Впервые я узнал степь, когда перебрался на постоянное местожительство с влажного и хмурого Урала в Камышин. Мой первый выход на природу оказался удачным и хорошо запомнился. Лето еще только вступило в свои права, а земля уже была твердой, как камень. На редкой порыжевшей травке не было и капли росы.
Новый мир
С большого холма открывался прекрасный вид на распахнутое до горизонта, лишенное леса пространство. Ровные ленты полезащитных полос делили его на разновеликие участки серо-зеленых, каштановых и светло-песочных тонов, – то были многочисленные поля и клочки не паханной целины.
По склонам глубоких оврагов и балок карабкались вверх, растекаясь прихотливыми пятнами, густые кустарники. И в этом цветистом раздолье сходились друг с другом и разбегались вновь узкие змейки дорог, уходящих за горизонт, к еще никогда не виданным мною местам.
Знакомство с новым миром, совсем непохожим на тот, в котором мне довелось жить раньше, стало моим увлекательным делом в свободное от работы время. Лето в сухой степи длинное и чаще всего жаркое. Солнце с раннего утра до вечера висит на свободном от облаков небе и печет нещадно.
Жаркое выгорание
В походе томит нестерпимая жажда, и без объемистой фляги с водой в путь отправляться нельзя. Из-за отсутствия леса местность кажется однообразной: можно много километров пройти по степи и увидеть лишь прыскающих из-под ног разноцветных кобылок, неподвижно висящих в небе соколов - "трясучек" (пустельга), да время от времени слышать резкий свист сусликов, встревоженных неожиданным появлением человека.
В засушливый год уже к середине июня степь выгорает и становится бурой. Только тускло-серой полыни да седым ковылям удается сберечь свой естественный цвет. Но при любой засухе на пустырях зеленеют густые куртины мелкой ромашки.
Тянется к солнцу почти безлистый желтый донник, а по закрайкам полей шуршит на ветру, как бумага, лиловый бессмертник – стойкий страж степного раздолья.
Пора изобилия
Во второй декаде сентября наконец-то приходит прохлада. И наступает пора изобилия. От помидоров и яблок, арбузов и дынь стонут прилавки на рынках. В голубой вышине появляются нескончаемые вереницы кочующих грачей. За городом птиц можно увидеть больше.
Стаи голубей-вяхирей с пугающим шумом сорвутся вдруг с пашни, завьются пепельным вихрем в сторонке и снова опустятся неподалеку. Утки, гуси, журавли, дрозды, многочисленные скворцы и зяблики отлетают к югу открыто.
Следом за ними тайно крадутся ястребы, нападающие на жертву по-воровски, с налету. В поднебесье ходят кругами коршуны и сарычи, тоже захваченные великим переселением. Свист крыльев, тоскливые крики цапель и нежное «цыканье» певчих дроздов не затихают и ночью, на фоне неумолчного хора сверчков.
Все повторится
Погожая осень в степи прекрасна и величава, но хорошо там бывает и ранней весной. Как-то внезапно под натиском южного солнца сдается зима, и снег быстро тает. В лесных полосах и оврагах еще дотлевают сугробы, а на прогретых лужайках распускаются желтые венчики мать-и-мачехи, кое-где по щебнистым пригоркам склоняются синие колокольчики прострела, по солнечным склонам балок расстилаются и долго радуют глаз ковры низкорослых ирисов – желтые, фиолетовые.
В миниатюрных дубравках, таящихся по оврагам, сквозь слежавшийся слой старой листвы пробиваются к свету нежные стебельки хохлаток, а кое-где на уцелевших островках целины загораются алые огоньки тюльпанов.
Однако степная весна быстротечна, на смену ей торопится лето. И все повторяется снова. Но прежде чем с неба на землю обрушиться зной, нередко сжигающий посевы и травы, за городом в лесных полосах распускаются белые акации.
Вспоминая прошлое
В пышных гирляндах цветов, будто облитых свежими сливками, гудят хмельные от дикого меда и жаркого солнца пчелы. Неподалеку томно воркует вяхирь. Благодатный покой, разливаясь вокруг, навевает беспричинную радость.
Степь завораживает человека простором и сдержанной красотой, зовет его вдаль, обещая что-то новое, и никогда не обманывает. Она, как и наша жизнь, прекрасна и переменчива – летом щедра и приветлива, а в мороз и пургу бывает опасной. С ней хорошо дружить и нелегко расставаться надолго.
41 год прожил в Камышине и неплохо знаю сухую степь. Теперь вспоминаю прошлое и тоскую по городу, оставшихся там друзьям и знакомым местам.
А.П. СЕЧИН, Малая Дубна, Орехово-Зуевского района.