Продолжу знакомить вас с историями жизни и болезни сильных мира сего, кои главою были скорбны. Моя искренняя благодарность и глубокий поклон Марине Пауль, которая, без преувеличения, выручила меня во время сбора информации о пациенте. На этот раз обратим наши взоры на землю Саксония-Ангальт, что на востоке Германии.
2 марта 1805 года в городке Балленштедт, в родовом замке князей (годом позже — уже герцогов) Ангальт-Бернбургских, было тревожно и радостно. Радостно оттого, что четвёртые роды у принцессы Марии Фридерики Гессен-Кассельской прошли как по нотам (партии для волынки и катценклавира там тоже, правда, присутствовали, но не будем привередничать). Ещё более радостно оттого, что родился, наконец, наследник Ангальт-Бернбургской ветки Асканиев, славного княжеского рода (между прочим, Софию Августу Фридерику Ангальт-Цербстскую, из Ангальт-Цербстской ветви Асканиев, вы знаете как нашу матушку-императрицу Екатерину II). Тревожно же было потому, что из троих родившихся ранее детей двое, новорожденная дочь и новорожденный сын, не прожили и года. Слава деве Марии, хоть одна девочка, Луиза, выжила.
А ещё одна тревога, что снедала Алексиуса Фридриха Кристиана Ангальт-Бернбургского, касалась душевного здоровья супруги, Марии Фридерики. Брал-то он в жёны цветущую и здоровую девушку, и ничто, как говорится, не предвещало. Ну разве что чуть холоден был взгляд лучистых глаз, даже когда принцесса улыбалась — но это тогда было расценено скорее как изюминка. Ну слегка не от мира сего — ну так принцесса же: наверняка в голове замки и рыцарские турниры, скачущие по розовым облакам белые пони и единороги, а кто за ними всю их радугу будет граблями да лопатами убирать — не принцессино это дело. Через год у изюминки прорезались усики и лапки, и обернулась она церебральным тараканом, что рос не по дням, а по часам. Принцесса бредила наяву и ладно бы бредила тихо — так ведь нет, её высочеству шкандаль подавай! Когда принцесса начинала к чему-то прислушиваться и тихо сама с собою разговаривать по душам, обитатели замка готовились к очередной грозе. Ибо своим таким беседам её высочество доверяло больше, чем реальному положению дел, а наговорить ей там, в её прелестной головке, могли такого, что и в замке становилось невыносимо, и при дворе стыдно. Вот и беспокоился глава рода: не станет ли после родов ещё хуже с головой у супруги?
С головой у Марии Фридерики действительно стало хуже, и не роды тому виной, а то, что веком позже станут называть болезнью Блейлера, или шизофренией. Хуже настолько, что и титул герцога, что был пожалован Алексиусу Францем II, императором Священной Римской империи, пусть и тешил отчасти самолюбие, но уже и не особо радовал. А ещё эти шепотки в высшем свете. А хуже них — беспокойство, переходящее в откровенный страх за детей, что растут под одной крышей (строго говоря, большой такой крышей и, если уж совсем строго — то и не одной, но всё же, всё же) с их помешанной, и временами буйно, матушкой. В 1817 году, когда помешательство окончательно поглотило разум Марии Фридерики, Алексиус добился развода с ней. Принцесса вернулась в Гессен, в городок Ханау-ам-Майн, где и прожила под присмотром родни до своего 70-летия.
Герцог же, мелко крестясь, вздохнул было с облегчением — и тут же вступил в морганатический брак с Луизой Доротеей Фридерикой фон Зонненберг. Говорят, что по любви — которая, увы, горела лишь год и сгорела вместе с супругой. Погоревав, герцог в третий раз женился — на сестре покойной, Эрнестине Шарлотте фон Зонненберг.
Увы, чаще и охотнее шизофрения наследуется по материнской линии. Вот и дети Марии Фридерики — сестра и брат, которые выжили и выросли — не стали исключением из медицинской статистики. Но о том, как проявилась болезнь у Александра Карла, а также о том, как сложилась его жизнь, я расскажу вам в следующий раз, во второй части.
***
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» работает в штатном режиме.
P.P.S. На моём же телеграм-ханале — самое свежее и много актуального из психиатрии. Ну и посмеяться тоже есть.
P.P.P.S. На площадке Sponsr (Тыц) — мною пишется новая книга. И здесь же есть возможность получить автограф на мои книги.