Изготовление статуй и бюстов в Древнем Риме было, что называется, поставлено «на поток». Однако до современности дошла их ничтожная часть. Среди таковых уцелевших произведений искусства были не только воздвигнутые римским императорам статуи, но даже статуя злейшего противника римлян. Речь идёт о знаменитом карфагенском военачальнике Ганнибале Барке, предположительное мраморное изображение которого было обнаружено в итальянской Капуе в 1667-м году.
А почему вообще римляне решили увековечить память врага, который во время Второй пунической войны имел все шансы нанести Риму поражение? Это было бы равносильно установлению памятников Наполеона и Гитлера в России. Какой логикой руководствовались римляне, и за что были благодарны Ганнибалу?
Античные авторы, не переставая расхваливать военачальника Карфагена, также не перестают сопоставлять его доблесть с доблестью римлян. Так, древнеримский историк Корнелий Непот, оставивший после себя труд с биографиями выдающихся личностей из древней истории, в главе, посвящённой Ганнибалу, пишет:
«Ганнибал, сын Гамилькара, карфагенянин. Если никто не сомневается, и вполне справедливо, что римляне превзошли доблестью все народы, то нельзя отрицать и того, что Ганнибал настолько затмевал прозорливостью прочих полководцев, насколько римский народ опережал в храбрости другие племена».
Впрочем, Непот также считал, что Ганнибалу было и по силам одержать верх над римлянами, а не сделал полководец этого из-за ущемлявшей его «зависти сограждан». Другой древнеримский историк Тит Ливий вложил такую речь в уста карфагенского военачальника, получившего приказ об отзыве домой:
«Уже без хитростей, уже открыто отзывают меня те, кто давно уже силился меня отсюда убрать, отказывая в деньгах и солдатах. Победил Ганнибала не римский народ, столько раз мною битый и обращённый в бегство, а карфагенский сенат своей злобной завистью. Сципион не так будет превозносить себя и радоваться моему бесславному уходу, как Ганнон, который не смог ничего со мной сделать, кроме как погубив Карфаген, только бы погрести под его развалинами мой дом».
Сам Ливий также на страницах своей «Истории Рима от основания города» неоднократно описывает архиврага республики как человека добродетельного и мужественного, человека, который так же дорожил своим войском, как войско дорожило им.
«Насколько он был смел, бросаясь в опасность, настолько же бывал осмотрителен в самой опасности. Не было такого труда, от которого бы он уставал телом или падал духом», – писал в частности историк.
Дело, однако, было не в только в достоинствах Ганнибала. Выдающийся древнеримский философ Луций Анней Сенека в эссе «О провидении» писал, что «без противника зачахнет и добродетель». Именно это и ценили в Ганнибале римляне: он был достойным врагом, победа над которым даровала им славу и величие. Воздвигая памятники Ганнибалу, римляне одновременно увековечивали память о себе – ведь именно они нанесли поражение великому гению.
Впрочем, не стоит забывать также и о происхождении некоторых римских императоров, во время правления которых были выполнены скульптуры с изображением карфагенского полководца. Септимий Север, родившийся в североафриканском городе Лептис-Магна (современная Ливия), приказал отстроить гробницу своему соотечественнику, покрыв её мрамором. Греческий историк Геродиан, живший в конце II-начале III вв. н.э., пишет, что статуи Ганнибалу ставил и сын Септимия Севера Каракалла, который восхищался талантливым военачальником.
Стоит отметить, что чести быть увековеченным своими врагами-римлянами удостоился не только Ганнибал Барка, но и небезызвестный Арминий. О том, как сложилась судьба человека, нанёсшего одно из самых унизительных поражений Древнему Риму, можно прочитать в этой нашей публикации.
(с) Zeist
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!