Жила была Альбина Петровна - самая больная бабушка на свете. Больнее её никого нет. Ей хуже всех. Никому так плохо не было, нет и не будет.
У неё астма. Она всем родственникам внушала, что это самое страшное заболевание.
А ещё она любила быть самой чистоплотной, самой гостеприимной, самой работящей, самой рукодельной, самой заботливой и т. п.
Но все эти "самости" только напоказ и для других.
Вместе с детьми и внуками она жила только летом на даче, а в Москве - отдельно, но требовала ежедневного обслуживания своей королевской персоны.
Любимое развлечение разбудить нас в час ночи, и сообщить, что у неё приступ, а скорую она вызывать не будет, потому что нам лишь бы её в больницу упечь, а оттуда одна дорога, прямиком на тот свет. Мы же этого только и ждём.
Причём здоровье позволяет позвонить всем своим детям и рассказать об этом. Все срываются и несутся к ней, сидят рядом, пытаются сделать укол, а она сипит, свистит, но не даёт. В итоге несмотря на её протесты, вызывают скорую, ей делают тот же укол, который она отказывалась ставить. Когда приступ купирован, она требует снять ей ЭКГ, потому что у неё болит сердце. Делают, ЭКГ для её возраста вполне хорошее, но она орёт, что врачи- неучи, шарлатаны и прочее.
Потом она начинает заводить другую песню:
"У меня с утра маковой росинки во рту не было".
Концерт не заканчивается и после отъезда врачей. Родственникам на работу ехать надо, но бабушка включает одинокую страдалицу:
"Конечно, конечно, езжайте! Что со мной старой и больной одной в доме может случиться? Умру и тогда всем станет легче и веселее! - и шмяк на колени. - Простите меня дуру грешную. Может, больше и не свидимся".
А потом с чувством выполненного долга она ложилась спать, а все ехали на работу.
Отоспавшись до вечера, Альбина Петровна начинала страдать от скуки и снова названивать детям, родственникам и знакомым, рассказывая, как она чуть не умерла ночью, а все бездушные, злые и хотят её погибели и вообще у неё новая напасть - бессонница. И никто её не поймёт, ведь все спать уже легли, а она не может и никому не даёт.
Соседи тоже получали толику её внимания.
Вечером, когда все возвращались домой, она с ведром и тряпкой, страдальчески начинала мыть на четвереньках. Начинался свистящий хрип, одышка, а она продолжала героически мыть пол, причитая, что всем вокруг всё равно, а она не может жить в такой грязи и вот теперь умрёт, но домоет. Потом приступ усиливался, но ингалятор она не использовала, а дальше по сценарию выше.
На даче телефона до поры до времени не было, поэтому и ингалятором она пользовалась систематически, врача не вызовешь, а если и вызовешь, то ехать они будут долго. Отсутствие приступов она объясняла свежим воздухом.
На свежем воздухе очень хорошо ходить по гостям и приглашать подружек на обеды-ужины. А так как она принципиально не снимала пенсию, её содержание ложилось на плечи детей. А в 90-е самим особо не разгуляешься, но Альбина Петровна требовала разносолов, сама любила вкусно поесть и перед гостями выпендриться. Дети в выходные в складчину забьют холодильник, что бы внуки не голодали и могли себе еду приготовить, и уедут в город. А заботливая бабушка всё это своим подружкам скормит и уже со среды внуки были на подножном корме. На любое замечание по этому поводу сразу начинался приступ в наказание, чтобы не повадно было её куском хлеба попрекать.
Как только появились мобильники, то тут же Альбине Петровне перестал помогать свежий воздух и начался московский сценарий.
Она очень тяжело воспринимала чью-либо болезнь, ей сразу же нужно было заболеть серьёзнее.
Когда её внучка попала в ДТП, то Альбина Петровна выговорила, что так сильно переживала и теперь по вине внучки у неё горло болит, а это наверняка ангина, а с её астмой ангина равно смерть. И ей так плохо, так плохо и температура аж 36.9°.
У сына 6 инфарктов и операция на сердце , у старшей дочери рак кишечника, отягощённый диабетом, у младший - кровоизлияние в область глазного нерва и слепота (со временем зрение вернулось частично). Но это ерунда, у Альбины Петровны всё больнее и хуже.
Она изощрённо издевалась над роднёй и причитала, что они только и ждут её смерти. Если раньше они и не желали этого, то после нескольких ночей веселья, грешным делом, начинали этого желать.
Автор: Леокадия Малышок