Максим Горький был спонсором революционеров в России, из-за чего у него в 1905 году возникли проблемы с властью. Его арестовали, и хотя заключение было непродолжительным, было ясно, что самый «пролетарский писатель» не уживется в империи. В 1906 году он отправился в Италию, где прожил до 1913 года. Горький поселился на острове Капри, где много работал, принимал многочисленных посетителей – как русских эмигрантов, так и иностранных почитателей его таланта (к тому времени писатель уже был довольно знаменит), вел обширную переписку и продолжал спонсировать большевиков (на Капри он 2 раза встречался с Лениным – большим ценителем его творчества). Время от времени писатель наведывался в другие итальянские города – Флоренцию, Рим, Геную, Неаполь. В солнечную Италию Горький вернется в 1924 году, но в этот раз он поселится в Сорренто, где пробудет до 1933 года – вплоть до своего переезда в страну Советов.
По воспоминаниям родственников и знакомых писателя, солнечная Италия чрезвычайно благотворно действовала на Горького. Он с жадностью впитывал в себя не только ее культурные достижения, но и современную ему жизнь простых людей – рабочих, крестьян, рыбаков. По мнению ряда литературоведов, Горького тянуло в Италию потому, что он чувствовал в этой стране неуёмную жажду жизни. Культурные памятники, горячий нрав людей, красочная природа, море и солнце наложили на его творчество неизгладимый отпечаток. Итальянский опыт писателя нашел отражение в сборнике из 27 новелл «Сказки об Италии». Впрочем, название «сказки» – условное. Горький сопроводил этот сборник эпиграфом Г.-Х. Андерсена: «Лучшие сказки те, которые создает сама жизнь». И действительно в этих историях настоящая жизнь простых итальянских людей бьет ключом, а некоторые сюжеты взяты из непосредственных наблюдений писателя.
Любопытно, что в Италии Горький трудился над произведениями о российской действительности – «Делом Артамоновых», «Детством» и, конечно, «Жизнью Клима Самгина». Исследователи творчества писателя находят в них итальянские отсылки, которые придали оригинальным сюжетам особый колорит. Биографы писателя отмечают, что он глубоко проникся культурой и историей Италии. Он прекрасно разбирался в живописи итальянских мастеров, увлекался ее захватывающим и драматичным прошлым. Синтез русской и итальянской культур придает его произведениям неповторимое очарование, которого не добились другие пролетарские писатели страны Советов.