Искомая бабка, а точнее — Мария Ивановна Епифанцева, прабабушка Степана Семенова, а ноне Софьи Семеновой, нашлась быстро: все данные на неё, собранные местными оперативниками, уже были подшиты в папочку по делу. Так что и искать не пришлось: адрес места жительства совпадал с адресом регистрации.
Жила старушка в доме, который был старше её самой. И, если верить данным, жила там она с самого рождения. Менялись номера квартир, жилищные условия, но дом оставался тем же. Нет, конечно, Мария Ивановна выходила замуж, какое-то время жила с мужем по другому адресу, разводилась, прописывалась обратно, снова выходила замуж за того же самого человека, квартира (или квартиры?) в итоге всегда оставалась за их семьей.
Мда… Сейчас с этим, слава богу, проще, а тогда… Интересно, архив тех времен сохранился?
Сергей Иванович стоял перед домом, собирался с мыслями, еще раз простраивал варианты беседы, смотрел на двухэтажное здание, в котором жила старушка Епифанцева и машинально отмечал архитектурные особенности строения. То, что дом был построен еще до революции, было понятно с первого взгляда: каменная кладка, высокие и узкие окна, украшенные геометрическим орнаментом — в советское время, по крайней мере сразу после революции, дома для населения так не строили. Конечно, дом был отреставрирован. Но, вот именно что отреставрирован, а не просто отремонтирован — в окнах хоть и стояли современные стеклопакеты, но сделаны они были под старину — со шпросами, которые, судя по всему, имитировали рисунок оконных переплетов прежних рам.
📌Шпрос — декоративные оконные переплеты; элементы, которые имитируют перемычки, разделяя световой проем на части.
Историческое что ли?
Сергей подошел поближе, и — точно: на доме висела мемориальная доска.
«Ночлежный дом купцов Орловых. Построен в 1882 году по проекту…»
Так, стоп. Купцы Орловы? — а не связаны ли они каким-то боком с Орловым-Смоленским? А бабулька у нас Епифанцева… Однозначно, придется в архивах порыться…
Исторический двухэтажный дом, в котором проживала Мария Ивановна, и построенный до 1917 года, обладал какой-то особенной архитектурной прелестью. Да и расположен был в спокойном районе, вдали от городской суеты.
Здравствуйте, дорогие читатели и подписчики канала «ДиНа»!
Данный рассказ — это 20-я часть из серии «Дурная кровь». Ниже ссылки на начало и на предыдущую часть.
Дорогие мои, сейчас у меня, к сожалению, не получается быстро и много писать, так что извиняйте — эта часть короткая.
Причина проста — перелом руки.
Снаружи дом выглядел очаровательно, оригинальные детали и декоративные элементы постарались сохранить по максимуму. В некоторых квартирах были даже небольшие балконы, крепко закрепленные на фасаде, обеспечивающие дополнительное пространство и позволяющие наслаждаться свежим воздухом в любое время года. А вот внутренняя часть дома во время реставрации претерпела значительные изменения, видимо, чтобы соответствовать современным требованиям многоквартирного жилья. В этом Сергей Иванович убедился, когда зашел внутрь.
Сразу после входа в дом был достаточно просторный холл, а далее — лестница, ведущая на второй этаж и выложенная из красивого и прочного камня. Она сочетала в себе элементы старинной архитектуры и нового функционального дизайна.
«Надо же, умеют и могут, если захотят», — заметил про себя Сергей Иванович и стал подниматься на второй этаж.
На каждом из двух этажей дома было по несколько самостоятельных квартир, и, судя по всему, вполне обеспечивающих жильцам комфорт и уединение.
Вот и нужная квартира — девятая.
Пришлось звонить несколько раз, и только после третьего звонка Сергей услышал, как откуда-то из глубины квартиры раздалось: Иду, иду. Хожу медленно, подождите.
Открывшая дверь бабулька была вполне себе такой — нормальной, одним словом. Зря он переживал, что, в силу возраста, пообщаться не удастся. Глаза у Марии Ивановны были живые, зрячие, и сейчас она очень внимательно смотрела на гостя. Не знал бы, что ей восемьдесят девять лет — ни за что бы не подумал.
— Так говорите, о Степане пришли поговорить? — на этих словах губы Марии Ивановны непроизвольно скривились, да и все лицо приобрело такой вид, будто она лимон жевала, — Можно еще раз ваше удостоверение посмотреть?
Сергей молча показал корочки.
— Адвокат, значит. А Степан зачем нужен? — натворил что? — так он уже давно взрослый, самостоятельный, в опеке не нуждается, с ним и разбирайтесь.
Сергей прокашлялся, а сам подумал — хорошо, что сразу несколько вариантов начала беседы предусмотрел. И такой тоже входил в их число.
— Знаете, Мария Ивановна, не столько о Степане хочу поговорить, сколько о найденном у него при обыске пальце с кольцом. Заспиртованном. Что-нибудь знаете об этом?
Мария Ивановна не сразу ответила, видно было, что она про себя думает о чем-то, решает. Сергей ей не мешал. Окажись он в такой ситуации, ему тоже надо было бы подумать.
— Ладно, чего уж тут. Все равно когда-нибудь выплыло бы наружу. Только очень надеялась, что не при моей жизни… Но, видимо, так суждено. Раздевайтесь, проходите, разговор долгий будет, — и пошла, опираясь на тросточку, в сторону комнаты.
Внутри квартиры царила атмосфера прошлого, если не позапрошлого века: высокие потолки, деревянные полы, двери и мебель, украшенные молдингами. Окна квартиры, к удивлению Сергея, были не зашторены, и через них лились яркие солнечные лучи, наполняя всю квартиру живым теплом и светом.
— Ну, что там у вас за палец?
Старушка, как ни в чем ни бывало, сидела на диване, к которому был приставлен маленький журнальный столик, на нем лежали пара журналов, книга и очки.
Вот это выдержка! Ни тебе истерики, ни отнекиваний, просто — «что за палец» и, всё. Ну…, мне так даже лучше.
Сергей стал доставать из портфеля папку с бумагами — чтобы и фотографии показать, и протоколы, если потребуется, и диктофон достать.
— Да вы присаживайтесь, присаживайтесь. В ногах правды нет, а разговор долгим будет. Вот, кресло придвигайте, садитесь, а бумаги сюда можно.
— Палец…, — адвокат на секунду задумался, фотографии-то он приготовил и достал уже, но, вот стоит ли их показывать Марии Ивановне? — все-таки возраст, а зрелище малоприятное, так скажем.
— Ну, давайте, давайте сюда ваши фотографии. Должна же я убедиться, что именно о том пальце речь идет. Вдруг вы вообще какой-то левый палец нашли, а сейчас просто пользуетесь возможностью.
— Уверены? — картинка так себе.
— Не переживайте. Вы же уже, наверно, все про меня выяснили, прежде чем «в гости» идти. Так что должны быть в курсе, кем я работала.
Это да, выяснили, и Сергей знал, что почти вся трудовая деятельность Марии Ивановны была связана с лечебным факультетом Смоленского медицинского института, но…, преподавать-то можно и иностранный язык, не обязательно же анатомию или что еще там… Тем не менее, фотографии он протянул.
— Уууу… Значит Степан все-таки стащил его. Вот ведь гаденыш!
— Простите?
— Гаденыш, говорю, правнучек мой. Ну, включайте свою запоминалку, — и Мария Ивановна кивнула на диктофон, — Вы же её для этого приготовили? А разговор, как я уже сказала, долгим будет. Все началось, когда Степе двенадцать лет было. Хотя, нет, началось все немного раньше, но, новый виток получило как раз тогда, когда правнуку только-только двенадцать лет исполнилось…
Мария Ивановна рассказывала и рассказывала, время от времени просила Сергея достать тот или иной альбом с полки, показывала нужную фотографию и снова — говорила. Сергей временами даже дышать боялся — настолько все казалось необычным, и просто не верилось, что это возможно в наши дни.
Продолжение — Дурная кровь. Тайник с пальцем — см. ссылку ниже.