- Это что же получается?! - возмущенно прошипела Янка. С таким выражением лица, что Валера понял — сестра готовится к войне, - мы по подворотням ошиваемся, а эта… тетушка недоделанная в нашей квартирке прописалась?! Она даже не потрудилась нас найти!
Разозленная Янка стремглав рванула к подъезду. Номер квартиры был записан на подкорке. Она застыла, шумно выдыхая воздух, пытаясь вспомнить, как ее зовут.
Начало истории
Либо мама не рассказывала о сестре, либо Яна тоже многого не помнит. А про Валеру не стоит даже говорить. Он и не пытался вспомнить. После драки с отморозком у него гудела голова.
Сейчас бы упасть на кровать. На его кровать. Яна говорила, что маленькая комната была детской. Там стояли две односпальные кровати — его и сестры. У Валеры постельное белье с машинками, а под кроватью в коробке он хранил секрет.
Гудков не было. Как выяснилось позже, домофон отключили за неуплату. Пришлось дожидаться, когда в подъезд зайдут жильцы.
И снова они поднялись на их этаж, подошли к двери их квартиры. Их! Не тетки! Они наследники квартиры, не она. Эта пьянчужка воспользовалась тем, что дети находятся в приюте, и заграбастала ее себе.
Та снова открыла, не спросив, кто стоит за дверью. Чему тут удивляться? Все, что представляло какою-то ценность, тетка пропила. Кроме телевизора и мебели. А тетка…. Да кому она нужна?
Страшная, как атомная война, вонючая, пропитая и насквозь прокуренная, она уставилась на них стеклянными глазами, как будто видит в первый раз.
- Я — Яна. А это… - бойкая сестренка указала на Валеру, - мой брат Валера. Мы — дети вашей сестры.
Та зависла с перекошенным лицом, переваривая информацию. Валера не выдержал и проскочил в дверной проем. Имеет право! Ему не требуется приглашение, чтобы войти в свой дом.
В квартире было так грязно, воняло перегаром, на кухне в пепельнице дымился не затушенный бычок, что Валера засомневался, сможет ли он считать ее своей.
- Яна… Валера… - Тетка вращала пьяными глазами, - откуда вы взялись?
- Нас выпустили из детского дома! - дерзко пояснила Яна, врываясь следом, - почему вы не сообщили, что нашей мамы больше нет?
- Так я… Таня ничего не говорила.
Пока она оправдывалась, Валера уже ворвался в спальню. Увидел две кровати и застыл. К горлу подкатил огромный ком. Он пытался вспомнить, которая из этих кроватей его.
Валера сдавил ладонями виски. Дурацкие воспоминания! Он ничего не помнит. Абсолютно ничего!
- Мы вернулись! - Яна бродила по квартире, как хозяйка, заглядывала в каждый угол. Брезгливо морщила лицо. - Во что вы превратили мамину квартиру? Нашу квартиру! Нет, ты видишь? Валер!
Янка вбежала в спальню, громко хлопнув дверью, и уставилась безумными глазами на кровать. Теперь Валера хотя бы понял, которая была его.
- Что будем делать? - возмущенно прошептала Янка, - выгоним ее? Вызовем полицию? Обратимся в суд?
Она не знала, куда бежать и кто поможет им восстановить справедливость. Смотрела на брата с надеждой, а тот ничего не чувствовал, кроме урчания в пустом желудке, поэтому сказал:
- Я бы чего-нибудь сожрал.
- Тебе лишь бы пожрать! Блин! Валерон! - она толкнула брата, - у тебя мозги отказали? Зачем ты вступился за эту Холеру?
- Этот урод ее душил.
- А тебе какое дело? Душил, значит… заслужила. А ей похоже нравилось. Ладно, она на всю голову отбитая, а ты? Хочешь дурачком на всю жизнь остаться?
- Тебе же лучше, - Валера хитро улыбнулся, - сдашь меня в дурку, а квартирку оставишь себе.
- Придурок! - снова толкнула. Валера скорее загнется от ее побоев. Или от голода. Он всегда голоден и, как правило, наедается впрок.
А та тощая, похоже, питается воздухом. Валера подумал о ней, когда смывал с лица остатки крови.
Или серьезно больна.
Тетка скрылась на кухне. Ей срочно нужно было взбодрится. Она плеснула в кружку красного вина. Дешевого, из коробки. Тетка не считала себя алкоголичкой. Алкоголики употребляют крепкие напитки, а она всего лишь легкое винишко. По сути компот.
Накрывать на стол она не собиралась. В холодильнике — пусто. Одной много ли надо? К тому же тетка не ждала гостей. Тем более таких: дерзких, наглых. Они заселились в ее квартиру без спроса, как тараканы, а ведут себя, как хозяева жизни.
«Ничего. Это ненадолго!»
- Есть чего-нибудь пожрать?
Тетка вздрогнула. На кухне неожиданно появился Валера. Рослый, плечистый. Футболка в крови. Вино подействовало мгновенно. Мозги и взгляд прояснились, а голос тетки стал увереннее и жестче:
- Документы покажите! А вдруг вы самозванцы?
- Вы тоже покажите! - нахмурился Валера. Ясно. Еды ему не дадут.
Тетка тоже Кондратьева, как мама. Ее зовут Елена. Они — родственники, но смотрели друг на друга, как враги.
- Ваша мать оставила квартиру мне! - внезапно заявила тетка, открывая страницу с пропиской, - вот! Смотрите! Я — хозяйка этой квартиры.
- А где документы? - озадаченно спросила Яна. Ее пыл немного угас.
- Документы? - та фыркнула, - а кто вы такие, чтобы я показывала вам документы? Ваша мать сдала вас в детский дом. Квартиру завещала мне. Я — здесь хозяйка. Не вы!
Тетка упивалась своим превосходством. Как ловко она поставила племянничков на место. Но Валера, тот, которого она немного побаивалась, стоял на своем.
- Документы, - угрожающе прищурился Валера.
Они обменялись враждебными взглядами. Валера даже не моргнул. А та слегка опешила от такого напора и, недовольно поджимая губы, куда-то ушла.
- Ведьма! - процедил Валера сквозь зубы.
Он хотел присесть на стул, но Янка резко схватила его руку и испугано сказала:
- Не садись!
- Почему? - нахмурился Валера.
- Это… мамино место, - в глазах сестры искрились слезы, - мамин стул.
Валера долго смотрел на этот стул. Пока ему не показалось, что на пустом стуле сидит размытый силуэт. Мотнул головой. Силуэт сразу же испарился. Похоже, у него действительно поехала крыша. Пора завязывать с драками. Хотя бы ради сестры.
- Документы на квартиру я не дам! - категорично заявила тетка, - вдруг порвете? Кто вас знает?! У меня есть копия завещания.
Она небрежно швырнула листок. Валера пододвинул его ближе. Спустя минуту Янка обреченно выдохнула и уткнулась лбом в его плечо.
Мама… Почему она так поступила? Почему не подумала о детях? Почему так рано умерла?
- Она болела, - сухо сказала тетка, - я за ней ухаживала, лекарства покупала. Поэтому она оставила квартиру мне!
Ведьма! Валера протаранил ее тяжелым взглядом, когда та важно расселась на стуле. На мамином стуле. Он вскочил так резко, что тетка сразу же насторожилась. И нервно дернулась, когда племянник промчался мимо нее.
- Ты куда? - Янка догнала его в прихожей.
- Надо подумать, - Валера порылся в ящике и нашел ключи. Он дал сестре наставления, - сиди дома. Поспрашивай ее о матери. Если что звони.
- Валера!
Но тот уже выскочил из квартиры. Взбудораженный, взбешенный, каким был — с пятнами крови на футболке. Из соседнего подъезда вышла девчонка. Та самая милюзга, которая ревела на остановке. Девчонка задрала подбородок и помахала рукой.
На балконе второго этажа лучезарно улыбалась Спичка.
- После школы сразу же домой… - Полина замолчала. Она увидела Валеру, перестала улыбаться и отвела глаза.
Реакция вполне ожидаемая. Вид у Валеры мягко говоря не очень. Хмурый, как грозовая туча, напряженный. Такого только тронь. Но мелкая девчонка его ничуть не испугалась.
- Эй, малявка! - он догнал ее и через силу улыбнулся, - не подскажешь, где ближайший магазин?
- Там! - та ткнула пальцем.
- Спасибо, - на этот раз улыбка стала искренней. Валера почувствовал на затылке острый взгляд ее сестры. Ему почему-то стало весело. Он хитро подмигнул девчонке, - ты куда такая нарядная?
- В школу! - с гордостью ответила она.
- На пятерки учишься?
- На шестерки!
Он посмеялся. Какая языкастая! И кто научил ее так отвечать? Сестра?
Янка отругает его за расточительство. Валера с голодухи набрал пакет продуктов и купил четыре пирожка. Один проглотил, пока шагал обратно. Достал второй и неумышленно, а может быть намеренно, покосился на балкон.
Щепка… как только не называл ее Валера про себя… сидела боком у раскрытого окна. Серьезная, она внимательно смотрела на колени. Валере стало любопытно, чем эта Спичка так увлечена?!
Он увидел лавку, стоящую напротив этого подъезда. Уселся, расправился с последним пирожком. Два других предназначались Янке. Валера наблюдал за Щепкой, ждал, когда она его заметит. Даже покашлял. Но та не замечала ничего вокруг.
Валера набрал в легкие воздух, хотел крикнуть, но его прервал звонок.
Лиза…. Она ждала звонка. А он обещал набрать сразу же по приезду в город, но мысли были совершенно о другом.
- Валера! - протянула Лиза обиженным, гнусавым голоском, - почему ты не звонишь?
- Да все как-то не до этого… - Спичка повернулась, и Валера протянул ей пирожок. Дескать, хочешь? Угощаю! Та покачала головой.
- В смысле некогда?! Валера! Ты офигел?
Валера еще раз предложил худышке пирожок. Ему хотелось накормить эту костлявую девчонку. Та снова отрицательно качнула головой. Не удержалась и показала ему книгу.
- Я так и знала! - вопила Лизка в трубке, - ты уедешь и забудешь обо мне!
- Не сочиняй. Прошло всего два дня, - Валера одобрительно кивнул. В адрес Спички. Книжки — это хорошо.
- Два дня! Валера! То связи нет, то некогда. Ты меня любишь?
- Эээ…
Валера любил свою сестру. Но это врожденное, естественное чувство. А как любить чужого человека? Он не понимал. Его никто не научил.
- Да пошел ты, носатый придурок! - остервенело прокричала Лизка, - больше не звони!
Он отбросил телефон. Валера никогда не участвовал в скандалах. И сейчас не волновался. Знал, что она остынет и перезвонит.
Лиза тоже брошенный ребенок. Они знакомы с детства, но по-настоящему встречаться стали только год назад. Она осталась там. И да… Валера обещал ее забрать.
- Эй! - он вдруг озлобился, - Холера! Выходи!
Крикнул, не подумав, небрежным басом, как тот отморозок на мопеде. И тут же пожалел. Он назвал ее Холерой. Обидным прозвищем. Услышав это Щепка тут же встала, окинула его холодным взглядом и ушла.
Придурок. Носатый. Валера не заметил, как слопал четвертый пирожок. Ладно. Янка не узнает, зато теперь он сыт.
Из кухни доносились голоса. Один прокуренный, принадлежащий тетке, а второй такой сладкий, что аж зубы свело.
Валера нахмурился.
- Тетечка Леночка… - добила его Янка, - можно я повешу занавески?
- Вешай. Мне-то что?
Яна старательно тянула улыбку. Притворную. Валера прекрасно знал свою сестру. Знал, когда эмоции не поддельные, а сейчас коварная Янка источала сладкий яд.
Она затолкала брата в спальню, сжала его плечи и прошептала у лица:
- Это грымза разрешила нам остаться.
- Нет! - отрезал тот. - Переночуем и домой.
- А где наш дом? Валера?! Ты знаешь? Кому мы там нужны?
- Ей что ли нужны? - Валера сбросил ее руки, - мы с тобой одни в этом мире. И нам никто не нужен. Поняла? Получим социальное жилье...
- Ничего мы не получим. Сам знаешь. Там такие требования! А если и дадут, то отберут. - Яна нервно вышагивала перед братом и цедила, - я эту квартиру не отдам. Она мамина! Наша! Эта алкашка присвоила себе чужое и живет, как королева. Я узнала, у нее нет ни мужа, ни детей.
- И что? - Валера понимал ее намеки. Они — двойняшки. Чувствуют, понимают друг друга и видят насквозь.
- Сам знаешь, что, - Яна криво улыбнулась, - мы — ее наследники. Рано или поздно, эта грымза сдохнет. И квартира станет нашей, - она принюхалась. От Валеры пахло пирожками. Он отстранился, а та блаженно протянула, - ммм! Ты чувствуешь этот запах?
- Извини, - он иронично улыбнулся, - я задумался и схомячил пирожки.
- Какие пирожки? Валера! Запах смерти! - выплюнула Янка, - эта ведьма скоро умрет!
Спустя секунду она спохватилась и толкнула брата в грудь.
- Ах ты, обжора! Ты слопал пирожки?
Валера даже не пошевелился. Он превратился в камень, прокручивая в голове жестокие слова сестры...