Кто служил в Советской Армии, знает, что к концу службы необходимо оформить дембельский альбом. Вопрос лишь в одном: где взять фотографии? Можно, конечно, регулярно ходить в фотоателье, можно удовлетвориться случайным фотографированием, а можно решить проблему кардинально - самому стать фотографом.
Дослуживая первые полгода, попросил старшего брата прислать камеру, и, через какое-то время, получил на почте бандероль с фотоаппаратом "Смена-8". Здесь надо пояснить, что на почте могли получать посылки только шофера, нам отдавали извещение на руки и мы заезжали на почту в Угольных Копях. Остальные солдаты обязаны были ждать почти месяц, пока сходят документы туда-сюда-обратно, пока привезут посылки в часть. Но и это не все: советским солдатам запрещалось разгуливать по части и ее окрестностям с фотоаппаратами и кинокамерами. чтобы случайно не засняли секретные объекты и не продали снимки за бутылку водки вражеским шпионам. Замполиты знали наверняка, что каждый солдатик политически безграмотен и морально неустойчив, поэтому мечтает пропить государственные секреты. Отсюда, иметь фотоаппарат можешь, но хранится он должен в каптерке под замком и выдаваться хозяину по особым случаем.
Праздничный день - День части. Иду с автопарка к друзьям, пряча камеру за пазухой. И на тебе! Из-за угла выплывает заместитель командира части майор Бершаков.
- Что несешь?
Все, думаю, отфотографировался не сделав ни одного снимка. А деваться некуда.
- Фотоаппарат.
- Покажи.
Достаю, протягиваю с сожалением, что сейчас конфискует да еще и наказание выпишет. Майор повертел в руках камеру, которая, естественно, его не впечатлила и вернул мне.
- Я думал ты бутылку несешь. А фотоаппарат носи открыто. Если кто спросит, скажешь, что майор Бершаков разрешил. С тех пор я редко выпускал фотоаппарат из рук: таскал его в казарму, на озеро, на прогулки по берегу, возил его везде, куда меня посылали. Со временем купил себе "ФЭД", хотел "Зенит", зеркалку, но, пока копил деньги, их раскупили. а попросить взаймы у знакомых офицеров постеснялся.
Со временем с майором Бершаковым даже подружились, конечно, соблюдая субординацию. Возил его на "секретные дела", о которых даже сейчас не буду рассказывать, возвращался в часть далеко за полночь.
- Если спросит командир части, - инструктировал меня майор, - то скажешь, что ездил с майором Бершаковым. Если замполит, то скажешь: "Не Ваше дело, товарищ майор". А если дежурный по части, то пошлешь его на х..!
Здесь надо сказать, что ни разу никто у меня не поинтересовался и посылать никого не пришлось.
Однажды ему срочно понадобилось ехать.
- Товарищ майор, я не завтракал и обед уже прошел.
- Иди пообедай, а я в штаб пока схожу.
Пришел в столовую, я у повара самый большой начальник, поэтому наставил тарелок и чашек на полстола, предназначенного для десяти человек. Сижу наслаждаюсь. Вдруг открывается дверь и на пороге появляется майор Бершаков. Удивленно смотрит на мою трапезу и после минутного молчания говорит:
- Я его жду, а он сидит не торопится.
Посмотрел я тоскливо на оставляемый обед, шапку в охапку и на выезд.
- Беляев, неужели ты это бы все съел? - Спрашивает меня майор уже в пути после долгой задумчивости.
- Конечно, иначе зачем бы я все это ставил на стол?
Объяснять ему не стал, что может случиться, что за стол попаду завтра в обед. А мужик, майор Бершаков, был отличный. В списке, уходящих на дембель 31 декабря, младший сержант Беляев стоял первым, но благодаря майору Бершакову и командиру телеграфа майору, фамилию запамятовал, уехал домой 7 ноября, во вторую партию. Конечно же, дембельский альбом ломился от фотографий.