И вновь раздался телефонный звонок, Светлана звонила мне сегодня в пятый раз на рабочий номер. Она молчала в трубку, но на определителе явно красовался её номер:
— Алло, — тихо сказала я во второй раз и прислушалась.
— Я.. это, боюсь…
— Чего? — спросила я.
— Там в больницах страшно как-то и грустно…, — ответила подруга.
— Ты же на сохранение ложишься, ребёнок всего дороже, — успокаивала её я, — тем более ненадолго.
— Но там даже телевизора нет, что я буду делать? — не унималась Светка.
— Читать, вязать, отдыхать, гулять больше, наконец, — продолжала я.
Мы проговорили ещё немного, наконец, Светка сдалась.
— Хорошо, поеду, только ты звони мне чаще, хорошо?
Выписали Светлану из больницы уже через десять дней, как раз перед Новогодними праздниками. За несколько дней до Нового года в нашей компании был назначен корпоратив, отмечать планировали в уютном ресторане.
С утра работали ударными темпами, офис кипел — развозили клиентам подарки, настроение было предновогоднее, радостное, а после обеда, всё стихло, только иногда, по коридору бегали женщины в красивых платьях, с неимоверными причёсками и на каблуках.
Ко мне в приёмную зашла Светка.
— Ты? Привет, что тоже пойдешь? — удивилась я, увидев подругу с боевым раскрасом и ещё более боевым начёсом на голове.
— Угу, — ответила она, дожёвывая бутерброд с колбасой.
— Побереглась бы, — сдвинула я брови.
— Между прочим, беременность не болезнь, а состояние…
— Души, ещё скажи, — перебила я.
Светлана вздёрнула нос, так она всегда делала, когда обижалась, и вышла из кабинета, я только и успела, что открыть рот ей вслед, но ничего сказать не получилось.
В ресторан я подъехала в половине седьмого, привезла реквизит к выступлениям. Сотрудники компании тянулись маленькими группами, до начала оставалось немного времени, и я села за один из столиков передохнуть.
Стол был накрыт по-королевски: бутербродики с красной икрой, тарталетки с кремовыми начинками, разного вида салаты, замысловатые фигурки из овощей, закуски из сыра и яиц, будто в снежном поле стоят стога соломы. В середине стола стояла большая тарелка мясного ассорти: колбаска нескольких видов была толстенько порезана и разложена веером по краю, второй ряд — копчёные окорока, прозрачными пластинами чуть-чуть выглядывали из-под фантастически тонких трубочек ветчины, которые стояли в несколько рядов и напоминали корону, в которую по кругу, надетые на шпажку, были туго набиты цветочки из копчёного мяса.
— Ау, ты меня вообще, слушаешь? — спросила Светка, подсаживаясь напротив.
— Ты всё-таки пришла, — почему-то не удивилась я.
Она с будущим супругом познакомилась устроившись в нашу компанию два года назад. Они влюбились и поженились.
— Ага, немного посижу, дождусь Костика и домой, — ответила Светка, рассматривая огромную тарелку с мясным ассорти. Она взяла два цветочка из мяса, скинула их со шпажек в тарелку, наткнула на одну кусочек колбаски, на другую трубочку ветчины и протянула мне…
— Какую выберешь? — спросила она, хитро улыбаясь.
Я, всегда предпочитавшая ветчину, неожиданно для себя потянулась к колбасе…
— Привет, достойный выбор, — заявил Костик, подсаживаясь к Светке. И они оба залились весёлым смехом.
— Ничего смешного, просто колбаса порезана толще, — оправдывалась я.
— Да, мы не поэтому, я когда лежала в больнице, как-то попросила Костика привести мне колбасы и ветчины, ну он и притащил по килограмму того и другого, а холодильник у нас на этаже сломался, так я нарезала две тарелки этой вкуснятины и пошла по палатам девчонок угощать.
— Так вот, в первой палате разговорились, — продолжала рассказывать Светлана, — смотрю, одна девочка только ветчину берёт, а другая только колбасу. Спрашиваю почему, не любишь? Она ответила, что до беременности вообще колбасные изделия не ела, а теперь, только колбасу и ест. И первая беременна девочкой, вторая — мальчиком. Мне же интересно стало, я дальше по палатам пошла, смотрю, кто что берёт, да и спрашиваю заодно "кого ждёте", так в 90% случаев совпало, представляешь? — Светлана замолчала, вкладывая кусочек ветчины в рот.
Я задумалась, Костик держал Светку за руку, смотрел на неё с обожанием, а она ела колбасу, закусывая ветчиной.
— Тебе когда на УЗИ? Ты вон и то и другое лопаешь, — засмеялась я, ещё не зная, что сама беременна мальчиком.
— Завтра, — ответила Светка, поедая бычка, которого Костик сделал из ветчины и колбаски.
Праздник прошёл превосходно, домой я вернулась не поздно, так как завтра нужно было идти на работу.
Светка позвонила после обеда.
— Мальчик?— спросила я.
— Ага, — ответила она и добавила, — и девочка, близнецы.
Кто-то гадает на кофейной гуще, кто-то определяет пол ребёнка по форме живота или крови родителей, а Светка по колбасе и ветчине.
Что и говорить, даже у меня совпало.