Союз тогда уже развалился и в новой России не нашлось достаточно денег на морскую науку. Как, впрочем, и на любую другую. Многие научные конторы прекратили своё существование, а оставшиеся перешли на самофинансирование.
Наша контора хоть и осталась государственной, но тоже еле волочила ноги от финансового голода. И чтобы совсем не загнуться, было принято решение отдать один из пароходов в аренду под коммерцию. А тогда как раз набирала силу турецкая эпопея. Челноки везли из Турции всё подряд. Много научных судов было тогда приспособлено под перевозку челноков и их товаров. По всему Чёрному морю шныряли большие и малые суда, гружённые турецким ширпотребом.
И для нашего научного лайнера нашёлся временный хозяин.
Бизнесмен из Сибири взял его в аренду. Кое-как перевели научно-исследовательское судно под пассажирский класс и немного расчистили помещения от научного оборудования. Пароход довольно большой, может брать на борт до сотни пассажиров и трюма вместительные. Базой назначили город-курорт на южном берегу Крыма. Украина уже стала независимой и, выходит, мы базировались на территории иностранного государства.
Об удобствах экипажа, конечно, никто не думал. Выгнали всех из своих кают и загнали в низы, а многие просто перебрались в лаборатории или другие подсобные помещения. Я, например, перебрался в гидрографическую лабораторию. Там было просторно, но не было никаких удобств, и даже кровать пришлось мастерить из ящиков. Вообще-то я неплохо устроился впоследствии. Обжился, а за сданную каюту получал по 50 долларов в рейс.
Там, кроме основной зарплаты, каждый зарабатывал, как мог. На погрузке товаров, на оказании разного рода услуг пассажирам. Обслуга естественно не стеснялась брать и даже выпрашивать чаевые. Кое-кто возил свой товар и сбывал его барыгам на городском рынке. Но в основном приходилось вкалывать до изнеможения. Кроме основной работы и несения вахт, приходилось работать на погрузке в трюмах так, что на сон оставалось 3 – 4 часа. Платили, правда неплохо, и вместе с основной зарплатой получалась весьма приличная сумма. По тем временам, конечно.
Отдохнуть удавалось только если выпадала длительная стоянка в Крыму. Экипаж менялся через шесть месяцев, но были и такие, кто выдерживал год и больше. Я попал туда с осени, когда в Крыму мёртвый сезон. Туристов нет, прибылей нет, наступает унылая и нищая для аборигенов зима, когда человек со ста долларами в кармане кажется миллионером и в городе для него открыты все двери. А тут мы со своей внушительной зарплатой. И каждый из нас жаждет отдохнуть после ломовой работы.
И уж как отдыхали! Редко, но метко. И чего только не было. Обменяв доллары на местные «фантики», отрывались в кабаках с туго набитыми карманами. И это не метафора. Ведь обменный курс был такой, что купоны тугими пачками приходилось распихивать по карманам. В кошелёк не помещались. А цены зимой сильно снижались. Вот мы и куролесили от души. А чего же не оттянуться?
Местные, завидуя нам, говорили: "Ну вы и зажрались!" На что мы отвечали: "Это тут мы с соткой баксов миллионеры, а в Питере со ста долларами мы голь перекатная! Дайте хоть тут почувствовать себя богатым.".
Великолепные массандровские вина продавались за гроши. Фруктов горы, закуска дешёвая. Именно тогда я попробовал и понял вкус настоящих вин. До этого я, оказывается, пил просто бурду. А тут прямо с завода покупали коллекционные вина. Да что там дорогие вина. Кто бы мог подумать, что простой портвейн «Кавказ», который мы курсантами хлебали в раздевалке мореходки, оказался не просто бормотухой, а очень вкусным и ароматным напитком. Всяко было. И благородную Массандру закусывали копчёной скумбрией с горячим батоном, и турецких устриц запивали «Абсолютом».
Но наши невинные попойки не шли ни в какое сравнение с пьяными вакханалиями наших пассажиров. Такие иногда попадались хамы, просто караул!
А вот об этом в следующих частях.
Не пропустите.
А кто ещё не подписался, подпишитесь обязательно, чтобы не пропустить.
До встречи на канале Maestro Z.
Пока.