(рассказ основан на реальной истории)
Анна выключила будильник и, не открывая глаз, потянулась к пустой половине кровати. Пальцы нащупали лишь холодную простыню. Третий год как Сашки нет, а привычка осталась.
— Ма-ам! Миша опять мои носки надел! — крик Лены из коридора вернул её в реальность.
— Неправда! Это мои! — тут же раздался пронзительный голос младшего.
Анна откинула одеяло. Снова пять утра. Снова крики. Снова всё одно и то же.
— Ма-ам! — не унималась дочь. — Скажи ему!
— Иду-иду, — вздохнула Анна, натягивая халат. — Хоть бы пять минут тишины с утра...
На кухне Кирилл сонно жевал бутерброд, уткнувшись в телефон. Старший сын в свои шестнадцать уже вытянулся, как отец, даже плечи такие же широкие. Только взгляд угрюмый, будто на весь мир обиделся.
— Мам, сегодня на машине поедешь? — спросил он, не поднимая глаз от экрана.
— Если заведётся... — Анна поставила чайник. — Вчера опять завелась не с первого раза. Аккумулятор может барахлит.
— Да она уже на ладан дышит, эта развалюха, — фыркнул Кирилл. — Давай я у Петровича из тридцать пятой спрошу, он в гараже вечно копается, может посмотрит?
— Ещё чего! — отрезала Анна. — Будем мы по соседям шляться, да побираться. Сами справимся.
В коридоре всё ещё кипел скандал из-за носков.
— А ну быстро оба сюда! — крикнула Анна. — Миша, это сестрины носки, не видишь, что ли, розовые? Лена, нечего орать, дай мелкому другую пару.
— Почему это я должна давать? — насупилась двенадцатилетняя Лена. — У него свои есть!
— Нету-у! — захныкал Миша. — Все грязные!
— А стирать кто будет? — взвилась Лена. — Опять я?
Анна устало потёрла висок.
— Лена, дай носки. Миша, марш умываться. Кирилл, выключи этот телефон за столом. Завтракаем и выходим. Мне еще машину заводить.
Старая "десятка" чихнула, заскрипела и заглохла. Анна в третий раз провернула ключ. Двигатель натужно закашлял, но не завёлся.
— Да блин! — она со злостью ударила по рулю. — Ну почему сегодня-то?
Это была машина Сашки. За три года после его смерти от инфаркта она превратилась в металлолом на колёсах. Анна понимала, что надо продавать, пока ещё хоть что-то дают, но рука не поднималась. Последняя память о муже.
— Мам, опоздаем же! — Миша дёргал её за рукав.
— Всё, выходим, — выдохнула она. — Придётся на автобусе. Кирилл, запри парковку. Лена, следи за братом.
На остановке, как назло, толпа. Когда наконец подошёл дребезжащий автобус, внутрь пришлось буквально вталкивать детей.
— Ты на подработку сегодня? — спросила Лена, когда они втиснулись в салон.
— Да, до восьми, — Анна придерживала Мишу, чтобы его не зажали. — Кирилл приготовит ужин, ты уроки проверь у Миши.
— Опять макароны жрать, — буркнул себе под нос старший, но Анна расслышала.
— А что делать? — она понизила голос. — Зарплату задерживают, пенсия по потере кормильца — копейки. Хочешь колбасы к макаронам — иди сам зарабатывай!
Кирилл отвернулся к окну, сжав зубы. Лена уткнулась в телефон. Только Миша прижался к ней, словно извиняясь за всех.
* * *
— Анна Сергеевна, это уже третье опоздание за месяц, — директор школы, где она работала секретарём, постукивала ручкой по столу. — Вы понимаете, что я могу найти более пунктуального сотрудника?
— Елена Викторовна, машина сломалась, автобусы как всегда... — начала оправдываться Анна.
— Меня это не интересует, — отрезала директор. — Решайте свои проблемы сами. В следующий раз будет выговор.
Выйдя из кабинета, Анна почувствовала, как к горлу подкатывает комок. В туалете она закрылась в кабинке и прикусила губу, чтобы не разреветься. Телефон зазвонил — свекровь.
— Да, Нина Васильевна.
— Анюта, ты когда долг-то вернёшь? — без приветствия начала свекровь. — Я тебе на лекарства для Мишки давала, уже два месяца прошло.
— Зарплату получу, сразу отдам, — выдавила Анна.
— А когда получишь? Мне самой надо. На операцию коплю. Ты же знаешь…
— Нина Васильевна, я помню про долг, — устало проговорила Анна. — Как только деньги будут, сразу верну.
— Ох, если б Сашенька жив был... — привычно вздохнула свекровь. — Он бы не допустил, чтоб дети впроголодь, а ты по подработкам непонятным...
— Нина Васильевна, мне пора работать, — перебила Анна и отключилась.
Каждый раз одно и то же. Как будто она виновата, что Сашка в тридцать восемь сердце надорвал, таская мешки на складе за двойную ставку. Пытался семью обеспечить, а оставил с тремя детьми и ипотекой.
* * *
В клининговой фирме "Чистоплюй", куда Анна устроилась на вечера, платили немного, но наличными и сразу. Сегодня ей досталось мыть окна в трёхэтажном офисном здании.
— Анька, ты чего как в воду опущенная? — Валентина, полная женщина лет пятидесяти, протирала соседнее окно. — Опять дети не дают покоя?
— Да нет, машина сломалась, — Анна размашисто водила тряпкой по стеклу. — Третий раз за месяц. А денег на ремонт нет.
— Продай ты эту рухлядь, — посоветовала Валентина. — Ездишь как на пороховой бочке.
— Не могу, — покачала головой Анна. — Сашкина машина.
— Он бы первый сказал тебе избавиться от неё, — Валя говорила прямо, без сантиментов. — Три года прошло, Ань. Пока твоя развалюха тебя не угробила, продай, автобусом поездишь.
— Каким автобусом? — Анна горько усмехнулась. — Ты видела, как они ходят? Я сегодня детей в школу еле довезла, сама на работу опоздала, выговор схлопотала. А вечером ещё из садика Мишку забирать, потом сюда... Без машины я как без рук.
— Ну так возьми кредит на новую, — предложила Валентина.
— Ага, а отдавать чем? — Анна перешла к следующему окну. — У меня ипотека висит, Кириллу скоро поступать, репетиторы нужны... Лена на танцы ходит, Мишка болеет постоянно...
— Да уж, тяжко тебе, — вздохнула Валентина. — Мужика бы тебе нормального, помог бы...
— Только этого мне не хватало, — отрезала Анна. — Чтобы какой-нибудь хмырь детей моих воспитывал. Сама справлюсь.
— Ой, все вы так говорите, а потом локти кусаете, — Валентина покачала головой. — Мой Петя, конечно, не подарок, но детей поднял как родных. А твои когда вырастут, разлетятся кто куда, останешься одна...
— Валь, давай не будем, а? — Анна уже жалела о начатом разговоре. — Сил нет.
— Ладно-ладно, молчу, — Валентина примирительно подняла руки. — Но машину-то всё равно надо менять...
— И где я деньги возьму? Украсть, что ли? — Анна нервно рассмеялась.
— А вдруг повезёт? — подмигнула Валентина. — Может, богатый дядька подарит?
— Ага, прямо так вот возьмёт и подарит неизвестной уборщице машину, — фыркнула Анна. — В сказки веришь?
— А я вот в лотерею выиграла однажды, — не унималась Валентина. — Десять тысяч! На отпуск хватило.
— Ты телевизора насмотрелась, — Анна спустилась с лесенки и передвинула её. — В жизни так не бывает.
— Простите, что вмешиваюсь, — раздался мужской голос за спиной.
Анна вздрогнула и обернулась. В дверях стоял хозяин фирмы, Игорь Петрович. Высокий, с лёгкой сединой на висках, всегда аккуратно одетый. Сколько она здесь работала, он редко появлялся в офисе после шести, а сейчас было уже восемь.
— Игорь Петрович, — растерянно произнесла Анна, — мы уже заканчиваем, пять минут...
— Нет-нет, я не об этом, — он улыбнулся. — Мне показалось, у вас проблемы с транспортом?
Анна почувствовала, как краснеет. Только этого не хватало — чтобы начальство слышало её жалобы.
— Ничего серьёзного, — пробормотала она. — Простите, что отвлеклись от работы.
— Анна Сергеевна, верно? — Игорь Петрович подошёл ближе. — Можно вас на минутку?
Валентина многозначительно подняла брови и демонстративно отвернулась к окну.
— Да, конечно, — Анна неловко вытерла руки о фартук.
Они вышли в коридор. Игорь Петрович неожиданно выглядел смущённым.
— Понимаете, я случайно услышал ваш разговор... И, кажется, могу помочь с вашей проблемой.
— С какой? — настороженно спросила Анна.
— С машиной, — он слегка улыбнулся. — У меня есть никому не нужна "Калина", на ходу, в хорошем состоянии. Я её родителям в деревню покупал, пока они были живы. Теперь она просто стоит в гараже...
Анна непонимающе смотрела на него.
— И что... вы хотите её продать?
— Нет, — он покачал головой. — Отдать. Вам она нужнее.
Анна почувствовала, как внутри всё холодеет. Что за бред?
— Вы... шутите? — осторожно спросила она.
— Нисколько, — серьёзно ответил Игорь Петрович. — Послушайте, я понимаю, как это звучит. Но машина действительно просто простаивает. Продавать — морока, и деньги для меня не самый важный аспект в жизни, а выкинуть жалко. А вам она, судя по всему, очень нужна.
— С чего вдруг такая... щедрость? — Анна скрестила руки на груди. Всё это выглядело слишком странно.
— Назовите это кармой, — он пожал плечами. — Когда-то и мне помогли просто так. Теперь моя очередь. Если хотите, завтра поедем в ГИБДД, переоформим. Никаких условий, никаких подвохов.
— Я... не знаю, что сказать, — растерянно произнесла Анна.
— Просто подумайте, — он достал визитку. — Вот мой номер. Позвоните, если решитесь.
* * *
— Дура ты, Анька! — соседка Зинаида энергично месила тесто. — Ясное дело, чего ему от тебя надо. Будет с тебя потом "натурой" брать, вот увидишь.
— Да перестань, Зин, — Анна, сидевшая на кухне у соседки, болтала ложкой в остывшем чае. — Он женат, дети взрослые...
— А ты думаешь, женатые не гуляют? — хмыкнула Зинаида. — Нашёл молодую вдовушку в бедственном положении... Классика!
— Ему под пятьдесят, какая молодая? — возразила Анна.
— Ой, не прикидывайся! — Зинаида всплеснула руками в муке. — Ты ж ещё баба в самом соку. И не страшная. Чего ему ещё надо?
— Может, он правда просто помочь хочет? — неуверенно предположила Анна.
— Ага, конечно! — рассмеялась соседка. — А я балерина! Запомни, Анька, просто так никто ничего не делает. Особенно мужики.
Вернувшись домой, Анна застала детей за ужином. Макароны с сосисками — верх кулинарного искусства Кирилла.
— Мам, тебе оставили, — Лена кивнула на тарелку.
— Спасибо, родные, — Анна поцеловала дочь в макушку. — Уроки сделали?
— Ага, — отозвался Миша, болтая ногами под столом. — А Кирилл сказал, что не пойдёт в институт, будет работать!
— Что? — Анна резко повернулась к старшему. — Это правда?
Кирилл исподлобья посмотрел на неё.
— А что такого? Толку от этих институтов. Пойду работать, будут деньги.
— Кирилл, мы уже обсуждали это, — Анна устало опустилась на стул. — Образование — это...
— Это роскошь, мам, — перебил он. — А нам жрать нечего. У меня друзья на заправке подрабатывают, по тридцатке чаевых за месяц получают. Хватит нищенствовать.
— Да при чем тут нищенство?! — вспылила Анна. — Твой отец хотел, чтобы ты учился! Он для этого...
— Отца нет! — Кирилл грохнул вилкой о стол. — А нам жить надо! Есть надо. И не только макароны.
Они замолчали. Миша испуганно смотрел то на мать, то на брата. Лена отвернулась к окну.
— Мне сегодня машину предложили, — неожиданно для себя сказала Анна. — Бесплатно.
— Кто? — удивился Кирилл.
— Большой босс с подработки. У него старая "Калина" стоит без дела.
— И что взамен? — Кирилл сощурился.
— Ничего, — пожала плечами Анна. — Говорит, просто так.
— Бесплатный сыр же только в мышеловке, — покачал головой сын. Совсем как Зинаида, подумала Анна.
— А я верю, что бывает, — вдруг сказала Лена. — Помнишь, мам, нам Дед Мороз подарки приносил, когда папа умер? Ты говорила, что это соцзащита...
Анна помнила. Это был первый Новый год без Сашки. Денег на подарки не было, но утром под ёлкой дети нашли три коробки. Соседка тогда шепнула, что это Зинаида подговорила весь подъезд скинуться...
— Я позвоню ему, — решительно сказала Анна. — Если что не так, откажусь.
* * *
Вопреки опасениям, переоформление машины прошло без проблем. Игорь Петрович оказался спокойным, деловитым и совершенно не пытался флиртовать.
— Техосмотр пройден, — объяснял он, пока они ждали своей очереди в ГИБДД. — Масло менял регулярно. Колодки и ремень тоже новые.
— Я до сих пор не понимаю, почему вы это делаете, — честно призналась Анна.
Он задумчиво посмотрел в окно…
— На этой машине я к родителям и ездил, — продолжил он. — Теперь стоит без дела, а продавать... рука не поднимается, что ли. Последняя ниточка.
Анна кивнула. Она понимала это чувство.
— А ваша жена не будет против? — осторожно спросила она.
— Я вдовец, — просто ответил он. — Уже десять лет.
— Простите, — смутилась Анна.
— Ничего, — он улыбнулся. — Жизнь продолжается, правда?
* * *
— Тебе все завидуют, — шепнула Валентина через месяц, когда они вместе мыли окна. — Говорят, ты теперь любовница шефа.
— Что за бред? — возмутилась Анна. — Я его видела только при переоформлении машины!
— А мне не объясняй, — Валентина подняла ладони. — Я-то знаю, что ты порядочная. Но люди злые, Ань. Никто не верит в бескорыстие.
— Пусть говорят, что хотят, — отмахнулась Анна, но на душе стало неприятно.
Слухи множились. Кто-то видел, как Игорь Петрович открывал ей дверцу машины (когда они ездили в ГИБДД). Кто-то утверждал, что он подвозил её домой (ни разу не было). Дошло до того, что другие уборщицы перестали с ней разговаривать.
А потом пришла СМС: "Здравствуйте, Анна. Приглашаю вас на день рождения компании в пятницу. Будем рады видеть. Игорь".
Это было последней каплей. На глазах у всего коллектива она подошла к Игорю Петровичу, когда тот заехал проверить работу.
— Возьмите ключи обратно, — она протянула ему брелок от "Калины". — Я верну машину на стоянку вашего офиса.
— Анна Сергеевна, что случилось? — он выглядел искренне удивлённым.
— Все думают, что я ваша... что мы... — она запнулась. — В общем, я не могу так работать. И детям стыдно перед соседями.
— Погодите, — он нахмурился. — Из-за сплетен вы готовы отказаться от машины, которая вам так нужна?
— Мне не нужна такая цена! — она почти кричала. — У меня трое детей, я не могу... просто не могу, чтобы обо мне такое думали!
Он молча смотрел на неё, потом кивнул.
— Я понимаю. Поговорим наедине?
В его кабинете Анна выплеснула всё: и про сплетни, и про косые взгляды, и про страхи.
— Мне казалось, что всё было ясно, — мягко сказал он. — Я действительно хотел помочь. Без условий и обязательств.
— Никто в это не верит, — горько усмехнулась Анна. — Даже мой сын.
— А вы сами верите? — серьёзно спросил он.
Анна задумалась.
— Не знаю... Хочу верить.
— Мне важно, чтобы вы поверили: не всё в этом мире продаётся и покупается, — просто ответил он. — Моя жена умерла от рака. У нас не было детей. И знаете, что меня спасло тогда? Чужая доброта. Случайных людей, которые помогали просто так. Теперь я стараюсь возвращать этот долг.
* * *
Полгода спустя Анна легко припарковала "Калину" у школы. Машина оказалась надёжной, экономичной и очень кстати. Она больше не опаздывала на работу, успевала забрать Мишку из сада и съездить за продуктами. Кирилл всё-таки поступил — нашли деньги на репетитора. А ещё — Анна наконец освободилась от призрака мужа. "Десятку" они всё же продали — на ремонт ванной.
— Мам, а пирог не забыла? — спросил Миша с заднего сиденья.
— Конечно, нет, — улыбнулась она, доставая коробку с домашней выпечкой.
Раз в месяц они заезжали к Игорю Петровичу — передать гостинец. Не в офис, а домой, в частный сектор. Так повелось с того самого разговора.
— А почему дядя Игорь не женится? — вдруг спросил Миша, пока они шли к дому.
— Это его дело, малыш, — ответила Анна. — Некоторые люди живут одни и им хорошо так.
— А нам хорошо вчетвером, да? — уточнил мальчик.
— Да, — Анна взъерошила его волосы. — Нам хорошо вчетвером. И с хорошими людьми рядом — ещё лучше.
Игорь Петрович, как обычно, пригласил их на чай. Лена уже рассказывала ему про свои успехи в танцах, Миша показывал рисунки. Даже угрюмый Кирилл иногда обсуждал с ним учёбу.
— Кстати, Анна Сергеевна, — сказал Игорь, когда дети ушли смотреть телевизор, — у меня есть предложение. В бухгалтерии освобождается место. Зарплата гораздо больше, чем у уборщицы. У вас образование позволяет. Подумайте.
Анна улыбнулась.
— Боитесь, что скажут — устроил любовницу на тёплое место?
— А мне всё равно, что скажут, — он пожал плечами.
Анна посмотрела в окно, где у забора стояла её "Калина" — уже не чужая, своя, родная.
— Знаете, я, пожалуй, подумаю, — сказала она. — Теперь я тоже верю, что не всё в этом мире продаётся и покупается.
ВАМ ПОНРАВИТСЯ