Богатый умом посадник разъясняет лжеДарине секреты своих грамот – вот, дескать, печать на этом месте грамоты нужно ставить, а если на другом будет – так догадаются, что это не я и грамота подложная, даже если печать кто-нибудь украдет. Ну, так себе «защита от взлома» - тот же боярин-хорек, который служит таинственному Палпатину, чай, видел настоящие грамоты? Вот он же и скажет, где должна стоять печать.
Оружие богатыри взяли и даже коней. А идея Белогора заключалась в том, чтобы переодеться в лиходеев, и идти в таком виде в корчму. Вот только, во-первых, Белогор уже раз ходил в другую банду под прикрытием. А во-вторых – униформу надел – ай, молодца! А с рожей-то своей, что делать будешь? Как ты, Белогор, под своего закосишь, если в банде все наперечет, знают друг друга в лицо и более того, еще живы те, которые помнят, как тебя под именем Тугодума в плен брали.
Я было порадовался за Варуна – вот умный мужик, не чета товарищам своим, отказался винцо отравленное пить. Однако, в таверне он выспрашивать насчет Белогора и Агафона стал, а там как раз из банды Мрака сидят, услышали. А, добрый человек, ты не местный, мы тебе поможем, где Белогора сыскать, пойдем с нами! Ничего у Варуна не екает, нет бы спросить – а что за одежа у вас странная, парни? Вы хоть кому служите? Я-то не местный, а вы – местные, стало быть? Куда там – «Пойдем!», говорит.
Интересный поворот. Агафон с Белогором заходят в корчму сразу после того, как оттуда мраковцы увели Варуна. Агафон под видом «черного» расспрашивает своего знакомца корчмаря – «Наши не заходили?» Корчмарь Агафона не узнает, так как говорит с ним стоя к нему спиной – загадка, правда, почему он голоса Агафона не узнал. И почему Агафон думал, что Вадим обязательно не будет на него смотреть прямо? Витязи уходят, но тут, та самая шаловливая дочка корчмаря – «Отец, а ты что же, говорил – Агафону вход заказан сюда, а сам с ним говоришь?» И Вадим-корчмарь – «Вот как! Не признал. Это что же – Агафон в разбойники подался?»
Так, стоп. То есть, все в городе знают, что люди в черном – это разбойники? Получается так.
И зря я думал, что мраковцы Белогора с Агафоном за своих не примут. Приняли, еще как. Заманили они Варуна в подворотню, драка началась, а тут и двое других витязей, переодетых, тут как тут. Один из разбойников витязям и кричит – «Эй, вы, убейте его (Варуна)!» У тебя, парень, что, в банде текучка кадров? Каждый день новые люди записываются, что тебя эти новые морды не смутили, - надел униформу – значит всё, стопудово свой?
А вот наконец и настоящая Дарина. Ее держат в каком-то сарае (здесь сараи очень любят) и за ней присматривает предатель писец. Что это? Писец Любица хочет надругаться над девушкой? Не ожидал – по его виду совсем не скажешь, что он интересуется женщинами. Но подоспевают богатыри.
Заодно начинает проясняться мутная интрига с грамотой, да и вообще суть сюжета этой арки. Да, а то тут у многих зрителей, в том числе и у меня, проблемы с пониманием сюжета. Зачем вообще понадобилось похищать дочь наместника Дарину и подменить ее на Ирину, возлюбленную Мрака? (Опять оставим в стороне вопрос почему у некоторых героев христианские имена, а у других случайные, высосанные из пальца).
Итак, посадник Клим желает посвататься к дочери наместника Феофана Дарине и за этим наносит визит в Русу. Тайный недруг (которого я зову для краткости «Палпатином») нанимает Мрака и его подругу, чтобы они заменили дочь наместника и опоив еще и посадника, заполучили у него некую подложную грамоту с печатью.
Посадника предполагается убить, так как завербованный разбойниками писец говорит, что в грамоте – «последняя воля» посадника, но не успевает сказать какая – его случайно пристрелили из лука мраковцы. Что же это за «последняя воля»? Попробую угадать – не Новгород ли ливонцам отдать?
Витязи сидят в маленьком сарае в осаде. Никак не возьму в толк – зачем лиходеи обстреливают эту сарайку из луков? Ладно бы стреляли, когда богатыри пытались высунуться, так нет - в стены пуляют. А, понял. В вестернах же такое постоянно показывают. Правда, есть один нюанс…
По укрывающимся за дощатыми стенами персонажам вестернов палят из ружей и револьверов, и пули прошибают доски. А вот стрелы пробить стены почему-то не могут… Но режиссер, наверное, подумал, что зритель разницы не поймет.
