История это совершенно дурацкая. Осенью 1916 года крещеного еврея, студента юридического факультета Московского университета Евгения Шварца призывают служить в Русскую императорскую армию. Попал в запасной Царицынский батальон. Пока учился воинской науке, произошла Февральская революция.
Временное правительство посчитало, что все студенты, призванные в армию, обязаны учиться в военных училищах и Шварца перевели в Москву, зачислили юнкером в училище, а 5 октября произвели в прапорщики.
В начале 1918 года прапорщик Шварц вернулся в Екатеринодар, где проживали родители. Там вступил в Кубанскую армию генерал-лейтенанта Покровского. Принимал участие в боях против большевиков, 27 марта 1918 года поступил в Добровольческую армию, участвовал в "Ледяном походе", где генерал Корнилов приказал красных в плен не брать, был тяжело контужен, потерял пару зубов, лежал в госпитале, комиссован.
В 1919 году, в Ростове-на-Дону, при немцах, работал в театральной студии. Зимой 1920 года был снова мобилизован в армию, только теперь в РККА. Зачислен в политотдел Кавказского фронта как актер и театральный инструктор. Через год был демобилизован, колесил с молодой женой в труппе "Театральной мастерской", давал представления в голодной провинции. Если кто помнит фильм Александра Митты "Гори, гори, моя звезда" (1969г.) про гастролировавшего в Гражданскую театрала Владимира Искремаса (играл О.Табаков) — так это про него, Евгения Шварца.
И как с такой биографией выжить в 20-е, когда ЧК хватало офицеров-белогвардейцев? Как выжить в тридцатые, когда ОГПУ и НКВД арестовывали и отправляли на расстрельные полигоны не только офицеров-белогвардейцев, но и офицеров РИА? Как? Он скрыл эти факты.
В анкетах Шварц писал, что в 1918 году служил в продотряде. Затем шла честная история про мобилизацию в РККА и далее. Его участие в белогвардейском движении нигде не всплыло. "Ошибку молодости" он вспоминать не любил.
Был ли он идейным белогвардейцем? Вряд ли. В то время многие молодые люди жили "без царя в голове". В декабре 1952 года, вспоминая те годы, он писал в дневнике, без подробностей:
"Куда меня несло, туда я и плыл, пока несчастья не привели меня в себя и я не попал в Петроград 1921 года артистом Театральной Мастерской».
Николай Чуковский в предисловию к сборнику 1966 года так писал о Шварце:
"Годы гражданской войны Женя Шварц прожил в Ростове-на-Дону. Там он начал писать стихи — по большей части шуточные. Там он служил в продотряде. Там он стал актером. Там он женился..."
Никто и не знал о белогвардейском прошлом Шварца, до тех пор, пока в руки исследователям в конце 80-х не попали его письма, которые он писал в 1917-1918 году своей майкопской знакомой Варе Соловьевой.
И это хорошо. Иначе никогда не появились бы философские сказки "Дракон", "Тень", "Обыкновенное чудо" (спектакли "Дракон" и "Тень" по пьесам Шварца были запрещены сразу после выхода), "Сказки о потерянном времени", сценарии к фильмам "Золушка", "Первоклассница", "Дон Кихот".
У Вари Соловьевой, которой часто писал Шварц, были две родные сестры Елена и Наталья. Елена была влюблена в Шварца, и как писала Н.Соловьева: "Леля очень любила Женьку и хотела для него лучшей подруги жизни".
Но он выбрал в 1919 году ростовскую актрису Гаяне Халайджиеву (Холодову) (от которой все равно ушел в 1928, а в 1945 прописал ее образ в роли мачехи Золушки), а Лена Соловьева погибла в 1919 году, спасая раненых при штурме Ростова-на-Дону частями Красной армии.
А прошлое все равно преследовало его. В 1941 году Шварц пришел в военкомат с твердым намерением записаться в народное ополчение. Но после контузии, полученной в давнишнем "Ледяном походе", Евгения Шварца мучил сильный тремор рук. Военком отказал писателю.
Вера Кетлинская вспоминала:
"Записывать его не хотели — все знали… что он плохо владеет пальцами. Его стали убеждать, что он не сможет держать винтовку, не сможет стрелять.
— В армии не только стреляют из винтовки. Я могу пригодиться. Я не могу иначе. Вы не имеете права отказать мне.
Ему не посмели отказать. Когда он расписывался, он каким-то сверхусилием воли заставил свои пальцы не дрожать, и, поставив подпись, с торжеством огляделся, сказал "спасибо" и быстро вышел. В народное ополчение его все-таки забраковали при медосмотре".