В детстве я полагал оборотней и вампиров по-своему родственными персонажами: и на тех и на других (так показывали по телевизору и писали в поглощаемых мною художественных книжках) имеет влияние луна, и те и другие «получаются» из человека посредством укуса, и те и другие превращаются в животных (первые в волков, вторые в летучих мышей).
Ну и так далее...
Потом таковые представления стали выглядеть для меня, мягко говоря, наивными.
Однако исследователи и впрямь обращают внимание на связь между волкодлаками и упырями в южнославянской традиции.
В Боснии и Герцеговине, а также в Хорватии упыря или вампира (ходячего покойника, убивающего людей, причиняющего вред им, их скоту и хозяйству) обозначали названиями, производными от слова волкодлак, и они являются доминирующими. В восточной Боснии, восточной Герцеговине и в Словении такие обозначения употребляются одинаково часто наряду с производными от слова вампир. Причём производные от слова вампир в ряде регионов обозначает – ни много ни мало – самого дьявола.
В некоторых местах для производных от слова волкодлак сохраняется значение «волк-оборотень».
В своё время языковед Александр Афанасьевич Потебня, живший в XIX веке, пытался доказать, что совмещение образов волка, упыря и змея у славян – изначальное, однако сегодня считается, что смешение образов волкодлака и упыря вторично.
Заимствование слова волкодлак в неславянские балканские языки произошло в значении «вампир» (в современных балканских языках слово волкодлак устойчиво используется в значении «волк-оборотень» для перевода названий аналогичных западных персонажей).
Словенцы словом volkodlak обозначали существо, меняющее облик с человеческого на волчий описывалось оно и как демон, и как человек, наделённый сверхъестественными способностями (приобретались они, к примеру, в результате материнского проклятия или брани) либо зачарованный на свадьбе (у таких обратная трансформация затруднена). Обитают таковые существа в ямах да пещерах, вступают в интимную близость с женщинами, отчего рождается как нормальное с виду потомство, так и наделённое зооморфными чертами (волчьи зубы, шерсть, хвост).
Болгарское върколак обозначает как волкодлака, так и вампира. Върколаками становились люди, к которым являлся по ночам злой дух и заставлял надеть волчью шкуру, с рассветом становилось возможным эту шкуру снять. Самого вампира болгары нередко представляли в виде волка, а становились вампирами в верованиях сего народа в том числе те, чья мать во время беременности ела мясо убитых волком животных, и те, чью погребальную одежду шили в «волчьи дни» (период почитания волков у болгар).
Македонцы называли волкодлаком вампира на сороковой день, который мёртв и в то же время подобен живому человеку.
В сербохорватском вукодлак – вампир. Данный персонаж имеет некоторые основные черты волкодлака: покрыт шерстью (или у него всклокоченные, стоящие дыбом волосы), превращается в волка. Вампиры-вукодлаки активны в тот же зимний период, когда совершались связанные с волками обряды.
См. также
Список использованной литературы
- Валенцова М. М. Словацкая мифологическая лексика на общеславянском фоне (этнолингвистический аспект)
- Гура А. В. Волк // Символика животных в славянской народной традиции
- Новикова Т. К вопросу об этимологии номинаций образа вампира и его семантик
- Мороз А. Б. Волк в южнославянской народной культуре: Человеческое и демоническое // Миф в культуре: Человек – не-человек
- Плотникова А. А. Этнолингвистическая география Южной Славии
- Волколак / А. В. Гура, Е. Е. Левкиевская // Славянские древности: Этнолингвистический словарь
- Волкулак // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
- Георгиева И. П. Българска народна митология
- Петровић С. Српска митологија. I књига. Систем српске митологије
- Geoff Husic. Vampire by Any Other Name: Vampires, Werewolves and Witches of the Slavs, Balkan Peoples and Other Lands: A Linguistic and Cultural Adventure