Как-то после увольнения из воинской части славного города Кронштадт решил я вернуться в научную контору, из которой ушёл три года назад, чтобы получить все кровно заработанные деньги. Потому, что иначе нельзя было. Неплатежи ведь были страшные по всей стране. В те смутные времена инфляция так зашкаливала, что старпомовского оклада в миллион восемьсот деревянных рублей уже никак не хватало на прокорм семьи. А в научной конторе намечались перемены к лучшему. Капитан-наставник, с которым у меня были замечательные отношения, намекнул, мол, возвращайся. Вот я и рванул снова в дальние моря. Но…
Но все ходячие пароходы к этому времени уже были в рейсе. Не сидеть же на берегу за свой счёт. Вот я и согласился посидеть в ремонте вахтенным матросом. И опять же в Кронштадте! Так что недалеко отъехал!
Начальник отдела флота вместе с капитаном-наставником клятвенно заверили меня, что через месяц я сяду старпомом на другой пароход. И сдержали своё обещание… Месяц я отсидел на вахте матросом, а потом отдел кадров выдал мне направление на должность старшего помощника капитана НИС «Геолог», который когда-то отдали в аренду под перевозку челноков. Потом меня с шутками подкалывали, что такой головокружительной карьеры в этой конторе ещё никто не делал. Ну ещё бы! Из матросов да сразу с старпомы!
Но шутки шутками, а реальность была такова, что не до шуток. Турецкая эпопея давно затихла. Контракт на аренду судна тоже давно истёк. Пароход перебазировали из Крыма в Новороссийск, да так он там и застрял. У конторы как всегда не нашлось денег на перегон в родной порт. То ли ждали удобного случая продать его, то ли просто плюнули на него до лучших времён. К тому же, для исследовательских целей он теперь был непригоден. И по регистровым документам он уже числился пассажирским судном. Всё нужное научное оборудование было снято, а все лаборатории разбондарили и превратили, либо в грузовые помещения, либо в жилые. Короче говоря, пароход грустил, дожидаясь своей участи, крепко ошвартованный у причала маленькой гавани Новороссийской бухты. Одна научная контора типа нашей приютила сироту и разрешила стоять у своего причала.
Экипаж на борту держали по минимальному штату. Сидеть за голый оклад на стоячем судне вдали от дома на скудном пайке охотников находилось мало. Поэтому контора ссылала туда провинившихся или «безлошадных» вроде меня, да и те сбегали при первой возможности. Наняли ещё несколько человек из местных по договору.
Должен же кто-то сторожить государственное имущество.
И вот новый старпом прибыл в город-герой Новороссийск. Было это в начале осени. На железнодорожном вокзале меня встречали старые знакомые. Владик и Маруся. Да, те самые, о которых я уже упоминал. Ну, обнялись по-дружески, поболтали, вспомнили былые походы. Но первым их вопросом было: «Деньги привёз?». Дело в том, что контора крайне нерегулярно высылала экипажу зарплату (зарплатных карт тогда ещё не было), а так же продуктовые. А я как раз привёз. Радости встречающих не было предела. Пока ехали до парохода, они мне многое рассказали о жизни здесь. Слегка приукрасили, но, в общем, картина была ясна. Пароход и экипаж практически брошены на произвол судьбы. Потом я и сам убедился в этом.
Но об этом потом.