— Где я? — Лена едва отошла от приступа кашля. В горле першило, и глаза слезились. Сквозь мутную пелену, она различила перед собой силуэт.
— Вот те на! Живая, блин! А я уже скорую и полицию вызвал.
— Юра? Ты меня не бросил?
Очертания обрели чёткую форму очень обрадовавшегося тому, что она пришла в себя, человека. Лена начала с трудом, как из глубокого колодца, вылавливать воспоминания. Она хотела умереть. Почему? Что с ней произошло? До возвращения в подвал она бродила по улицам, часами, ей было очень плохо, и сильно болела голова. Точно, она вела себя, как сумасшедшая, сжимала виски и пыталась заткнуть пальцами уши. Чтобы не слышать крик, ужасный крик, этот голос, знакомый, родной. Господи, Митя! Это кричал Митя! Как он на неё смотрел, с любовью и заботой, а она…
— Юра, зачем ты меня вытащил? — Лена затряслась в сдавленных рыданиях. — Я — чудовище, мне нельзя жить!
— Дура ты!
— Что с Митей? Я изуродовала его?
— Что ты ожидала? Слава Богу, в лицо не попала. Но шрамы и язвы от ожогов будут. Ему ещё лечиться и лечиться. Как ты могла? Ты целилась в мою дочь! Я тебя ненавижу!
Поддаваясь нахлынувшей ярости, Юра схватил Ленку за шею и сжал с такой силой, что она начала задыхаться, нелепо, как рыба, хватая воздух раскрытым ртом. Опомнившись, Юра разжал пальцы. «Господи, — испугался он. — Ещё не хватает, сесть за убийство. Полиция-то уже на подходе!».
— Зачем ты меня спас — опять повторила Лена. — Я хотела, чтобы от меня ничего не осталось.
— Если бы только от меня зависело, ни за что бы не полез тебя выволакивать. Ещё бы под дверью подождал, чтоб наверняка! Это ты Мите спасибо скажи. Своей жизнью ты ему обязана.
— Он простил меня?
— Ну да, как праведник какой-то. Не только простил, но и клятву с меня взял, что помогу тебе. Вот я и сижу, выполняю.
На некоторое время наступило молчание, только слышно было их собственное дыхание.
— Юр, я увидела тебя с Викой, и мне было так больно!
— Лена, ну как тебя очевидное объяснить? Вика — моя жена. Мы ж не зря столько лет вместе. На что ты, собственно, рассчитывала? Что я останусь с тобой из-за твоих угроз? Это всё равно не могло долго продолжаться.
— Юр, я больше не буду. Я, в тот самый момент, вдруг поняла, что Митя — мой единственный родной человек во всём свете! Я чуть не потеряла его, по моей собственной вине. Я теперь понимаю, как ты любишь свою дочь.
— Сообразила! Точно со всем этим покончено?
— Да, клянусь! Ты всё расскажешь в полиции?
Ответить Юра не успел — подъехала скорая помощь. Потом полиция. Ленку увезли в больницу, Юра остался. В разбирательствах и объяснениях прошло около часа. Когда его, наконец-то, отпустили, он прочёл эсэмэску от жены. Алина не хотела расстаться с Митей, а Вика поехала домой. Она ещё не спала, и Юра коротко рассказал про Митину просьбу и про Ленкину попытку самоубийства.
— Она поклялась, что всё поняла, и больше нас не тронет.
— Идиоты! Что ты, что Митя! Ему простительно, он мальчишка! А ты-то что уши развесил? Она ненормальная! Здоровый человек разве на такое решится? Ты должен заявить в полицию!
— Но Митя…
— У тебя обязательства не только перед ним, но и передо мной и Алиной! Ты — муж и отец! Пока Ленка не будет в тюрьме или психушке, я не смогу спать спокойно.
— Вик, как ты себе это представляешь? — Юра прижимал её к груди и гладил по голове, но сдаваться не собирался. — Мне же надо будет им всю историю рассказать! Прошлые грехи вылезут, про меня, про тебя, про Митю. И это только цветочки, когда заявление напишу. А суд? Всё грязное бельё перетряхнут! Мне показалось, что она искренне раскаялась! Сама перепугалась от своего поступка.
— Я ей нисколько не верю! Если она решила измениться, пусть во всём признается! Тогда и суда не будет. Пусть её в психушке держат, пока не вылечится.
— Хорошо, я поговорю с ней.
— Только не мямли, понял? Не дай ей лазейки! А то будешь, как всегда, ходить вокруг да около, она ни за что не согласится!
— Отстань! Сказал же, всё сделаю. Пошли спать.
Юрка долго стоял под душем и невольно смотрел на свои руки, шевелил пальцами, вспоминая, как до боли в суставах сжимал Ленкину шею. Он никогда не думал, что сможет убить. Может потому и ушёл в своё время из военного училища на гражданку. А вдруг смог бы? Ерунда, не убил же, даже наоборот, спас от смерти. Наверно, сын всё-таки оказался умнее: убийством и местью ничего не решить и не исправить. Юра представил себе предстоящие неприятные разговоры с Митей и с Ленкой и, поморщившись, решил, что подумает об этом потом. Он лёг в привычную постель, обнял уютное тёплое тело жены и мгновенно заснул. Никакие сны ему не снились.
***
Уговорить Алинку поехать домой поспать было не просто. Она ни на шаг не отходила от Мити и старалась создать ему максимальный комфорт: поправляла подушку, приносила попить воды, звала сестру проверить повязки и врача уточнить его самочувствие. И всем без умолку рассказывала, что Митя — её спаситель, пожертвовавший собой ради сестры. В результате вокруг него бегали уже все на этаже, и Митя, совершенно не привыкший к такому повышенному вниманию, готов был сквозь землю провалиться.
Звонок отца успокоил его — мама жива и просила простить её. Митя обрадовался такому обороту событий. Он уже хотел домой, чтобы постараться, как можно скорее, вернуться к нормальной жизни. Хотя не умолкавшее щебетание Алины о предстоящей учёбе в университете навело его на мысли о том, чтобы самому пойти учиться дальше. Нет, работу он, конечно, не бросит, можно же поступить на вечернее отделение. Займёт немного дольше, зато потом он сможет устроиться получше. Отец давно намекал на такое, но Митя не задумывался об этом всерьез. Хотя, он ведь не дурак, и учился всегда неплохо. Чем чёрт не шутит! Папа будет им гордиться. Это были приятные мечты.
Лёгкий шорох открывающейся двери вернул его в реальность. Кто-то, закутанный в мешковатую ветровку с капюшоном, тихо-тихо прокрался в палату. Митя наблюдал из-под полуприкрытых век, но не пошевелился. Фигура сначала задержалась несколько долгих минут у окна, будто собираясь с силами, прежде чем подойти к койке. Когда она сбросила капюшон, Митя узнал мать. Лена смотрела вниз, на повязки, не решаясь глянуть парню в лицо. Потом осторожно взяла его руку и поцеловала шрам на ладони.
— Привет, мам! — нарушил молчание Митя. — Как ты себя чувствуешь?
— Господи, Митя, ты беспокоишься обо мне?!
— Конечно. Папа мне всё рассказал. Тебя выпустили из больницы?
— Я ушла сама. Думала пойти в полицию и всё рассказать.
— Не надо, мам, пожалуйста.
— Я так виновата перед тобой. Ты даже не представляешь! Я была ужасной матерью.
— Не такой уж плохой. Бывает хуже.
— Ты это серьезно? — Лена дотронулась пальцами до повязки на его шее, и Митя невольно сморщился от боли.
— Ты могла оставить меня, как моя родная мать. Одного. Да, мам, я знаю. Я даже нашёл её. Теперь она хочет меня видеть! Представляешь, когда уже поздно, когда я вырос, я ей понадобился!
— Хорошо, что теперь ты всё знаешь. Значит, мне будет легче всё сделать.
— Я тебя не понимаю.
— Митя, когда ты родился, ты был такой меленький и сморщенный. Худущий, никак вес не набирал. Врач был недоволен и кричал на меня, — Лена на секунду замолчала. — Мне пришлось тебя из бутылочки смесью выкармливать. Я тебе песенки пела. Про дружбу, про улыбку. Ты начал кушать.
— Мам, не надо плакать.
— Нет, ну что ты. Просто вспомнила, что и хорошее было. Только такая во мне мерзкая злость была, обида на весь мир и на тебя. Как будто это ты был виноват в моих проблемах, а не я сама.
— Ты мне мороженое покупала. Клубничное, — Митя улыбнулся. — Всё будет хорошо. Папа обещал не идти в полицию. Я вернусь домой, и мы будем жить, как прежде. Я буду тебе помогать. Отстань от него, он любит Вику. Познакомишься с кем-нибудь другим.
Лена покачала головой, стараясь не расплакаться.
— Митя, у тебя теперь есть настоящая семья — отец, сестра, даже Катя. Будь счастлив! Я не могу здесь больше находиться. Я уезжаю, навсегда, а это — тебе! — она сунула в руки Мите объёмистый конверт, порывисто наклонилась, поцеловала парня в щёку и вышла.
— Мама, не уходи! — но было поздно.
Митя раскрыл конверт и не мог поверить своим глазам: там были деньги! Много денег, он ещё столько никогда не видел. И официальная бумага — завещание бабушки. Она оставила квартиру ему!
***
— Саша, мне нужно с тобой поговорить!
Выражение лица у тренера было серьезное и злое. Саша удивился — что он мог натворить?
— Я решил, что ты не поедешь с нами в Бельгию. Место ограничено, и я не могу тащить балласт.
— Какой такой балласт? У меня же лучшие результаты? Что вы без меня там на соревнованиях покажете?
— Не спорь! Сам, дурак, виноват.
— Я-то тут при чём? Что я сделал? Пашу, как проклятый, из воды не вылезаю, больше ни на что времени нет! — Саша в первый раз повысил голос.
— То-то и оно! А ты знаешь, что одного плаванья мало? Приходится ещё и прогнуться перед кем следует. Что рот разинул? Времени у него, видите ли, нет. На дочку спонсора нашёл бы, сейчас визу Шенгенскую бы оформлял!
— При чём тут Лара?
— Её отец мне прямым текстом сказал, чтобы тебя не брал. Иначе денег не будет, и никто не поедет. Жаль, конечно, но своя рубашка ближе к телу. Мой тебе совет: помирись с этой дурой, и в Брюссель! Что тебе в этой кукле не по вкусу, не пойму. Был бы я помоложе, сам бы не отказался. Так что трахни её, и всё в ажуре. У тебя ещё неделя есть.
Саша не на шутку расстроился: уж очень хотелось съездить. Он ни разу не был за границей, а тут — такая возможность! Его лето испорчено из-за какой-то девчонки! Ему она, конечно, не нужна, он любит Алину. Но Алина сейчас занята братом, сидит с ним в больнице. Её мать сказала сделать перерыв. Если пару недель повстречаться с Ларой, то от него не убудет. Алинка ничего не узнает. Потом, после поездки, он пошлёт Лару подальше. Саша приободрился. В конце концов, не пропускать же шанс, когда ещё представится!
— Саша? — притворно удивилась его звонку Лара. — А я-то думала, ты совсем пропал!
— Ну что ты, просто много тренируюсь. Ты, кажется, хотела поехать на выходные за город?
— Да, на залив, на дачу к подруге. Там все наши соберутся. Я заеду за тобой утром, хорошо?
— Может быть, встретимся сегодня? Я могу сейчас, — чего тянуть, подумал парень, вдруг с визой возникнут проблемы.
— Конечно, я дома, жду!
Через несколько часов Лара была вполне удовлетворена, и Саша, развалившись на постели и небрежно поглаживая обнажённое бедро девушки, перешёл к делу.
— Кайфово было бы вместе по Брюсселю погулять, только тренер почему-то не хочет меня брать. Несмотря на результаты.
— Странно, — Лара томно потянулась и положила голову ему на грудь. — Ты же самый лучший! Я поговорю с папочкой. Не сомневайся, он всё уладит. Тебе понравится в Бельгии, там так круто! Столько магазинов с красивым линжери! Это кружевные трусики и лифчики такие, как у моделей!
— Ты у меня самая красивая! А остальное только мешает! — и Саша нежно поцеловал её.
Продолжение следует...
Автор: Lalter45
Источник: https://litclubbs.ru/articles/49015-cennosti-glava-24.html
Содержание:
- Первая. Плата
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь и ставьте лайк.
Прочитайте другие произведения этого автора: