Бутик-отель "Гостиный двор", - база нашего блог-тура и одно из лучших мест, где мне доводилось останавливаться, - стоит на главной площади Мичуринска, напротив Взлетающей церкви, как я прозвал Ильинский храм с его золотым шпилем. О самом храме и домах на площади я рассказывал в первой части, однако интересны здесь не только дома. Вот на углу монументальный Иван Владимирович Мичурин (1950) глядит наискось улицы, в сторону своих вуза и могилы.
Однако первый ещё не мичуринский, а козловский сад появился рядом с будущим памятником (а тогда - с Покровским собором) даже до рождения учёного. Знакомая нам по прошлым частям Советская улица, проходя через площадь, упирается в ворота одного из старейших городских парков России:
Но тут стоит обратиться к истории города Козлова, напоминающей о знаменитом парадоксе Ахилла, которому не суждено обогнать черепаху. Про города-Ахиллы с бурным, ярким, страшным прошлым, фантастическими взлётами по явным и очевидным причинам и столь же стремительными падениями, конечно куда интереснее читать. Козлов же в этом плане - именно что город-черепаха: основанный на месте этого сада в 1634 году как крепость, он стоял себе на краю Дикого поля, рос понемногу, да и вырос к середине 19 века до 20 тысяч жителей.
Много это или мало по тогдашним меркам? Примерно 1/12 от Москвы. Думаю, ближайшим аналогом Козлова в современной России можно назвать Сургут, с поправкой на то, что "чёрное золото" тут не жидкое и горючее, а жирное и плодородное. В общем, город без особого статуса - но огромный и купавшийся в деньгах. И вот в 1847 году, после обращения тамбовского губернатора Петра Булгакова, государь-император Николай I лично распорядился организовать в Козлове парк, в те времена да в уездах сущность не сказать чтобы обыденную.
Беда в том, что городская казна была не слишком изобильна, чего не сказать о сбережениях местных купцов, напрочь не понимавших, зачем нужны деревья, плоды которых не продашь. Зато градоначальником Козлова служил отставной майор Константин Шпайнарский, который, получив приказ, конечно же бросился его выполнять.
По современным меркам это выглядело самым настоящим чиновничьим беспределом: Константин Осипович изводил купцов проверками, придирался к каждой мелочи и устраивал нарочито позорные наказания вроде принудительных общественных работ на площади, а однажды реквизировал доски, неосторожно сваленные краешком на проезжую часть. Вдобавок, на пути встала ещё и разбушевавшаяся в том же 1847 году эпидемия холеры, по случаю победы над которой козловчане построили Боголюбский собор из первой части. В итоге Горсад был разбит лишь в 1853-54 годах, и границы его с той поры почти неизменны:
От Советской, которая и обогнув ворота, проходит город буквально насквозь, в сад вклинивается гимназия (1880):
Местные, почему-то, очень гордятся Аллеей Писателей (1968) в глубине парка:
К которой тяготеет Сам - не знаю точно, сколько в Мичуринске памятников Мичурину, но десяток наберётся наверняка:
Ныне Горсад опрятен и многолюден, а на аллеях его - многочисленные инсталляции, будь то ажурные велосипед и машина или жестяной кинопроектор - на самом деле реклама кинотеатра "Октябрь", находящегося в прямой видимости парковых ворот:
См. также:
И в целом среди других старинных городов Мичуринск выделяет ещё и первоклассная инфраструктура. Про неё - отдельные рассказы:
Бутик-отель "Гостиный двор" и турбизнес с человеческим лицом по-русски.