Домовой, с позволения, поселился в спальне Мары. Он отсиживался под кроватью или в Марином шкафу, когда мама девушки была дома.
— Моя комната — твоя комната, — сказала Мара, приглашая нового соседа.
Добравшись до душа, Мара с облегчением смыла с себя кладбищенское зловоние, которое, казалось, пропитало её после встречи с подселенцем. На часах было только семь вечера, когда она, обессиленная, рухнула в кровать, не удосужившись даже снять полотенце с мокрых волос. Когда же она почти провалилась в сон, в ногах клубочком свернулось что-то мягкое и пушистое.
— Я, помнится, на конюшне одной жил, так там лошадкам гривы в косы заплетал. Хошь и тебе, хозяюшка, заплету? — с еле заметной застенчивостью спросил домовой.
— Делай что хочешь, только дай поспать, — ответила Мара и провалилась в глубокий, спокойный сон, свободный от путешествий в другие миры и ночных кошмаров.
Будильник в клочья разорвал безмятежный сон ровно в 7:30.
— Господи, за что! — раздался раздражённый Марин голос из-под одеяла. — Я тут с мёртвыми вожусь, по хозяевам кладбищенским бегаю, но мне почему-то всё равно приходится ходить в школу. Что за жизнь такая!
Свесив ноги с кровати, она ещё минуту тупо смотрела в стену перед собой. Фимы не было видно, но это и к лучшему. Ведь чем меньше мама соприкасается с потусторонним миром, тем спокойнее им обеим живётся.
Уже в ванной, чистя зубы, она про себя проклина́ла необходимость ходить в школу, уроки и всё, что с этим связано. Даже вспомнила нашумевший когда-то фильм про вампиров. Эти тоже по сто лет в школу ходили. Ладно, моя-то хоть когда-нибудь закончится. А у них — нет. Да и отпроситься у мамы, если у тебя не кома, было почти нереально. Зеркало запотело, после того как тут побывала Эмма и Маре было лень даже протереть его, чтобы взглянуть на себя.
— Мам, сегодня можно, Катя у нас переночует? — спросила Мара.
— А ей уже лучше? — Эмма у большого зеркала в коридоре красила ресницы, слегка приоткрыв рот.
— Да. Я хочу, чтобы она немного развеялась, а то сидит в четырёх стенах, килограммы под сериалы наедает, — с напускной веселостью сказала девушка.
— Если её родители не против… Но у меня сегодня мероприятие запланировано, день рождения и… Мара, твои волосы! — Эмма замерла с тушью в руках.
— Да, знаю, я заснула с мокрыми волосами, — ответила Мара, застёгивая тёмные джинсы.
— Какие красивые косы! — сказала Эмма, чуть отойдя от приятного удивления. Она месяцами не могла добиться от дочери чего-то более сложного на голове, чем хвост или пучок, который презрительно называла «дулькой».
Мара глянула в зеркало. Ей с большим трудом удалось скрыть удивление.
— А, ты про это, — она махнула рукой и изо всех сил напустила меланхоличную скуку в голос. — Уроки из интернета. Вот экспериментирую. Я завтракать.
Мара чмокнула мать в щёку и пошла максимально естественной и беззаботной походкой на кухню. С другой стороны, чего ей бояться? Можно сказать, что эти необыкновенной красоты косы заплел ей домовой. Эмма вновь примет эту колкость на свой счёт и надуется.
— Мара! — раздался голос матери за спиной.
— Да-а-а? — протянула девочка.
— Так что с вашими посиделками? Что планируете?
— Ну-у-у… Мы планируем устроить грандиозную попойку с сотней народа. Всё как всегда: море поддельного алкоголя, сомнительные личности, танцы до упаду под непристойную музыку.
Закончив намазывать поджаренный хлеб маслом, Мара облизала нож и бросила саркастический взгляд на мать.
Эмма пропустила шпильку мимо ушей, надеясь, что это всё отголоски треклятого пубертата.
— Говорила тебе, не облизывай нож — злюкой будешь. Вот он, результат! Я всего лишь хочу понимать, что всё пройдёт без происшествий.
— Мам, мы посидим, как две старушки в глубокой пенсии. Посмотрим кино, поедим чего-нибудь… Ну, максимум, доставку еды закажем. Из самого криминального — ляжем поздно спать, но в субботу занятий нет, так что можем себе позволить.
— Хорошо, я на тебя надеюсь. Люблю. — Эмма послала дочери воздушный поцелуй.
По дороге в школу Мара отправила Кате сообщение:
«Идём сегодня. Будь готова. Я сказала маме, что у нас ночёвка».
Катя не стала задавать лишних вопросов и ограничилась коротким:
«Ок».
Когда Катя прибыла к Маре домой, Эмма носилась по дому в халате и с наполовину уложенными волосами. Она, как обычно, опаздывала и ничего не успевала. Девочки ушли в комнату, а Эмма бросила осторожный взгляд Кате вслед и тревожно подумала о том, как же всё-таки девочка похудела.
«Может, это анорексия? Или, о господи, что-то страшнее… Не может же в таком молодом возрасте приключиться такая болезнь?» - размышляла она.
В те минуты, когда Эмму накрывала отчаянная тревога, она всегда совершала один и тот же ритуал: брала пачку сигарет, зажигалку и выходила на улицу, непременно сопровождая это фразой: «Я пойду подышу». Сейчас на это времени не было — она уже опаздывала, и ритуал пришлось отложить до момента, пока Эмма не сядет в машину такси.
Примерно через пятнадцать минут в коридоре раздалось знакомое:
— Я уехала!
Дверь хлопнула, и девушки остались вдвоём — не считая домового Фимы, с которым Катя пока не была знакома. За Катей, конечно же, притащился её мёртвый суженый.
Катя расположилась на кровати, поджав под себя ноги. Бледный Лёша, как верный телохранитель прекрасной леди, стоял рядом. Его отрешённый вид делал его похожим на манекен.
— Ты точно выдержишь? — спросила Мара, обеспокоенно глядя на Катю. — Выглядишь больной.
— У меня есть выбор? — спросила Катя с грустной улыбкой.
— Есть один вариант. Сначала попробуем его.
— Мара, делай то, что считаешь нужным, — ответила Катя.
По виду Кати было видно, что она потеряла всякую надежду. Да и внешне она уже сама начала походить на своего бледного соседа. Её кожа стала сероватой, тело как будто иссохло, а глаза стали тусклыми и не выражали ничего. Как будто бы, за плечами ее была целая жизнь и смертельная усталость накопилась в этой совсем юной девушке. Ей хотелось одного - покоя. Пусть даже вечного. Возможно, так будет лучше всем.
В следующие пару часов Мара пыталась перетянуть призрака на себя, как она это сделала несколько дней назад с маленьким мальчиком. Но сколько ни старалась, из этого ровным счётом ничего не вышло. Мёртвый Лёша был на своём месте — подле своей наречённой невесты.
— Я так и знала, что ничего не выйдет, — беспристрастно сказала Катя, глядя себе под ноги.
— А может, просто не нужно было бегать по кладбищам и проводить сомнительные ритуалы из интернета? И всё ради кого? Прыщавого придурка? - огрызнулась Мара. Она потратила много сил, но это не привело ни к какому результату, и это её дико раздражало.
— Извини, — голос Кати дрогнул. Она с трудом подавила желание заплакать.
Девушка понимала, что умирает, и ощущение безнадёжности, отсутствия хоть какой-то надежды на спасение пугало её. Очень не хотелось умирать в тринадцать. У Кати были такие грандиозные планы на эту жизнь, и всё так глупо закончится из-за мальчишки, который ей уже и не нравится.
Вот этот Лёша — другое дело. Они много времени проводили вместе во снах. Катя даже старалась больше лежать в постели, чтобы чаще видеться со своим новым знакомым. Совсем недавно она призналась, но только самой себе, И больше никому. Катя влюбилась. Может, оно и к лучшему, что она умрёт, зато всегда сможет быть рядом с ним.
— И ты меня прости, я не особенно ещё разобралась со всем этим, мне даётся это очень непросто. Кать, пойми. - сказала Мара потупив взгляд. Ей было стыдно, что она поддалась эмоциям.
— Я понимаю и очень благодарна за помощь, но, может, оставить всё как есть? Это искупление за ошибку, которую я совершила.
— Откуда так гнилюкой воняет? — возник на столе Фима.
Катя подскочила на кровати. Домовой посмотрел на Катю, потом на призрака, обернулся котом и зашипел.
— Катя, это Фима, наш домовой. Он добрый и никому не угрожает. - Мара инстинктивно развела руки в стороны, призывая всех успокоиться.
— П-п-приятно познакомиться. - еле слышно прошептала девушка.
— Тутошний я теперь. — Фима принял свой облик и поклонился. — А это что за дохлятина? Весь дом просмердел! — домовой бросил недовольный взгляд на призрака.
— Это проблема, которую нам нужно решить. - бросив усталый взгляд на Лёшу ответила Мара
— Он не проблема, он... он мой жених! — выпалила Катя и поднесла руки ко рту, будто пытаясь поймать слова, которые слетели с губ.
Фима и Мара от удивления вытаращили глаза на Катю.
— Бредит. Совсем того... — сказал Фима, глядя на Катю, и покрутил пальцем у виска.
— Больше откладывать нельзя. Как только стемнеет, идём на кладбище. Возвращать все и всех на свои места. - сказала Мара, уже понимая, что дело приобретает ещё более сложный оборот. Получится ли отцепить паразита, если сам носитель не хочет с ним расставаться?
— Ещё пара часов есть до темноты, можно, я немного вздремну? — спросила Катя и растянулась на кровати.
Призрак немедленно скользнул в её сон.
— Во дела... — выдохнула Мара и опустилась на пол, чтобы хорошенько обдумать сегодняшнюю вылазку.
— Нечего сидеть сиднем, пошли чай пить. Я, может, тоже чаго насоветую. — сказал домовой. Он продолжал сидеть на столе, внимательно разглядывая гостью.
На кухне щёлкнул электроподжиг, и маленький косматый человечек, цокая коготками на лапках, важно, закинув ручки за спину, пошёл на кухню. Маре ничего не оставалось, кроме как проследовать за ним, ведь чай Фима готовил просто восхитительно.
"Может действительно "ЧАГО" насоветует." - подумала она.
Спасибо, что прочитали главу до конца!
Глава 12:
Глава 14:
Весь цикл можно прочитать в подборке:
Может быть интересно: