Последовав совету Михаила Тамара решилась встретиться с ним еще раз. Она поблагодарила Чигирева за помощь и сказала, что поступила именно так, как он рекомендовал.
Тамара и Михаил гуляли по городу, вспоминая студенчество и рассказывая друг другу случаи из жизни.
В обществе давнего поклонника женщина неожиданно почувствовала, как легко становится у нее на душе, появляется вера в лучшее. Они долго гуляли, вспоминая прошлое, и не заметили, как подошли к дому Ташкиновых.
— Слушай, Тамара, а ты никогда не думала, как бы сложилась твоя жизнь, если бы ты выбрала меня, а не Владимира? — спросил Михаил.
— Знаешь, стала задумываться в последнее время, — честно ответила женщина.
— Да?
— Но что толку? Время-то у же ушло.
— Тамара, у меня такое впечатление, что мы разговариваем с тобой у меня на похоронах.
Бывшие сокурсники рассмеялись.
— Скажешь тоже! Я надеюсь, если это случится, то только через много-много лет, — сказала Тамара. — А если серьезно, то, несмотря на то, что у нас с Володей не сложилось... — женщина тяжело вздохнула, вспоминая прошлые моменты жизни. — У меня же Кирилл есть. А он — смысл моей жизни.
— Слушай, это неправильно все!
— Что неправильно?
— Ну, то, что у молодой, красивой женщины только один смысл в жизни — сын, который, к тому же, скоро из гнезда вообще вылетит.
— Ой, надеюсь, что это будет не так скоро.
— Скоро, нескоро... вообще не об этом речь. У тебя должна быть своя жизнь.
Пара подошла к двери подъезда, и Тамара, смущаясь, в какой-то момент даже код от электронного замка забыла. К тому времени женщина уже забыла вкус поцелуя на губах. Конечно, Владимир не был последним мужчиной в ее жизни, но после развода все встречи были короткими, и ни одного из поклонников Тамара всерьез не воспринимала.
Не в силах расстаться с Михаилом, женщина пригласила его в гости, будучи абсолютно уверена в том, что Кирилл пошел в кино с Натальей, и в квартире никого нет.
В планы Тамары не входило знакомить сына с Чигиревым, однако эта встреча все же произошла.
Михаил целовал свою зазнобу возле дверей квартиры, когда по лестнице поднимался слегка выпивший Кирилл. В руке молодой человек держал початую бутылку вина.
— О, привет, мам. Ты тоже влюбилась? Мои поздравления! — сказал юноша. Взрослые тут же расцепились. — Да вы не стесняйтесь, продолжайте. Все свои.
— Ты напился, что ли? — возмутилась Тамара. — Что ты себе позволяешь?
Кирилл медленно присел на ступеньку.
— Наставления мне будешь читать? На себя бы посмотрела, — грубо ответил он.
— Молодой человек, нельзя так с матерью... — деликатно выразился Михаил.
— Сударь, не влезайте не в свое дело, а то я за себя сегодня не ручаюсь.
— Миша, тебе лучше сейчас уйти, — сказала Тамара.
— Я тебя не могу одну оставить, — не согласился Чигирев.
— Он же мой сын. Иди, я позже тебе позвоню.
— Как знаешь.
Когда Михаил ушел, мать присела возле сына и спросила:
— Кирюша, ты чего так напился-то а?
— Ты еще спрашиваешь?... Занимаешься сводничеством и предъявляешь мне претензии из-за того, что я выпил лишнюю рюмочку?
— Это ты про Наташу, что ли, говоришь? Ну какое же это сводничество? — лукаво улыбнулась Тамара.
— Да, это сводничество, мама. Неужели ты не понимаешь, что ты разрушаешь мою жизнь?
— Дурачок ты мой, я, наоборот, ее спасаю. — Мать обняла сына.
— Не надо, мама! Что ты спасаешь? Что ты вообще от меня хочешь?
— Хочу, чтоб ты выучился, нашел себе работу. Хочу, чтобы ты был устроен в жизни... Да прекрати ты! — Тамара буквально вынула горлышко бутылки изо рта Кирилла, который присосался к ней, словно к материнской груди восемнадцать лет назад.
— Да уж, — произнес юноша и встал на ноги, — сама ты, я вижу, уже устроилась. И как зовут этого твоего нового ухажера?
Женщине стало так противно разговаривать с пьяным сыном, что она не сдержалась и влепила тому смачную пощечину.
— Не смей со мной разговаривать в таком тоне, — сквозь зубы прошипела мать и направилась к квартире.
— Хорошо. Но и ты не смей больше устраивать мою жизнь! — крикнул вдогонку Кирилл. — А то я сам себе что-нибудь устрою на тихом кладбище! Обещаю! — Едва не упав, он съехал по ступенькам лестничного марша вниз и был таков.
Когда Кирилл сказал про кладбище, у Тамары аж дыхание перехватило. Сын так был похож на своего отца... Тот тоже так любил всегда угрожать. Но одно дело — взрослый мужик, и другое — совсем пацан. Тем не менее мать понимала, что, конечно, Кирилл не побежит сейчас ни на какое кладбище или вены себе вскрывать. Но кто мог дать ей гарантии, что ничего не случится?