разве можно так? То вы к маме приходите и доводите её в мой день рождения, то решаете откупиться…
Она с шумом сглотнула.
- Вы с самого начала решили, что вправе в одиночку решить судьбу этого ребёнка, – тихо, но очень отчётливо произнесла девушка. Венера посмотрела ей в глаза и увидела огонь решительности, от которого ей даже стало дурно. – Вы подвергли сомнениям всё! Что «Игорёчек» может быть отцом моего ребёнка, словно это всё так просто! Словно вы, не зная меня, просто поставили на мне клеймо! Да, простите, я не вышла замуж девственницей и не выйду! И да, я принимаю таблетки, и врач предупреждала меня, что они не работают на сто процентов, с учётом определённых гормональных сбоев в моём организме! И если честно, плевать я хотела на ваше мнение обо мне!
Она выхватила стакан из рук оторопевшей Венеры и допила воду, а потом заявила:
- Я не буду делать аборт! Да, накосячили мы оба. Но ребёнок есть! Я его чувствую! И даже если он перечеркнёт мои мечты о поступлении… ну и ладно! Меня поддержат одноклассники и друзья. Я в любом случае не останусь одна. И все они знают, что я не какая-то там ш***, как думаете вы. И все видели, как Игорь сам вокруг меня круги наворачивал, при том при всём, что У НЕГО БЫЛА ДЕВУШКА, о которой он всем как-то позабыл сообщить. Конечно, зачем? Она же не в нашей школе учится!
Венера перевела взгляд на сына, молча требуя ответа от него. Тот угрюмо смотрел прямо перед собой.
- А вы всё не успокаиваетесь! Давите на меня, давите! Это ребёнок, и он есть! Не вам его рожать! Вы даже можете не быть ему бабушкой, ни один закон вас не заставит опекать его или воспитывать!
- А потом она пришла ко мне, – поморщившись, остановил словесный поток Никита. Он терпеть не мог, когда в его доме говорили на повышенных тонах, а в последнее время такое здесь случалось нередко. – Мы вроде достигли хрупкого взаимопонимания. Начали выстраивать диалог. Все! Даже Игорь подключился, хоть он о деньгах и не знал, но это заслуга твоих родителей. Он готов помогать своему ребёнку. Одна ты упёрлась в свои какие-то идеи! Разве ты не знаешь, что ей прерывать беременность опасно?
- Ой, – раздражённо отмахнулась Венера. – Делаешь вид, что тебя это волнует? Не смеши! То есть вы все, и ты в том числе, – она ткнула пальцем в Игоря, – сговорились у меня за спиной? Вместо того чтобы поддержать меня?
- Поддержать в чём? – спросил Никита. – В твоём безумии? Наташа много раз сказала, что будет рожать…
- А мне она сказала, что хочет поступать! Что у неё мечта есть! Или что, это тоже для меня выдумка была? Так ты определись, деточка, что тебе надо, потому что получить всё и сразу у тебя просто не получится!
- Нет, это правда! – воскликнула Наташа. – Я хочу поступать в МГИМО и буду поступать! Просто я вам не всё сказала. Маме предлагают работу в Москве.
У неё вдруг затряслись руки. Девушка сделала глубокий вдох и продолжила слегка дрожащим голосом:
- Она скоро переедет с Тимой, братом моим. А я останусь со своей бабушкой, школу заканчивать и рожать. Она мне и поможет. Потом мы все вместе, – я, ребёнок и бабуля, – отправимся за мамой. Не оставлять же её здесь одну! Моя семья готова мне помочь с ребёнком. В крайнем случае поступать буду позже, через год. И они согласились с моим выбором. А вы?
Венера явственно скрипнула зубами.
Она встала и подошла к окну. Все молчали, словно ожидая, что она что-то скажет. А внутри женщины поднимался мощный вихрь. Она! Ради сына! Столько была готова сделать! А он!!! Сидит, понурый и готовый под гнётом остальных принять эту проигрышную позицию!
- Деньги зачем взяла?
- Так… на ребёнка…
- На ребёнка? НА РЕБЁНКА?! – все предохранители внутри Венеры вышли из строя. – А меня ты спросила, хочу ли я содержать этого ребёнка? Знаешь, как это называется? Мошенничество!
- Венера, – тихо и даже угрожающе произнёс Никита, – остановись, пока не поздно.
- Да ты что? Пока не поздно? А это, прости, когда не поздно-то? Я предложила деньги за аборт, Наташа согласилась. Аборта нет, а деньги она взяла! Как это называется? Почему я должна отдавать какой-то нахалке свои деньги? Почему…
- У тебя нет своих денег, – спокойно заметил Никита. – Полмиллиона, которые ты собрала – это мои деньги. Напомнить тебе, что ты ни дня не работала? Сразу после института ты вышла замуж. За меня.
- Не работала? – возмутилась Венера. – Еду тебе кто всё это время готовил? За порядком в доме следил? И не говори мне про технику! Её, между прочим, бесплатно тоже никто не включит!
Она подскочила к Наташе и схватила небольшую сумочку, висящую у неё на спинке стула. Как она и предположила, конверт, который она ей передала, был ещё здесь.
- Нет аборта, нет денег!
- Хватит! – поднялся с места Никита. – Отдай мне деньги!
- Ага, бегу и спотыкаюсь, – и Венера показала мужу кукиш. – Пусть воспитывает как хочет! От нас помощи не будет! А ты? Быстро переобулся! Ты тоже не хотел, чтобы Наташа рожала!
- Иди в спальню, успокойся, потом поговорим…
- Никуда я не уйду!
- Тогда я буду вынужден попросить тебя покинуть этот дом. У меня нет никаких сил слушать твои истерики, – спокойно произнёс Никита. Он говорил таким тоном, словно хотел успокоить неразумное дитя. И за годы жизни с ним Венера знала, что он сейчас находится в ещё большей ярости, чем она сама. Вот только остановиться у неё уже не получалось.
Перед глазами пролетели годы супружеской жизни. Сначала ненавистной, потом привычной. Она привыкла к Никите и теперь уже была полностью согласна с поговоркой: «стерпится — слюбится». Тем более что он был отцом её любимого единственного сына.
Сына, против которого он восстал, поддержав чужую девчонку. Вот с ней пусть и остаётся.
- Игорь, – резко произнесла Венера, двигаясь к двери. – Идём. Нам здесь делать больше нечего!
И она выпорхнула в прихожую, чувствую, как бешено стучит в висках единственное слово:
Развод.
Продолжение 👇 Предыдущая часть 👈