Читайте на площадке @wargonzoya продолжение курса лекций по военной науке от офицера Вальдемара
Командир взвода – это первая ступень офицера. Первое ощущение тяжести погон со звёздами. Это два слова – РЕШИЛ и ПРИКАЗЫВАЮ в твоём обиходе, которые делят мир на победу и поражение, жизнь и смерть. Как-то нас, молодых лейтенантов, собрал командир, которого я считаю лучшим из всех с которыми служил, и сказал, что понимаешь, какие они тяжёлые, эти офицерские звёзды, только тогда, когда снимаешь китель, вернувшись домой.
Так вот, решение и приказ – это квинтэссенция всего пути, который прошёл офицер и командир. От того, какое решение ты принял и как отдал приказ, зависит победа в бою.
Поначалу, в 14–16-х годах командиры рот и взводов, принимая решение, отталкивались от тех возможностей, которые были, не замахиваясь на что-то большее. Т.е. работает на тебя столько-то миномётов с таким-то расходом – и на большее не рассчитывай. Мало того, можно от расхода сразу треть отнять. Вот и решай. В помощь только чёткий тайминг. Садишься и считаешь – расстояние, которое тебе надо пройти; скорость, с которой будет двигаться боец (так чтоб он к огневому контакту подошёл не на издыхании), и делишь это всё на подлётное время мины и количество самих мин. Вот тогда и становится грустно. Потому как скорость солдата надо увеличить. Вот и едешь к СОБу и раскладываешь весь тайминг и, на случай отказа связи (что зачастую) утрясаешь время и на какой мине будет перенос огня в глубину противника.
Было, что и ракетой «СТОП ОГОНЬ!» оговаривали. На случай уж очень непредвиденных ситуаций. Кто-то скажет, так это прописные истины. Да. Только при дефиците людей на батарее надо выделить одного наблюдателя, чтоб он ракету не пропустил. Это я к тому рассказываю, сколько всех мелких нюансов надо утрясти, посчитать, чтоб потом после того, как произнёс слово ПРИКАЗЫВАЮ и довёл задачу каждому, ни у одного солдата сомнений не осталось. Всё расписывал до мелочей, чтоб иксов меньше осталось. Всё равно их походу выполнения задачи куча навалится. Противник же тоже противодействие оказывать будет.
Сейчас ситуация сложнее – противник матёрей стал. Пока мы ко всяким бесконечным проверкам готовились, они боевой подготовкой занимались. Масштабы боевых действий выросли кратно. Но всё равно, я считаю, что если посидишь с секундомером, посчитаешь, да со всеми приданными все вопросы утрясёшь, то успех гарантирован. А надеяться, что кто-то там повыше всё решил – глупо. Есть вопросы у артелов, на которые только пехотеи из окопа ответят, а есть нюансы, на которые пехотеи артелам только при встрече укажут и потом вместе к общему решению прийдут. И никакие вышестоящие передасты эти вопросы не решат. Задача-то, конечно, сверху спустится, а вот решение этой задачи должны вырабатывать те, кто на земле работает.
Но не буду сейчас копаться в реконструкции управления армии, а то обвинят, что я Пригожину подвываю. Всё равно к этому придём рано или поздно, главное, чтоб не слишком поздно. Из вялотекущего конфликта, в который превратилось позиционное противостояние на Донбассе, война перешла в довольно динамичную фазу, но и это не предел. Кто может сказать, что англосаксы не примут прямого участия в конфликте? А тогда динамика боя увеличится многократно, что потребует молниеносной реакции на ситуацию и мгновенного принятия решения, прежде всего от офицеров на земле. А это достигается только в постоянной работе над собой, изучении противника и новых методов ведения войны. Верю, что эти методы скоро будут востребованны даже в неповоротливом механизме армейской бюрократии. А готовы ли мы, офицеры «на земле», к этим изменениям?
Предыдущая лекция курса: Лекция 2. Сержантский порядок в бардаке
Следующая лекция курса: Лекция 4. Голос командира
*наш проект существует на средства подписчиков, карта для помощи
4279 3806 9842 9521