Многих привлечет этот фильм тем, что здесь появляется ещё неизвестный широкой публике Стинг. Хотя у нас в стране и картина «Радио в эфире», и создавший её режиссер Кристофер Петит до сих пор являются уделом единиц, а потому рассказ об этом удивительном творении становится прямо-таки насущным.
«Радио в эфире» нельзя охарактеризовать каким-то одним словом. Подчеркнуто чёрно-белый фильм вызывает в памяти нуар. Бесконечное движение в автомобиле - роуд-муви (то есть дорожные фильмы). Постоянное звучание песен – мюзиклы. Попытка расследовать гибель близкого человека - триллеры.
К слову сказать, когда за выяснение обстоятельств смерти, случившейся ванной, берется родной брат, то становится понятно, откуда взялась завязка сюжета у Майка Ходжеса в «Засну, когда умру». Хотя в «радио» вы так и не получите чётких ответов.
Фильм вообще закончится сценой абсолютной безысходности, когда главный герой подобно Станиславскому кричит в гулко отзывающийся эхом карьер: «Не верю». Впрочем, он не скинулся в него на своём автомобиле, так как выбрал иной путь бегства из реальности – сел в поезд.
Фильм пропитан тёмной меланхолией, что подчеркивается каждой новой встречей, случающей на пути. Сразу же отметим, что для Англии в силу её небольших размеров нехарактерен роуд-муви, это больше по части Америки. Ну, на самом деле, куда можно ездить на острове, если из города в город допустимо «пешком дойти»?
«Радио в эфире» кроме всего прочего – это зашифрованная вещица, некая шарада, тайну которой можно постичь только через разрабатываемую нами «теорию аллюзорности». В итоге этот фильм возник как импровизационная попытка осмыслить наследие «новой волны».
Если быть предельно точным, то запуск сложной череды ассоциаций осуществил фильм «Альфавиль» (вспоминайте открывающую фильм цитату про Фрица Ланга и Вернера фон Брауна). Тот самый, что стараниями Жана-Люка Годара стал первый в истории кино киберпанком, а ещё вынесенный в название синти-поп-группы, хотя она возникла позже выхода на экраны «Радио в эфире».
То есть Кристофер Петит предпринимает вполне осмысленное и концептуальное действие – пытается постигнуть через мнимые «жизненные наблюдения», насколько вообще сочетаемы «новая волна» в кинематографе и «новая волна» в музыке. Тем более что между этими одноименными явлениями находится, по меньшей мере, полтора десятилетия, почти жизнь целого поколения, шагнувшего в жизнь.
Короткие реплики диалогов, напоминающие фразы из разговорников, в итоге и являются фразами из разговорников. Местами состаренная картинка, имитирующая царапины на пленке, говорит вам о наследии прошлого. Словно намекая, что не в то время «новая волна» возникла в сфере кино.
Политические беспорядки, обитающие где-то на периферии радикалы (надписи на стенах с призывом свободы бойцам РАФ и рассказы о Северной Ирландии) ошеломляют лондонского диджея, который с неким изумлением и испуганно наблюдает за окружающей его жизнью. Едва ли не впервые покинув свою столичную «скорлупу».
Что касается самого фильма, то сделан он мастерски. При его просмотре никак не покидает ощущение, что это всего лишь «найденная пленка». Мол, «на самом деле» она была снята в начале 50-ых, а 1979 году была лишь обнародована, став «достоянием общественности».