Липа, как символический объект, играла значительную роль в текстах русских классиков. Она часто выступала как связующее звено между человеком и природой, символизировала мудрость, миролюбие и духовное единство. В произведениях писателей Золотого и живой природы, способной влиять на внутренний мир человека. Авторы использовали этот символ для раскрытия глубоких философских и психологических аспектов в своих произведениях.
Липы считались священными деревьями на территориях, где проживали славяне еще со времен древности. Они были особенно почитаемы на южных землях, вместе с дубами. Некоторые люди приносили к липам дары в Рождество Богородицы, а также проводили молебены. Возле старых липовых рощ часто строили церкви, под деревьями собирались люди на собрания, праздники и суды. Кроме того, цветы, листья и кора липы были широко используемы в народной медицине.
Также она стала важным символом памяти и ностальгии в русской поэзии и прозе XIX века, который был известен как Золотой век русской литературы. В это время дерево стало ассоциироваться с ушедшими временами, становясь объектом воспоминаний и тоски. Писатели часто описывали липу и ее тень, чтобы создать задумчивое, меланхоличное настроение в своих произведениях.
В произведениях писателей Золотого века. Иван Тургенев в 1846 году превратил липу в символ дворянской усадьбы, где утрачена юность и первая любовь. В произведениях Ивана Гончарова и Ивана Бунина липа также стала символом ушедших времен и потерянной родины. В начале XX века поэты использовали липу как сакральное дерево, метафору памяти и символ ушедших времен, объединяя различные смыслы в своих произведениях.
Для примера мы приведём стихотворение Ивана Сергеевича Тургенева «Деревня»
Деревня
Люблю я вечером к деревне подъезжать,
Над старой церковью глазами провожать
Ворон играющую стаю;
Среди больших полей, заповедных лугов,
На тихих берегах заливов и прудов
Люблю прислушиваться лаю
Собак недремлющих, мычанью тяжких стад;
Люблю заброшенный и запустелый сад
И лип незыблемые тени; —
Не дрогнет воздуха стеклянная волна;
Стоишь и слушаешь — и грудь упоена
Блаженством безмятежной лени…
Задумчиво глядишь на лица мужиков —
И понимаешь их; предаться сам готов
Их бедному, простому быту…
Идёт к колодезю старуха за водой;
Высокий шест скрипит и гнётся; чередой
Подходят лошади к корыту…
Вот песню затянул проезжий… Грустный звук!
Но лихо вскрикнул он — и только слышен стук
Колёс его телеги тряской;
Выходит девушка на низкое крыльцо —
И на зарю глядит… и круглое лицо
Зардилось алой, яркой краской.
Качаясь медленно, с пригорка, за селом,
Огромные возы спускаются гуськом
С пахучей данью пышной нивы;
За коноплянником зелёным и густым
Бегут, одетые туманом голубым,
Степей широкие разливы.
Та степь — конца ей нет… раскинулась, лежит…
Струистый ветерок бежит, не пробежит…
Земля томится, небо млеет…
И леса длинного подёрнутся бока
Багрянцем золотым, и ропщет он слегка,
И утихает, и синеет…