Как говаривал великий вождь и учитель: «Сын за отца не отвечает». А отец за сына? Особенно если принять во внимание, что и отец, и сын служилые люди Московского государства?
Отличие дворян XVII века от их гламурных представителей XVIII-XIX веков заключалось в том, что в Русском царстве служили все. Служил и первый боярин, чьим предком был Рюрик, и мелкопоместный, иногда совсем без крестьян, сын боярский. За службу спрашивали строго. «Отказников» били батогами, лишали поместий, сажали в тюрьму. Родственников и поручителей провинившегося воина заставляли, в той или иной форме, компенсировать ущерб. Но человек, есть человек, трусость и геройство идут рядом. Одним словом, бегали от службы, но последствия побега были весьма любопытны.
В 1629 году дедиловские полковые воеводы сообщают, что в Елец на смену тулякам были посланы четыре человека. Трое прибыли к месту, а один, Алферий Баранцов, «с дороги сбежал, неведомо где». Начался розыск пропавшего новобранца.
Вполне предсказуемо, что розыск начался с посещения поместья отца беглеца Евтихия Баранцова. Выяснилось, что Баранцов старший «стар и увечен» и служить не мог, а вместо него: «сыну его Алферью велели быть на твоей государеве службе». Так же выяснили и то, что «крестьян де и людей у него нет». То есть, кроме сына, отец никого послать не мог.
Беглеца не нашли «бегает де по лесу». Отвечать за «шалости» сына пришлось отцу. Его «бив батоги, велели посадити в тюрьму на три дня и велели ему быть на твоей государеве службе по прежнему до отпуску». Служба есть служба. За плохого сына неси ответственность сам.
Жестоко? Да. Но в реалиях XVII века вполне нормально. Как таковой, личной ответственности виновного, в современном понимании, не было. Отвечал коллектив: семья, корпорация, друзья. Если возникали сомнения в человеке, его отдавали на «крепкую поруку».
Интересен наказ о беглых стрельцах царя Федора Алексеевича: «А с того числа, как хто збежит и покамест новик приверстан не будет, и на те дни денежное и хлебное жалованье вычитать у порутчиков их, да те вычетные денги и хлеб относить в Сьезжую избу и отдавть в государеву казну». Кстати, институт поручительства жив до сих пор, особенно в банковской сфере.
Стоит отметить еще один важный аспект. Род, коллектив, корпорация несли «репутационные издержки». Пятно позора ложилось не на одного человека, а на всё сообщество. В XVII веке репутация рода имела огромное значение, и не только в среде высшей знати, но и в других социальных слоях населения. «Местнические разборки» встречались даже у горожан.
Получалось что-то наподобие круговой поруки. Каждый отвечал за каждого: сын за отца, отец за сына, корпорация за члена коллектива. Таким образом, обеспечивалась устойчивость «служебной» системы и её работоспособность.
Автор - Михаил Фомичев.