У пожилой женщины старенькая мама слегла. Встать не может. Сидит дочь рядом, маму за ручку держит. слабенькая ручка. Не двигается, но есть еще в ней жизнь – теплится.
Муж женщины пришел, сидел в углу угрюмо. Часа через два позвал в коридор и сказал: «Не убивайся так, она свое отжила. Радоваться надо, что уйдет. Пойми ты, что такая жизнь, как у нее, не радость, а мука. Пойду домой, смотреть на это не могу. Если что – звони». И ушел.
Снова у постели: как радоваться? Чему радоваться? Тому, что вместе с мамой огромный пласт жизни в землю уйдет?
Девочке было пять лет, весна началась, тепло на улице. Пошли в обувной магазин за обновкой. Мама выбрала пару красных детских ботинок: «Хочу, чтобы моя доченька красивой была. Ну-ка, примерь».
Надели тут же, в магазине, и девочка шла, на ножки свои смотрела. В детстве всегда новому радуешься. Боже, куда все ушло?
А еще новогодняя елка, девочка в первом классе. Мама сшила костюм снежинки. В школьном зале дети водили хоровод, а мама стояла, прижавшись спиной к стене, и смотрела. Много родителей, но девочка только маму видела, и хотелось выйти из этого круга, подать маме ручку и отправиться домой, чтобы посмотреть, что положили в праздничный пакет.
Лежит старенькая, еле дышит. Как радоваться? Чему радоваться? Радость раньше была, но ушла куда-то.
Когда под венец собиралась, все суетились. Мама больше всех. Смотрела, в порядке ли прическа, правильно ли платье село?
Ничего на лице не прочитаешь, слишком сосредоточено на приготовлениях.
Свадьба пела и плясала, а мама сидела и улыбалась. Затем встала и незаметно вышла в коридор.
Невеста увидела и за ней. Стояла мама у темного окна, думала о чем-то, слезы вытирала. Заметила дочь, сказала: «Это я от радости, не подумай. От радости я, от радости».
Путеводная ниточка – мама, всё на свете – мама.
А сейчас лежит, маленькая и худенькая, грудь тяжело дышит.
Открыла глаза, увидела дочь, взгляд мутный – нет былой яркости, слабо сказала: «Я тебе и оттуда помогать буду. Почувствуешь ты. Не плачь, глупенькая моя, помогать буду».
Был сороковой день. Все провели, как полагается. Легла женщина спать, заснуть не может. Муж на правом боку – нет храпа. И прохладно женщине стало, натянула одеяло до подбородка.
И неожиданно теплое облако словно с потолка спустилось, мягко по лицу прошлось, как будто поцеловало легким неземным поцелуем.
И светло на душе: «Мама была, это она. Нет смерти, нет».