«Мы знаем множество икон Богородицы — Казанская, Владимирская, Иверская и другие. Почему-то считается, что перед определенным образом нужно молиться в определенных нуждах. Типичный пример — икона “Неупиваемая Чаша”, перед которой молятся об исцелении от недуга пьянства. Но ведь просим же мы не образ, а Саму Богоматерь. Какая разница, перед каким Ее образом обращаться к Ней? Есть ли какое-то богословско обоснование существованию различных икон и посвященных им молитв?»
На вопрос читателя отвечает священник Александр Сатомский:
— Ответ предельно простой. С одной стороны, мы уверены в том, что Бог действует вне схем, действия Его разнообразны. Действует Он как непосредственно посылая Свою благодать , так и опосредованно, преподавая ее через своих святых, через Богородицу.
И вот, конкретное благодеяние Божие или ряд таких благодеяний, оказанных через молитвы перед какой-либо иконой и дает основания для формирования такого рода почитания. То есть в основании почитания всегда лежит случай, связанный с той или иной помощью по молитвам к Богородице у того или иного образа.
Дальше вопрос с конкретикой. Это могла быть помощь частного порядка, как, например, та же самая история с иконой «Неупиваемая чаша», когда конкретному человеку является Богородица и дает соответствующего рода указания. Может быть, помощь общего порядка, как например, избавление Москвы от нашествия по молитвенной помощи Богородицы и соответственно присутствием в столице Ее Владимирского образа.
Так в истории мы видим формирование абсолютной нормативности практики почитания тех или иных образов, связанных с Богородицей или же святыми.
При этом мы так же с точки зрения богословия имеем в виду, что единственным подателем всяческих благ, единственным источником благодати является не образ, не тот или иной святой как личность и даже не Богородица, а только Пресвятая Троица, только сам Бог.
Все наши молитвы, связанные с почитанием той или иной реликвии, с теми или иными местами паломничества, обращенные к Богородице перед чудотворной Иерусалимской иконой прямо в городе Иерусалиме или же в чистом поле перед бездною голубого неба— все восходят к одному и тому же Подателю всех благ.
Поэтому мы почитаем те или иные образы, но самостоятельной субъектностью их не наделяем. Это одно из базовых положений нашего богословия, связанного с иконами, как с образами, к Первообразу восходящими.
Обратиться к Богородице с той или иной молитвенной просьбой можно абсолютно перед любым ее изображением, или с полным отсутствием такового. Все это — вопрос веры, иногда она нуждается в каком-то дополнительном основании и подпорке. То есть нам легче понимать, что вот перед этой святыней уже многие получили просимое, поэтому степень нашего доверия может быть чуть выше, это помогает в наших отношениях с Богом. Но, повторюсь, это все вторичный механизм. Не иконы и не Богородица чудотворят, а Сам Бог!