Арина Петропавловская: Об отношении бабушки к дедушкиным «маленьким мужским слабостям»
Бабушка ненавидела алкоголь, особенно гневало её тайное распитие горячительных напитков. Любое дедово мероприятие типа посещения дачи зимой вызывало у неё немедленное тайное подозрение в желании деда предаться пороку пьянства.
Дед, чего уж там скрывать, в объяснении необходимости своих внезапных путешествий был убедителен: "Вот мы сидим здесь, Оленька, а там, может, замки уже давно сорвали и всё путное вынесли!".
Или: "Надо съездить проверить колонку, хорошо ли укрыта, как бы не порвало морозом...".
Или: "Там, может, крысы все полы проели!".
Можно было также отправиться на рыбалку: "Я тут подумал: давно мы, Оленька, свежей рыбки не ели".
Или - за грибами: "Ну почему ты, Оленька, говоришь, что грибов сейчас нет? Я у мужиков узнавал – пошли!".
Бабушка после таких заходов тут же становилась осторожно язвительной, придумывала кучу причин, почему этого не надо делать, но очень редко брала верх.
Иногда, чтобы доказать ей необходимость посещения зимней дачи, дед брал нас собой. Тогда, проклиная всё на свете, мы тащились в ледяном, лязгающем трамвае, потом по заброшенному парку с заснеженными статуями дискоболов, пловчих и пионеров... Состояние у бабушки было напряжённое, обстановка -грозовой.
Я шла с поджатым хвостом и помалкивала. Дед был само воплощение безмятежности и ангельского терпения. Он знал, что опять обхитрил бабушку. Никакой «заначки» она на даче не найдёт, дел там всегда много, даже «просто посмотреть» не грех. В домике, отдышавшись и не найдя ничего подозрительного бабушка расслаблялась, осматривалась, веселела. Дед проверял углы, мы с бабушкой трясли на морозе кроватные тряпки, вытирали пыль, убирали забытое на виду на столе варенье, в чудом не лопнувшей от мороза, банке, возились по мелочи. Домой возвращались в полном согласии:
- Видишь, как хорошо, Оленька, что съездили, теперь душа на месте.
Но дед не был бы дедом, если бы отступал от цели. «Уж если я чего решил, я выпью-то обязательно». Он просто придерживался правила: «Зачем дразнить гусей?». Наступал день, когда супруг появлялся в дверях квартиры тише и улыбчивей обычного. Ужом проскальзывал в спальню и, пошуршав там, скрывался в туалете. Бабушка уже всё понимала, ей просто было нужно последнее подтверждение. Она начинала усиленно работать носом. Всё! Точно! Выпил, можно не сомневаться! Из туалета тянулся слабый, но явный запах курева. Папиросы «Беломор».
- Ты куришь что ли там, Сева?
- Да, Оленька, что-то захотелось, - невинным вкрадчивым голосом отвечал дед. А курил он, только «выпимши».
Пауза. Гремят плошки на кухне.
«Пёс такой!» про себя проговариваю я финальную фразу бабушкиного выхода.
"Пёс такой!" - раздаётся негромко из кухни (муж ведь, кормилец). Партия проиграна. Теперь до следующего раза.
После того, как дед засыпал, бабушка металась по квартире, жалуясь стенам, мне, всему, что попадалось по дороге: "Обманул ведь, обманул, вокруг пальца обвёл! А я то дура…".
Выпивал дед так редко, настолько мало и без последствий, что если б не бабушкина нетерпимость к пьянству, всё бы это и яйца выеденного не стоило.
Еще про бабушку Арины Петропавловской: