Целых 20 лет не видела Веру Петровну. С тех пор, как ее сократили на работе, наши пути не пересекались.
И вдруг телефонный звонок. К удивлению Веры Петровны я сразу узнала ее голос. Звуки я хорошо всегда запоминала.
Стоит хотя бы один раз услышать голос, в следующий раз я его уже узнаю. А если в одном кабинете работали 12 лет, то разве можно забыть.
Голоса с возрастом меняются, но не сильно. Только разговаривала Вера Петровна медленно, как будто подбирала слова.
За такой большой срок в ее жизни произошли изменения не в лучшую сторону. Проблемы со своим здоровьем и еще больше переживания о сыне. Он теперь инвалид-колясочник, да еще добавил серьезное осложнение всем известный vиrус.
Приходится сыну три раза в неделю ездить на серьезные процедуры. Пандуса в подъезде нет, живет на втором этаже. Дом расположен в пригороде.
По вопросу установки пандуса обратились в обслуживающую организацию. Получили отказ с объяснением, что они всего лишь исполнители. Обратились в районную администрацию. Обещали изучить техническую возможность. И дальше тишина.
Решила Вера Петровна написать просьбу губернатору. По слухам он помогает жителям региона в решении разных проблем, когда другим способом решить их не удается.
С этой целью она мне и позвонила. Попросила написать обращение. Разумеется, я не отказала. На что моя нынешняя коллега Ирина сказала, что Вера Петровна неправильно поступает. Нельзя решать проблемы за своих детей. Пусть её сын сам добивается.
Я поразилась такому мнению - сын не в состоянии передвигаться, да и настроение упадническое. Кто кроме матери поможет. Жена пассивная, у дочки маленький ребенок.
На что Ирина сказала - родители вырастили, дали образование. Дальше дети должны жить своей жизнью, и все трудности преодолевать сами, не вешая их на родителей. Поспорили мы с Ириной, каждый остался при своем мнении.
На прошлой неделе Вера Петровна приехала ко мне на работу. Я теперь обычный работник, и в кабинете сижу не одна.
Нас всего двое, но в то время, когда она вошла, была еще одна коллега. Не прошло и минуты, как они покинули кабинет. Сразу я не придала значения. Потом мне мягко намекнули, что такой внешний вид тяжело выдержать.
Вера Петровна по телефону мне не сказала, что ходит с трудом. Я бы и к ней домой приехала. Но теперь уже поздно рассуждать.
За 20 лет женщина сильно изменилась. В то время, когда она работала в моем отделе это была красивая женщина, ухоженная. Одевалась лучше всех в коллективе. И жилье у семьи было по тем временам элитное. Муж занимал приличную должность, получал хорошую зарплату.
Пока я писала губернатору в голове чувство сожаления, что за 20 лет у Веры Петровны произошли такие серьезные изменения. Сказался не возраст, а здоровье, переживания о сыне. Она хорошо владеет компьютером, раньше она бы и сама написала, а теперь ей не под силу.
Прошло несколько дней, у меня из головы до сих пор не уходит увиденное чувство пренебрежения возрастом, состоянием здоровья Веры Петровны со стороны теперешних коллег.
В своей молодости я не припомню брезгливого отношения к старости. Возможно, в мой круг общения такие люди не входили.
И еще - я категорически за помощь своим детям в трудных ситуациях. Или я не права?