Предыдущая часть:
Первая часть:
Успех его работы на Сару Бернар принёс Альфонсу Мухе множество других заказов на плакаты.
Следуя по стопам Жюля Шере, Муха создал мгновенно узнаваемый идеальный женский типаж, который он использовал для рекламы всего: от сигарет и мыла до пива и велосипедов.
Этот типаж находится где-то между приземленной веселостью белокурых или рыжеволосых красавиц Шере с их затянутыми в корсеты фигурами в виде песочных часов, болезненной утонченностью и меланхолией прерафаэлитского типа и зловещим очарованием роковой женщины конца века.
Превосходный и характерный пример — плакат сигарет Job.
Изображение курящей молодой женщины само по себе было смелым поступком в то время, когда ни одну респектабельную женщину нельзя было увидеть курящей на публике.
Так, в 1909 году итало-немецкий композитор Эрманно Вольф-Феррари написал оперу «Il Segreto di Susanna», повествующую о злоключениях молодой женщины, которая пытается скрыть от своего нового мужа преступную тайну, что она курит.
Физический тип девушки на плакате «Job» с её сильным подбородком и густыми волосами происходит от типажа прерафаэлитов, созданного Данте Габриэлем Россетти (1828-1882).
Поза с поднятой головой, приоткрытыми губами и полузакрытыми глазами взята непосредственно из картины Россетти «Beata Beatrix», хотя Муха пытался замаскировать своё заимствование, отзеркалив изображение.
Есть что-то восхитительно непочтительное в том, как Муха превратил визуальный трагизм Россетти в праздник мгновенного удовольствия, доставляемого затяжкой сигареты.
Нахальная беззаботность плаката «Job» тем более показательна по сравнению с болезненным и зловещим сплавом оргазма, зачатия и смерти в литографии Эдварда Мунка «Мадонна», которая также происходит от «Beata Beatrix» Россетти.
Самая поразительная особенность плаката «Job» — волосы девушки, похожие на щупальца, которые выглядят так, будто живут своей собственной жизнью и могут обвить шею любого проходящего мужчины. Муха был одним из многих художников конца века, начиная с Россетти, которые были очарованы эротическими и угрожающими аспектами женских волос.
Одержимость женскими волосами достигла масштабов эпидемии в конце 19 века.
Отчасти это можно объяснить тем фактом, что респектабельные женщины мечтали распустить волосы на публике также, как и закурить сигарету, а большинство мужчин видели женские волосы распущенными только в моменты близости.
Во многих женских образах Мухи есть нечто большее, чем просто намек на „Fatale". Его сын Иржи считал, что на художника повлияло модное определенное женоненавистничество конца века — в частности, идеи его друга Августа Стриндберга. По словам Иржи Мухи, его отец настороженно относился к женщинам и советовал ему: „Если какая-нибудь женщина приблизится к тебе, оттолкни её!"
В конце 1890-х годов Муха применял свои потрясающие изобретательские способности в декоративном искусстве.
Он проектировал все: от мебели и столовых приборов до витрин магазинов, ювелирных изделий и форм для печенья. Никакая задача не казалась ему слишком скромной. Органические и криволинейные формы его стиля особенно хорошо сочетались с предметами, изготовленными из металла.
Муха установил тесные рабочие отношения с ювелиром Жоржем Фуке, создав множество дизайнов брошей и подвесок, в которых обычно изображалась типичная девушка Мухи с её завитыми волосами.
Самым известным сотрудничеством Мухи и Фуке стал браслет, сделанный для Сары Бернар в форме украшенной драгоценными камнями змеи, которая обвила ее руку, чтобы (по словам Иржи Мухи) замаскировать её артритное запястье.
В 1900 году Муха спроектировал витрину магазина Фуке, расположенную напротив ресторана Maxim’s, еще одного храма удовольствий Прекрасной эпохи, на улице Руаяль.
Продолжение: