Безопасность – это дом, защита, понимание, чуткость и любовь близких. Мы никогда не ждем боли от людей, которым доверились настолько, чтобы повернуться спиной. А зря..
Это не вся история, а лишь малая часть, которую меня попросила написать клиентка. Мы разбирали убеждение: «Нельзя защищаться, когда тебя оскорбляют» – и вышли на воспоминание из прошлого, которое сложно забыть. Она попросила меня об этом тексте. С того страшного дня прошло пятнадцать лет. После такой истории сложно испытывать что-то, кроме ненависти ко всем абьюзерам. Мне хотелось её обнять и сказать: «Вы большая молодец, вы справились, всё позади».
Когда не ждёшь плохого
«В тот вечер я вернулась со свидания. Было лето. Мужчина довёз меня до подъезда. Я была весёлая и счастливая. Выходя из машины, услышала, что кто-то меня зовёт. Это был старший брат. Он стоял на балконе с другими людьми, курил и выкрикивал что-то в мой адрес. Мне это не понравилось – я была взрослой двадцатипятилетней девушкой, а он меня отчитывал при всех.
Поднялась домой, вошла в квартиру. Не знала, что у нас праздник. В доме было человек пятнадцать, я их всех знала, но не стремилась присоединиться. Устала, хотелось побыть одной. В квартире громко играла музыка. Все веселились. Это младший брат вернулся из тюрьмы и решил закатить вечеринку у нас.
Старший же брат не переставал меня о чём-то расспрашивать. Он осуждал, что я приехала поздно (в десять вечера) да ещё на машине. Я ответила: «Отстань».
А дальше… я оказалась на полу. Он снёс меня с ног. Затолкал на кухню. Стал пинать ногами, поднимал, швырял в стену, бил головой об стену. Потом опять бросал на пол и пинал. Бил по лицу, в грудь и беспрестанно оскорблял.
Его беременная девушка стояла в дверном проёме и не произнесла ни звука. Она никого не звала на помощь, а просто смотрела. Я видела её лицо, полное ужаса. Я сама была в шоке. Меня никогда не избивал мужчина, даже отец. Не понимала, за что так, не знала, когда это закончится. Я просто хотела умереть от унижения, предательства и боли. Тот, кто говорил, что я его «любимая сестра», – убивал меня в собственном доме.
Потом что-то произошло, и мне удалось вырваться. Я убежала в комнату и закрылась. Слышала, как с ним говорят. Я звонила маме. Плакала, просила вызвать полицию. Кто-то ломился в дверь, я дрожала от страха. Не помню почему, но открыла. Там был друг моего младшего брата. Он обнял меня и спросил: «Что случилось?». Я рыдала, а он улыбался, говорил, что всё нормально. Лапал меня и пытался воспользоваться моей уязвимостью. В тот момент я поняла, что нахожусь в аду. Что вся их дружба, любовь – ложь. Никто не пытался мне помочь. В квартире было полно пьяных людей, и все они были соучастниками. Они боялись брата-уголовника.
Ааа, спасите меня кто-нибудь!
Позвонила новому знакомому и попросила меня забрать. Он приехал. Пьяный. Из другого города. Я не сразу это заметила, потому что мне срочно нужно было уехать. Но из одного ужаса попала в другой. Пока мы ехали, он раз пять засыпал за рулём. Я будила его и держала руль. Я была в двойном ужасе. Но, честно сказать, мне уже было всё равно. Я была убита, меня разорвали на куски. Я больше не чувствовала себя сильной, самодостаточной, уверенной. Я была раздавлена, предана, опущена в своём доме. Все те, кому я верила, превратили эту ситуацию в бытовую ссору. Я ещё тогда не понимала, как это отразится на моей жизни.
Парень кое-как довёз нас до своего дома. В гостях у него был друг. Мы сразу легли спать. Это сейчас я знаю, что спать в таких ситуациях ни в коем случае нельзя: всё отложится на подкорку и боль запечатается в память на всю жизнь, превратится в ПТСР. Но тогда я думала, что в безопасности. Мы легли, и он стал ко мне приставать. Я впервые в жизни не могла сказать: «Нет». Боялась, что меня снова будут избивать. Так я осознала, что во мне что-то сломалось. Так прошла моя самая страшная ночь.
Иллюзия поддержки: надежда на защиту
Утром я немного пришла в себя. С собой был только телефон. Не понимала, где нахожусь, голова сильно болела. Спросила у парня: сможет ли он отвезти меня домой? Он сказал, что пьян и никуда не поедет. Денег у него для меня тоже не нашлось.
Я стала звонить всем подряд. Было раннее утро. Ответил только муж сестры. Он работал в этом городе, и мне повезло – была его смена. Он забрал меня. Я рассказала, что случилось. Не помню его реакцию, думаю, её не было. Все знали, что брат меня любил, а я его. И такого просто быть не могло, что он меня избил. Нашей дружбе завидовали даже родственники. Короче, меня предали и тут. Никто не стал разбираться, отмахнувшись поговорками:
Стерпится – слюбится;
милые бранятся – только тешатся;
сор из избы не выносить.
Когда приехала домой, брата не было. Переоделась, легла спать. Проснувшись, обнаружила по всему телу гематомы по 10–15 сантиметров, а потом почувствовала боль. Сильно испугалась. Звонила маме и говорила, что иду в полицию. На что мать ответила: «Не ходи. Если ты это сделаешь, младшего брата снова посадят в тюрьму – он вышел по УДО и должен был в это время находиться по прописке, а был у вас». В тот момент я почувствовала предательство номер три. Земля ушла из-под ног. Мать отговаривала меня от полиции. Я плакала, нет – я выла, как лев в клетке. Я умерла второй раз.
Через неделю настал мой день рождения. Мы сидели на кухне с мамой. Зашёл старший брат. Он протянул мне торт, подал руку и сказал: «Ты же сама виновата, что так вышло. Ты мне грубо ответила. А так нельзя. Давай всё забудем? Простишь же любимого брата. Ешь тортик…»
Замирание. Боль. Страх. Ужас. Ненависть. Отчаяние. Унижение. Подавленность. Слёзы.
Его через год посадят в тюрьму. Он изнасилует с особой жестокостью, с применением холодного оружия (сабли), девушку. Прямо в офисе закрыл её и пытал несколько часов. Всё это знала его беременная бывшая – это она привела её к нему, а потом ушла. Со временем она и вовсе сбежит от него и запретит видеться с ребёнком».
Подводя итог..
Мы не выбираем, в какой семье родиться. Старший брат держал в страхе всю семью. Из-за него в тюрьме оказался младший брат. Он был барыгой, и все в районе его боялись. Все подчинялись. Даже полиция и участковые были на его стороне. Моя клиентка оказалась в полной изоляции от правосудия и лишена права на защиту. Я знаю только одно: с того случая она стала его жертвой. Он всё ещё преследует её, нападал несколько раз за эти годы. Были проверки с прокуратурой, она писала жалобы на бездействие участкового, много раз всё перепроверяли. Домашнее насилие у нас зачастую не считается криминалом. Ей и сейчас приходится скрываться.
Женщины, берегите себя!
Женщины, берегите себя!
Ставьте лайки и подписывайтесь на обновления, чтобы не пропустить новые статьи. Заходите в мой телеграм-канал t.me/foreality — здесь вы найдёте много интересного: науку, исследования по психологии, советы, техники и упражнения.