"Таёжными тропами" 37
Кирьян ходил хмурый и злой. Ему казалось, что все показывают на него пальцем, только про него и шепчутся. Тятя смотрел с упреком. А маманя и вовсе вздыхала: «Позор на всю деревню. Бегал за девкой всё лето, а она всё-равно хвостом вильнула. Ведь знал, что откажет, зачем пошел? Да еще и батьку повел».
- Хватит, мать. Побалакали и будя, - обрывал ее Анатолий.
- Так я – то что? Люди калякают.
- Поговорят - перестанут. Вот женится и пересуды закончатся.
- Так когда женится? – вздыхала Стеша и замолкала.
Кирьян слушал такие разговоры молча. А чаще – из дома уходил. Он тешил себя, придумывал кару для Насти, представлял, как ей без него будет плохо. От этих мыслей немного становилось спокойнее.
В воскресный день, чтобы не быть дома, пошел носить воды. Колодец был глубокий, времени на добычу воды уходило много. Однако торопится было некуда.
Кирьян издали увидел, как по дороге шли двое. Он узнал Настю и дядю Кузьму. Сердце его заколотилось, руки дрогнули. Отец с дочкой повернули к дядьке Тимофею. «В гости пришли», - сообразил Кирьян.
Он бросил ведра и пошел за дом в поле. Обида поднималась с новой силой. «Живет, как ни в чем не бывало. По гостям ходит, над ним, Кирьяном, наверное, посмеивается,» - распалялся он, думая о Насте. Была бы его воля, он бы … Кирьян даже не знал, что бы он сейчас сделал, чтобы этой Наське было больно. Также больно, как и ему.
В голове мелькнула страшная мысль. Он даже опешил, куда завела его злобная фантазия. Но мысль настойчиво подавала голос, убеждая хозяина, что наказание Настя заслужила. Он зашел в баню, взял спички. С целью остаться незамеченным, вышел за огород. Здесь, задами, направился к лесу. Конечно, пришлось дать крюк, зато дальше от людских глаз.
«Успею, из гостей быстро не уйдешь, а этих в их лесу и вовсе никто не ждет,» - рассуждал Кирьян. Он пробирался по лесным буеракам, пока не вышел к дому Кузьмы. Он вспомнил, что у хозяев имеется собака и, скорее всего, она наделает шуму. Кирьян уже был с ней знаком и знал, что она не укусит. Она его уже видела, да и сам хозяин говорил Сторожу, что это свои.
Пес учуял человека. Поднял лай, но Кирьян ласково поманил его, попытался успокоить. Молодой пес умолк, даже разрешил потрепать свою густую шерсть. Вместе с собакой Кирьян обошел территорию, вышел к дворовым постройкам, туда, где стоял стог сена.
Именно сюда он и стремился. Собака рядом виляла хвостом. Кирьян присел к сухой траве. Какое-то время сидел, пытаясь успокоить бешеный стук сердца. Сейчас он отомстит Наське за все. Это будет справедливое наказание. Кирьян чиркнул спичкой. Зажечь не получалось. Кирьян нервничал, сосредоточился на задуманном.
Он вздрогнул, когда почти одновременно раздался выстрел, мимо уха пронеслась пуля и вмазалась в деревянную опору, что держала крышу над сеном. Он, на уровне глаз, увидел вмятину, что осталась в деревяшке. Кирьян, ничего не понимая, бросил взгляд туда, откуда могли стрелять, но никого не увидал. Стоило ему повернуться, чтобы удостовериться, что ему всё это не показалось, как рядом с первой вмятиной, после звука выстрела, появилась еще одна. Вторая пуля легла рядом. Кирьян аж присел.
Он понял, что третья пуля сейчас может оказаться в его голове. Кирьян бросился наутек, не разбирая дороги, и желая только одного – побыстрее оказаться дальше от этого лесного дома. Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он выбрался на окраину леса и остановился. Рубаха была изодрана в клочья сучками и ветками. Портки тоже порваны, на ноге красовалась большая кровавая рана.
Он поковылял полем к деревне, за версту держал расстояние от домов. Тело саднило, нога хромала. Огородом он опять пробрался в баню. Смыл кровь, попытался унять дрожь. От напряжения и испуга зуб на зуб не попадал.
Он содрогнулся, представив, что хотел сделать. Но еще больше его пугала загадочность всего происходящего. Как будто ружье стреляло само. Но такого быть не должно. Тогда кто же его держал? Кирьян никого не видел. Да и не слышал ничего, кроме выстрелов. «И, правда, Наська с лешими водится. Пока сама по гостям ходит, нечистый дом сторожит,» - от этой догадки Кирьке стало не по себе. Он стал креститься и вспоминать слова молитвы. Но они у него начисто вылетели, он ни строчки не мог восстановить в памяти.
Авторские права на произведение охраняются законом Российской Федерации. Единый номер депонирования литературного произведения в реестре: 224052301615.