Предыдущая, восьмая глава *** Начало, первая глава
Слушая этот тяжелый рассказ, Мария то и дело утирала слезы, а когда Виктор замолчал, крепко прижалась к его плечу и прошептала:
– Прости меня, как только я поверила этому гаду…
– Ну, с ним я все равно поговорю, с рук ему это не сойдет, – сказал с досадой Виктор.
Следующим утром прибежала соседка Нина Митрофанова, когда счастливые супруги пили чай.
– Ой, а вы… Вместе снова? – удивленно застыла она на пороге, – Это что ж, выходит, розыгрыш такой был? Ииили? То-то я гляжу, ни свет ни заря Иван в машину погрузил баулы и рванул куда-то. Вот же гад! Сбежал… Ну, знали ж все, какой он сплетник, нет же, уши распустили, на что только он надеялся…
– Вовремя сбежал, – сквозь зубы процедил Виктор, – то б я ему устроил…
– Да он понял, что не только ты, все б мужики тебя, Вить, поддержали, вот и спас шкуру свою, надеюсь, больше не вернется.
– Нин, присаживайся с нами, чай попьем, – Мария принялась хлопотать у стола.
– Попью с удовольствием, а я чего пришла-то… Деньги за корову принесла, уж вечером не стала, примета плохая. Вот, всё до копеечки, как и договорились…
Проводив гостью, супруги стали собираться в город. Мария сильно переживала, что Вера не простит ее, но Виктор успокоил:
– Она замечательная девочка, добрая, а хозяйка какая, не смотря на возраст! Ее ж родители сразу после школы на Север увезли, отец говорил, что девчонке образование ни к чему, важнее научиться пироги печь, да за домом смотреть. Вот и научилась она всему. У поварих училась кухонным премудростям, у заведующей по хозяйству шить, вязать научилась.
– Ой, Вить, а я ж тебе свитер связала, хорошо, что в печь не бросила, как обновки для дома. Может, наденешь?
– Конечно! Давай его сюда! – улыбнулся муж и поцеловал Марию, приобняв за талию.
…Когда зашли в палату к Вере, у Марии сердце кровью облилось. Она лежала бледная, как полотно, устремив опустошенный взгляд куда-то в потолок и не моргала. Она даже не отреагировала на скрип двери и на вошедших в палату. В груди больно екнуло, а веки защипало так некстати. Собрав в себе все внутренние силы, Мария подавила захлестнувшие эмоции и присела на стул, стоящий у кровати Веры.
– Здравствуй, Верочка, – сглотнув соленый ком, заговорила Маша. Вера нехотя повернула голову в ее сторону и перевела вопросительный взгляд на Виктора, стоявшего за спиной супруги. Он улыбнулся ей, а Маша продолжила говорить, – Прости меня, детка, за такую встречу. Я ведь не знала всей правды. Видишь ли, Виктора оклеветали… И тебя… Мне сообщили жестокую ложь и я не смогла сдержаться. Прости, я очень виновата перед тобой и перед мужем, но я надеюсь, что мы с тобой сможем поладить.
Вера молча кивнула, закрыла глаза и тихо прошептала:
– Я не держу на вас зла и более того, я понимаю. Но сейчас мне хочется побыть одной. Пожалуйста, не приходите пока ко мне, я не хочу ничего…
У края ее глаз сверкнула одинокая слезинка, Мария больше не могла выдерживать. Она дала знак Виктору, что ей нужно уйти и поспешила из палаты. А в коридоре разрыдалась, присев на скамейку. Виктор вскоре вышел вслед за ней и, попросив супругу подождать, пошел поговорить с врачом. Вернулся мрачнее тучи.
– Маруся, врач сказал, что Веру хочет перевести в другое отделение из-за ее психологического состояния. Я беспокоюсь, по его словам я понял, что ее будут лечить. И как тут быть, ума не приложу. Если ее станут пичкать сильными препаратами, может и хуже ведь стать. А если не позволить им этого, вдруг тоже осложнения начнутся. Да и как мы-то можем что-то запрещать, мы ей никто, по сути.
– Не знаю, – всхлипнула Мария, – врачам виднее, но если вспомнить случай Симаковых, то конечно, страшно становится.
– Вот и я сразу про Вадика вспомнил, как его «залечили», теперь фиги воробьям показывает. Но что мы можем сделать сейчас?
– А может, Саше позвоним? – встрепенулась Мария, – хоть он еще не врач, но скоро станет им, и практику он проходил в больницах, глядишь, чего подскажет.
– Ох, елочки-иголочки, я с Сашей даже не увиделся еще. Давай, к нему сейчас прямо поедем.
Сын был безумно рад встрече с отцом, и только потом, заметив заплаканное лицо матери, забеспокоился, когда отец сказал, что им необходимо поговорить с ним как с будущим врачом.
– Мама заболела? – с тревогой в голосе спросил он.
– Нет, с мамой все в порядке, мы по другому поводу…
Внимательно выслушав рассказ отца, Александр потер подбородок, немного подумал.
– Конечно, есть немало случаев, когда после такой трагедии люди просто не идут на контакт. Им даже диагноз поставить бывает непросто, но чтоб прям с ума сходили реально, это крайне редко бывает, почти не бывает. Но чтобы сделать какие-то выводы, мне нужно пообщаться для начала с этой девушкой, – сказал он и попросил ее данные, чтобы навестить.
– Не уверен, что она захочет говорить, – пожал плечами Виктор, – но попробуй, скажи, что наш сын. Она пока находится в гинекологии в больничном городке. Вера Мартынова.
– Вера Мартынова? – переспросил сын, сощурив глаза, будто о чем-то вспоминая.
– Ты не можешь ее знать, это дочь моего друга, может быть, просто фамилию слышал когда-то. Они в другом городе жили.
– Но пап, сейчас ведь интернет есть, можно знать людей и с другого конца географии. Вот, взгляните. Она?
Он повернул ноутбук с открытой страницей соцсети и указал на фото девушки из списка друзей.
– Она, – в один голос сказали родители.
– Я с ней общался раньше, но она уже несколько лет в сеть не заходит.
– Так они жили там, где нет цивилизации.
– Ну, я теперь-то все понял, – Саша глубоко вздохнул, – жалко девчонку, с ней так интересно было переписываться, очень начитанная, умная.
– А красавица какая! – поддержала мать.
– Ну что ж, я думаю, что у меня получится с ней пообщаться, – пообещал Александр, и родители засобирались домой...