Дембельнулся он, правда, давно, но я этого приключения никогда не забуду.
Началось всё со звонка моей сестры, проживающей в одном чудесном северном городе. Она радостно объявила, что мой племянник, с гордым званием морпеха, закончил срочную службу и скоро прилетит из города N в Москву с места службы – с Новой Земли. Чтобы из Москвы опять вернуться на Севера́– в этот самый чудесный город N немножко южнее острова Новая Земля. Поудивлявшись загадочной логистике Министерства обороны, я спросила: а я-то что? А я, оказывается, должна встретить моего дорогого племянника. Он же и мой крестник.
Должна так должна.
Встречать я его буду на одном подмосковном военном аэродроме, но точного времени прилёта никто не знает. И никто не знает, кстати, где точно этот самый аэродром расположен. «Где наша не пропадала», – подумала я.
Эти казусы чудесным образом разрешились. Выяснилось, что племяш прилетает завтрашней ночью, а где этот самый аэродром знает водитель моего духовника! А мой духовник дает мне свою машину со своим водителем ввиду такого радостного события на всю ночь! И водитель, который работал на этом аэродроме когда-то, не против провести ночь в ожидании прилета такого важного лица – морпеха аж с Новой Земли!
И вот уже я знойной декабрьской ночью стою перед глухими воротами и потихоньку превращаюсь под снегопадом в снежную бабу. Когда мой нос уже здорово напоминал красную морковку на лице снегобабы, началась движуха, подъехала машина, ворота открылись и через некоторое время из них повалили низкорослые, невзрачные парнишки в черных шинелях. У них лица тоже быстро краснели, и они тоненькими детскими голосами, обступив меня, стали спрашивать: как пройти на ж/д станцию? «А зачем вам станция?» – удивилась я. Оказывается, чтобы ехать на Ярославский вокзал, откуда они уже все двинут на Севера́. Я, к своему стыду, не знала, как пройти, но, слава Богу, водитель, как бывший «местный», им рассказал. И они, скрипя какими-то несерьёзными ботиночками по снегу, повалили толпой на станцию.
И тут кто-то, уже нормального мужского роста меня крепко обнял! Ух, наконец-то – мой племяш! И рядом с ним – такой же высокий парень, как потом выяснилось – Миша с Кондопоги.
У меня сердце сжималось, глядя на удаляющихся парнишек, чьи тоненькие фигуры исчезали в снежном вихре. Но я не могла в своей крошечной квартирке приютить эту команду.
«Мои морпехи» радостно погрузились в машину, и мы покатили по сказочной зимней дороге в столицу нашей Родины. Казалось, что высоченные ели машут нам приветственно своими могучими лапами и сыплют нам на дорожку снежное конфетти. «Своих морпехов» я разместила на матрасах в кухне, где всю ночь радостно пел холодильник, приветствуя поклонников московской еды. А в 6 утра в мою комнату просунулась голова Миши с Кондопоги и спросила: «Тёть Надь, а что нужно сделать?»
Миша поразил меня своим трудолюбием. Пока племяш пришивал аксельбанты на форму (ну надо же повыпендриваться, на службе-то не давали!), Миша помыл окно на кухне, вымыл ванну, туалет, коридор и приступил уже было к помытию стен. Но тут я окончательно проснулась и началось бесконечное поедание завтрака, обеда, полдника и ужина, а в промежутках – перекусы.
Пропустили по стопочке, и морпехи выразили желание гулять. Гулять так гулять! Но почему-то главным аксессуаром для прогулок у них являлись черные очки. Я раздобыла им черных очков и полюбопытствовала, а зачем они нужны? «Девушки», – сказал сквозь зубы племяш.
Тут до меня дошло, что девушки на Новой Земле, да еще и в подразделениях морских пехотинцев не водятся, а «мои морпехи», как люди деликатные, хотели наслаждаться лицезрением этого ценного людского ресурса, не особо привлекая к себе внимания.
Главное, что с гуляния они не привели ко мне на кухню представительниц слабого пола, за что я им очень благодарна.
Дальше бравые морпехи в форме со свежепришитыми аксельбантами совершили визит вежливости в храм к моему духовному отцу на вечернюю службу и, когда я их подвела «под благословение», крепко пожали ему руку.
Вернувшись в квартиру, Миша спросил: «Тёть Надь, а что еще сделать?»
«Ну, помой окно в моей комнате», – всё, что я могла еще придумать. Позже ребята отбыли культурно на Ярославский вокзал, оставив мне чистейшую квартиру и какую-то пустоту, в том числе и в холодильнике.
Я потом интересовалась у племянника, а как там Миша с Кондопоги? Но он ничего мне не мог сказать, дорожки их разошлись, и это грустно. Такой «ржаной» северный парень, с таким трудолюбием мне встретился в жизни первый раз. Мне казалось, что это была черта «глубинного народа», которая почти исчезла. Но вот именно сейчас, когда идет война явная и тайная за Русь святую, видно, что есть еще это упёртое трудолюбие, эта прямота и душевная красота в наших русско-бурятско-чеченских парнях. И будем надеяться, что наш «ржаной» и «глубинный» народ победит. Сие-то буди, буди!
Tags: Проза Project: Moloko Author: Ананьева Татьяна
Ещё рассказы этого автора здесь, и здесь, и здесь, и здесь, и здесь, и здесь, и здесь