2 скрининг

Прошло уже несколько месяцев со дня 2го скрининга и только сейчас я собралась с силами написать о тех днях. Надо было все осознать, принять и пережить.

На скрининг я шла воодушевленная. Ведь по итогу 1 скрининга все риски сняли, меня заверили, что у ребенка все хорошо. Каких-то плохих предчувствий и мыслей не было.

Сначала на узи все шло как обычно. Называли какие-то цифры и сверяли с табличными. Я услышала несколько раз фразу "кишечник повышенной эхогенности", почему-то подумала, что это про меня (и связано с сильным газообразованием) и не придала значения.

А дальше началось. Оказывается по результатам 1 скрининга не все было так радужно. Возможно врачи хотели дождаться большего срока и лучше все проверить, может надеялись, что это ошибка, а может не хотели пугать раньше времени. Оказалось, что мне поставили в результатах - агенезию венозного протока. Но тогда никто таких слов не произносил и в заключение я особо не смотрела. Ведь риски были посчитаны, а генетик уверила, что у малыша никаких проблем нет.

После того как все проверили, перешли к поиску протока и подтверждению диагноза. Та же самая узистка, что и была в первый раз, так спокойно спрашивает у меня: ну вы же читали наверно уже про агенезию венозного протока? знаете виды и какой самый опасный? я была в ступоре и ужасе. Она продолжила - у вас благоприятный исход, но надо понять куда впадает вена, главное, что точно не в сердце. Пришла заведующая и они стали смотреть вместе. От заведующей я слышала фразы, что это вариант нормы. Далее узистка стала консультироваться с ней по поводу кишечника (опять? что-то все-таки не со мной связано?) и решила изменить результат с повышенной эхогенности на гиперэхогенность. Но меня успокоили, что все хорошо и отправили дальше к генетику.

Все было как-то спокойно, я написала мужу и маме, по этим двум найденным вещам и готовилась, что генетик меня, как и в 1 раз, отпустит домой.

Когда я зашла в кабинет к генетику, то была расслаблена. Ничего критичного же не нашли. И тут генетик начинает проверять результаты 1 скрининга, переспрашивает какую-то информацию и говорит: у вас 2 маркера хромосомных патологий (агенезия и гиперэхогенный кишечник), по протоколу я обязана назначить вам прокол (точно не помню что она назвала кордо или амниоцентез). Земля ушла у меня из-под ног (Это происходит не со мной. Со мной такого быть не может. Все это сон. Не могу поверить, что все может быть так плохо, что у меня может быть ребенок с синдромом. Когда что-то пошло не так? Может еще в первый день задержки и мазни, природа тогда пыталась взять свое?) Я ожидала такие фразы после первого скрининга, я готовилась к этому. Но не сейчас, когда уже большой срок и ничего не предвещало беды.

Я спросила про НИПТ. Ведь помню, что был дорогущий анализ на кровь, без прокола. Генетик сказала, что срок уже достаточно большой и мы не успеем дождаться результатов НИПТа, потом результатов прокола и в случае подтверждения сделать прерывание. Время хватает только сделать прокол и прерывание. Или оставлять все как есть: сделать НИПТ только для себя, чтобы доносить беременность до конца и знать к чему готовиться в итоге.

Я сидела и молчала, не знала, что делать. Вернее я в глубине души знала, что на прокол не решусь, что это крайне опасно. Но в то же время я не готова воспитывать ребенка с синдромом и если есть веские основания, то надо идти на прерывание.

Видя мое замешательство, генетик стала меня успокаивать и разъяснять ситуацию. 2 найденных маркера никак не связанны между собой. Гиперэхогенный кишечник мог появиться из-за недавно перенесенной простуды или инфекции (а у меня как раз был герпес на губе за 1-2 недели до узи). Если это так, то уже к 3 скринингу никаких проблем с кишечником не будет. А агенезия уже никак не влияет на малыша, если бы влияла, то на узи бы обнаружили отклонения в работе сердца или мозга. Скорее всего это просто особенность развития, которая встречается сейчас у многих и не несет последствий.

Также она продолжила, что в моем случае действительно стоит задуматься, нужен ли прокол. Все-таки риск потерять ребенка есть, и он больше, чем то, что там у него какой-то синдром. Плюс плацента по задней стенке и миома, что тоже повлияет. И 100% никто никогда не даст, что ребенок здоров.

В итоге после ее слов я подписала отказ от инвазивной процедуры. Муж меня поддержал. Он не мог поверить, что у ребенка что-то есть и даже не хотел изучать материалы, погружаться во все. Я же все следующие дни накручивала себя, хотела все-таки поехать и согласиться на прокол, получив мнение еще одного генетика, ведь текущая генетик и в первый раз обнадеживала.