Новый день принес ей сюрприз. В Старый дворец неожиданно приехал султан Осман. Евнухи, увидев эскорт, настолько растерялись, что не знали, как себя вести. Только метались, бестолково шумели и постоянно натыкались друг на друга. Хорошо еще, что среди них оказался один, наиболее сообразительный, совсем еще юный, Гази-ага. Именно он успел доложить госпоже о приезде высокого гостя, пока тот принимал приветствия и поклоны.
Более того, это же Гази-ага успел сбегать на кухню и распорядиться подать в покои шербет и блюда со сладостями. Так что она, благодаря этому мальчику, успела собраться и с достоинством принять падишаха. Султан с почтением приложился к ее руке.
— Моя госпожа, — с придыханием произнес он, — как я рад вас видеть в добром здравии! Вы, как и прежде, прекраснее всех женщин в мире! Не зря мой покойный отец, великий султан Ахмед, называл вас пери и ангелом! Не будь вас, я бы никогда не познал материнской любви и заботы!
Кесем ласково улыбнулась, слушая эти речи, которые лились в ее уши словно мед. Только, как бы султан не старался, сладким словами было не обмануть. Она сразу обратила внимание на жесткий взгляд визитера. Точно так же взирал на окружающий мир султан Ахмед. А если ко всему добавить, что в его жилах текла кровь матушки Мафивруз, которая в свое время многим, и в том числе ей, испортила нервов, не сложно представить, что ждет ее бедных шехзаде и в первую очередь, старшего Мехмеда. Сердце материнское не обманешь…
Первенец Ахмеда и при жизни родителя никогда и никого особо не слушал, а теперь, получив огромную власть, тем паче... До нее уже доходили слухи, что Осман, который по неизвестной причине стал себя считать основателем новой династии, наподобие его великого прародителя, задумал реформы и собирается идти в военный поход. Юноша не сомневается: мир упадет к его ногам. Ну что же, как говорят христиане — блажен, кто верует...
Новость о походе вчера принесла Халиме-султан. Кроме того, она с готовностью сообщила, что Осман собирается создавать новую армию, дабы заменить янычар. В новое войско будут входить выходцы из тюркского населения Анатолии и Северной Сирии. В принципе, идея неплохая. Этих бесноватых давно надо разогнать, слишком много они о себе возомнили. Только вряд ли у него это получится сделать одним махом. Такие вещи надо готовить спокойно, когда уверен в своей силе и имеешь неограниченную власть. Ни того, ни другого у мальчика нет.
Не порадовала ее идея переноса столицы в Анатолию. Мать свергнутого султана быстрой скороговоркой выкладывала полученную информацию и пыталась поймать взгляд Кесем, желая понять реакцию. Не стоило быть провидцем, дабы понять, зачем ей это. Только зря старается. Она еще во времена Сафие-султан научилась вести себя невозмутимо, а с годами отработала это до совершенства.
— Пусть делает, что хочет, — спокойно произнесла Кесем, — мы не имеем права вмешивать в дела господина.
Правда про себя подумала: «С янычарами шутить нельзя! Даже покойный султан Сулейман, а уже у него верных людей было куда больше, не позволял себе подобного!»
И вот сейчас Осман стоит перед ней, явно желая поговорить с ней и узнать мнение. Так что она верно сделала, когда не стала обсуждать новости с Халиме-султан. Наверняка бы ему уже обо всем доложили и он вряд ли бы сейчас общался с ней, а носился бы по кабинету, обдумывая месть мачехе.
— Моя госпожа, — ласково ворковал высокий гость, — все ли у вас хорошо? Не нуждаетесь ли в чем? Тепло ли вам в своих покоях?
— Благодарю вас, мой повелитель, — с легким поклоном ответствовала Кесем, — хвала Аллаху, у меня все хорошо! Ваш визит — великая честь для меня!
Говорила, а сердце у самой сердце сжималось. сжалось. Явно что-то задумал, но пытается смягчить удар. Ох, как же это ужасно всегда жить в страхе… Кесем старательно делала вид, что безумно рада встрече, вела умную беседу, а самой хотелось завыть от собственного бессилия. Она впервые позавидовала Халиме-султан. Уж ее безумного сына явно никто казнить не станет, потому и ведет себя так уверенно! А, самое главное, не опасаясь ничего, трепет языком направо и налево.
Желая хоть как-то успокоиться, перевела разговор. Нейтральные темы всегда поднимают настроение.
— Помню, каким вы серьезным были в детстве, мой повелитель! А как легко постигали все науки! Уже в четыре года бегло читали и ваш учитель Омер-эфенди не мог нарадоваться успехам! Кстати, вы по-прежнему занимаетесь латынью и греческим? Или забросили?
— Что вы, моя госпожа! Как можно! Ваш пример всегда будет перед моими глазами! Ведь это вы научили меня и моего брата Мехмеда стремиться к знаниям!
Беседа текла мирно, слова журчали, словно ручеек, и Кесем немного успокоилась.
Публикация по теме: Одинокая волчица, часть 38
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке