Книгу об Антоне Носике я решил прочесть сразу по нескольким причинам как профессионального, так и сугубо непрофессионального свойства. Теоретически, достаточно было бы и того, что она вышла в финал "Большой книги". Кроме того, я знаком с автором, и мне всегда интересно то, что он делает (а делает он хорошо).
Наконец (вещь, казавшаяся мне раньше почти немыслимой, но в последние годы ставшая почти привычной) я был знаком и с тем, чью биографию читал, и с "тремя эпохами Интернета в России", успев краешком поучаствовать во всех трёх.
Сразу оговорюсь ("или ничего, кроме правды"), Носика я не любил. В моей среде (которую Миша окрестил крайне уместным термином "шляхтичи" - т.е. техническая "элита", знакомая с компьютерами не с 1990-х, а с 1970-х или даже с 1960-х, - подобные ему всегда считались балаболами и верхоплавами. Мои тогдашние знакомые привыкли работать вдолгую, затевать проекты, которые будут актуальны лет через 5-10-15, а не "здесь и сейчас". Думаю, узнав про "первые сайты Рунета" 1996 года, они бы посмеялись (как, впрочем, и я: мой первый сайт в 1994-м был "заточен" ещё под текстовый браузер Lynx).
Позже, познакомившись с Носиком лично, я своего мнения не изменил: Антон матерился как дышал, много пил, был не сильно разборчив в знакомствах, регулярно делал провокационные вбросы, задолго до печально известного уголовного дела поносил с высоты неизменной кипы арабов и вообще соответствовал стереотипному образу жежиста-десятитысячника, особенно с таким ЖЖ-ником. Признавая его неоспоримые заслуги в области СМИ и блогосферы, я, тем не менее, старался держаться от него подальше.
Но в биографической литературе главное - не то, нравится ли тебе протагонист, а честный портрет эпохи и его существования в ней. И в данном случае всё получилось: портрет (даже не одной эпохи, а "трёх") - честный, и существование Носика описано с самых разных сторон (Миша взял более семидесяти интервью, прошерстил тысячи записей в блогах, сотни статей). А главное, это далеко не панегирик (не зря Носик прямо на обложке назван ещё одним крайне уместным термином - "трикстер"). Процитировав Игоря Ашманова, можно сказать, что
это был человек с огромным внутренним конфликтом, драмой, в нём уживались как бы две личности — настоящая, вечная и сиюминутная конъюнктурная, — и это прорывалось наружу. Он был алчным, но не был жадным; он не был злым, но мог сознательно и намеренно творить зло; он был циничным, но лёгким и открытым; он не был честным, но был искренним; он не был верующим, но всё понимал правильно.
В общем, даже учитывая поднявшуюся в последнее время волну историко-биографических исследований (например, все три премии прошлой "Большой книги", да, можно считать, и позапрошлой), очень и очень достойно.
#нонфикшн #история #биография #имхи_и_омги