Герцог Карл I относился к своим младшим детям с необъяснимой холодностью, и эту холодность по отношению к младшим братьям - Пьеру и Жаку Бурбонам унаследовал и его наследник герцог Жан II.
Но между тем, был во Франции человек, который присматривался к обделенным Бурбонам (но все равно, по сути очень знатным дворянам) с большим интересом. Это был сам Луи XI, ставший королем в 1461 году. Для начала он попробовал привлечь на свою сторону самого младшего Бурбона - Жака (1444-1468). Во время коронации в Реймсе Луи собственноручно произвел приглашенного на церемонию Жака в рыцари, но тот не оценил королевской милости. Возможно, просто не понял и вернулся к Бургундскому двору, где обретался с детства.
Увы, но такой шанс выпадает раз в жизни. Можно, конечно, подумать, что Жак Бурбон не хотел особых почестей и стать кем-либо значимым, но в таких случаях дворяне обычно предпочитали принимать церковный сан. Скорее всего, Жак решил, что при близких родичах Валуа-Бургундских он сможет добиться большего чем при короле Франции: ведь и будущий герцог (Карл Смелый) мало того, что его двоюродный брат, так ещё и женат на сестре Жака - Изабелле Бурбон (1436-1465). Но Жак Бурбон так и умер, внезапно тяжело заболев, не успев жениться, почти в безвестности, так ничем и не прославившись. Но он был членом Ордена Золотого Руна и благодаря этому сохранилась страница с его изображением и гербом.
Совсем иначе сложилась судьба тех его братьев Бурбонов, что от королевской милости не отказались. Не совсем ясно, когда Пьер – пятый сын герцога Карла получил свою первую сеньорию – Боже из общего домена Бурбонов. В справочниках (тех же французских) даются разные варианты: или сразу после смерти отца в 1356 году, или уже гораздо позже при посредничестве короля Луи XI.
Но в любом случае Пьер Бурбон изначально прислонился к двору герцога Карла Орлеанского, ещё с девятилетнего возраста (с 1447 года) он воспитывался при этой семье. В 1457 году у герцога Орлеанского и его жены Марии Клевской, наконец-то родился первый ребенок - дочь Мария, и учитывая то, что что глава дома Орлеанов был уже довольно пожилым человеком (ему шел 63-ий год), шансы на появление у него наследника мужского пола, считались почти нулевыми.
Мария была очевидной наследницей отца; Орлеанский апанаж она, конечно бы, не получила (так как титул герцога Орлеанского был напрямую связан с наследованием короны, он мог передаваться только по мужской прямой линии), но старый герцог и без того был богат.
В 1461 году Мария была обещана в жену Пьеру Бурбону, в 1464-ом помолвлена с ним, а в следующем году король Луи XI дал согласие на этот брак. А вот в дальнейшем Пьеру Бурбону крупно повезло, так как он мог остаться вообще без какой-либо невесты. Этот брак с юной Марией Орлеанской был как кость в горле и для короля, и для герцогини-вдовы Марии Клевской (Карл Орлеанский скончался в 1465-ом). Короля беспокоило соединение двух столь знатных родов, а Пьер Бурбон к тому же и вошел в Лигу общественного блага (хотя был там на третьих ролях), доставившую Луи XI столько неприятностей.
Что же касается герцогини - то к счастью для Карла Орлеанского, у них после Марии, родился и сын (будущий король Луи XII), и еще одна дочь - Анна. Так вот, по брачному контракту Пьеру, как мужу Марии должно было достаться что-то слишком многовато земель старого герцога.
Но с наличием наследника мужского пола у Орлеанов такой контракт терял всякую актуальность и угрожал их интересам - вот герцогиня и заявила официальный протест в 1465 году, после смерти мужа; ей ведь помимо сына еще и о приданном младшей дочери надо было думать. Марии Клевской было жизненно необходимо вовсе уничтожить проект брака её старшей дочери с Пьером Бурбоном, и выдавать её замуж за другого знатного человека, и на совершенно новых условиях, необременительных для её сына Луи, действующего герцога Орлеанского.
В итоге брачный союз Пьера с юной орлеанкой оказался подвисшим в воздухе, прошло несколько лет - помолвка затягивалась. Вот тут-то Пьеру Бурбону и было сделано предложение, от которого в его неустойчивом положении младшего сына, необремененного многими землями, мало бы кто отказался. Нашлась другая невеста: её предложил сам король Луи - это была его старшая дочь Анна. Все же возможность союза члена дома Бурбонов надо было пресечь окончательно (хоть этот союз и сам разваливался), а во-вторых, король, по-видимому, решил создать новую младшую ветвь Бурбонов, целиком обязанную только одному ему.