Тигр и Евфрат, две крупнейшие реки Западной Азии, упоминаются в первой и заключительной главах Библии. В главе Бытие говорится, что они протекают в Эдемском саду, в Откровении Иоанна Богослова сообщается, что их пересыхание станет одним из событий апокалипсиса. Такое отношение со стороны древнейшей религии неудивительно: Евфрат и его северный товарищ являются местом, откуда началась вся человеческая цивилизация.
На самом деле, неолитическая революция, то бишь, постепенная замена охоты и собирательства сельским хозяйством, стартовали на Армянском нагорье, которое находится немного севернее. Там произрастали дикие сорта пшеницы, которые местные племена начали культивировать, в течение жизни многих поколений отбирая сорта с наилучшими качествами. А на крутых склонах Малого Кавказа, который проходит параллельно главному Кавказскому хребту, обитали бесчисленные стада муфлонов. Люди перестали охотиться и начали защищать от хищников этих предков овец, что было удобно в горных долинах.
Однако, для юного человечества основание цивилизации именно здесь являлось мероприятием неосуществимым. Поэтому зарождение сначала отдельных полисов, а потом и целых государств, началось в долинах Тигра и Евфрата немного южнее. Благодаря хорошему орошению и плодородному илу, снимать урожай здесь было можно по нескольку раз в год, а потому население начало расти.
Всего этого могло и не быть, если бы не южная, наиболее протяженная из этих рек.
Традиционно считается, что современное название реки происходит от греческого слова, которое означает нечто среднее, между «добрый» или «хороший». Однако, это ошибочная народная этимология. На самом деле, как это за ними водилось, эллины исказили иранское название Уфрату, персы так произносили эламское имя реки Ипратуп, эламиты использовали аккадское слово Пуратту, аккадцы заимствовали шумерское Бурануна. В общем, жучка за внучку, кошка за жучку, мышка за кошку – да так и получилось, что истинное значение исходного названия нам попросту неизвестно.
Зато известно, что в богатой долине одной из величайших восточных лет, сменяя друг друга растили хлеб многие древние народы. Тот водный поток, который мы в узком смысле именуем Евфратом, образуется на территории Турции из слияния рек Мурат и Кара-Су. Таким образом, он начинает свой путь с территории нагорья, которое является частью горной системы Тавр и расположено на половине пути между горой Арарат и озером Ван. С другой стороны того же водораздела проистекает более полноводный, быстрый, но и короткий Тигр.
Турецкая часть реки представляет из себя быстрый горный поток, но пока ничего особенного. Хотя, во второй половине 20-го века здесь было построено несколько небольших электростанций. В пределах сирийских границ – это уже достаточно значительная река, которая держит путь через горный каньон. Сирийцы часть вод используют для орошения, а на берегах преобладает растительность, характерная для субтропиков. В Ираке Евфрат прокладывает свой путь через пески. Когда-то там было нечто, вроде тугая, который и сейчас встречается в Средней Азии. Но уже свыше пяти тысячелетий разбиты бескрайние поля.
Большую часть своей истории Евфрат и Тигр впадали в Персидский залив по отдельности. Но стали одной рекой примерно во времена Христа. Чтобы не спорить, какая из двух рек является главной, их общий поток сейчас носит название Шатт-эль-Араб, т.е. Арабский берег. Он отделяет Ирак от Ирана и впадает в Индийский океан.
Без своего притока Мурат и до слияния с Тигром длина Евфрата составляет 3 065 километров. Треть своих вод он получает с территории Турции в процессе таяния снегов, пятую часть и почти половину река берет от дождей, выпадающих, соответственно, в Сирии и Ираке. И совсем незначительные сезонные притоки впадают в него из Саудовской Аравии и Кувейта. Большую часть года это высохшие русла, которые арабы называют вади.
В нижнем течении качество воды ухудшается, а потому ее становится невозможно пить. Благодаря интенсивному сельскому хозяйству происходит постепенное засоление, что было проблемой еще в эпоху шумеров. Во времена Арабского халифата там возникли болота – с того времени в регионе живут потомки древнего населения и бедуинских племен, которых сейчас зовут болотными арабами. Также, начиная с багдадских халифов, тут любят партизанить все, кто недоволен властями. Последний из таких мятежей, случившийся в начале 1990-х и сразу после войны в заливе, едва не покончил с режимом Хусейна.