Сергей Кузьмич, некогда любивший помять подушку часов до десяти, если позволяли обстоятельства, теперь, следуя стариковскому, пенсионному графику, сминал её до состояния гандбольного мяча, часов на пять раньше обычного. Он поднялся и прошёл на кухню. Люба, уже, сидела на кухне и хлюпала носом.
- Ну, вот! – развел руки в стороны Сергей Кузьмич. – Самый радикальный способ: «одним махом все беды побивахом» в действии! Нешто ты, наконец, прониклась высказанной мною тебе, давным-давно, мыслью, о печальных последствиях «уз Гименея» с моим непредсказуемым отпрыском? Ты решила, что монструозный Сергей Горыныч – вражина трёхглавая, готовая скушать несчастную Любашу со всем, что есть на ней и при ней. А я, всего-навсего, человечишко с гипертрофированным чувством справедливости, желавший пожертвовать сиюминутным увлечением собственного сына, ради твоего дальнейшего благополучия. Но, услышан я не был. Теперь, все твои проблемы полезли на свет божий, как опара из квашни, Сергею Горынычу на голову. Знаешь, что, Любаня, ты не пробовала запретить Алешке употреблять горячительное?
- И как вы себе это представляете? «Высочайшим» манифестом? Да плевать он хотел на мои запреты! Для него, по какой причине, не знаю, на данный момент фетишем стала Светка. Не могу взять в толк, зачем она разводились? Для чего понадобилась я? И сегодня они заявятся сюда. Люба закрыла лицо ладонями, и громко всхлипнула. Дыхание прерывалось, она хотела что-то сказать и не могла.
- Ну, ну! Успокойся, детка. Ничего, глобально непоправимого не произошло!
Люба глубоко вздохнула, вслух посчитала до пяти и произнесла: -Действительно, Что, собственно произошло? Ни-че-го! Пускай, что хочет, то и делает. Бабник, он и есть бабник. Видимо, есть в кого. В вас, а? Сергей Кузьмич?
- Люба! Следи за своими словами. Смею тебе заметить, я уже в достаточно преклонном возрасте, и уже много лет одинок. И это не дает тебе права плохо обо мне судить.
- Простите, Сергей Кузьмич. Это нервы. Вы живете в своем коконе-мирке для себя, ничего не зная, ничем не интересуясь. Вчера, например, Алексея застукали прямо в редакции, с некой особой, а он, говорят, даже глазом не моргнул. Как будто, так и надо.
- Давай, для начала, восстановим справедливость. Если я ничем не интересуюсь, то, что это мы с тобой тут столько времени обсуждаем? И второе. С некой особой? И кто же это такой всевидящий и говорливый? - спросил Сергей Кузьмич, а в голове, шкодливым бесенком крутилась поганая мыслишка: «А оно тебе надо? Жил спокойно, и живи себе дальше. Не лезь не в своё дело!»
Сергей Кузьмич посмотрел на невестку, немного помолчал, и произнёс: - Не след, конечно, мне влезать в ваши дрязги, и знать мне всё это ни к чему. Но, коли назвался груздем… Ты, Любаша, пойми, повлиять на Алексея не в моих силах. Единственное, что я попробую сделать, это поговорить с ним, чтобы не тащил за собой Светлану сюда. И тебе совет. Поменьше слушай доброхотов и доброжелателей. Язык у человека мал, а сколько жизней он сломал. Всем верить на слово, лучше спрятаться в пещеру, и жить одному. Я, более кого бы-то ни было, осведомлен, что из себя представляет мой сын. Поздний и единственный мой ребёнок. Разбалован. Безрассуден. В голове – полный винегрет. И к тому же, веяния времени. Ну, разошлись, ну и что? Друзьями же остались! Так нынче у вас принято! Так почему же друга не пригласить в гости? Это, Любаша, не мои убеждения, это то, что я наверняка услышу от сына после разговора с ним.
Да, и профессия его, отнюдь не мёд с молоком. Накладывает свой отпечаток на характер. Последняя его командировка в Сирию, была - не приведи Господь. Я-то знаю, что говорю. Я, всю жизнь отдал военному делу, и не в тишине штабов, протирая на креслах лампасные бриджи. А вот ты, зная от меня, и видя сама, каков есть Алексей, не предприняла ничего, чтобы направить его на путь истинный. Поверь, с ним, надо быть пожёстче, и в то же время разделить его жизнь на двоих, и принять эту половинку, как свою. Глядишь, и толк в семье у вас будет.
- Всё это сложно, и не для меня. Уйду я от него, Сергей Кузьмич. Надоело. Что, я замуж не выйду что ли? Вы правы. Не услышала я вас тогда. Свою ошибку я исправила. Подала на развод. Меня с ним ничего не связывает. Я, глупая, надеялась на образованного и умного мужа. Да лучше за деревенского мужика выйти. Они - мужики домовитые, прижимистые. Деньгам цену знают. А Алексей, знай, сорит ими налево-направо, словно у него в подвале печатный станок. А прилипалы всех мастей, тут как тут. Отчего же на дурняк не попользоваться? И Светочка первая. В прошлый раз только намекнула, как ей, несчастной, трудно без работы, а он не глядя вытащил из кармана начатую пачку тысячных купюр, и бросил ей небрежно. Пользуйся, мол, от щедрот моих.
- Ну, есть за ним такое. Может бросить кому угодно. А у Светки сейчас, как говорится, кризис отношений. Нет на примете щедрых лёшек. Очень мне не хочется быть навязчивым советчиком, чтобы потом стать ответчиком, но, всё же, ты пожалуй, права. Гордиев узел проще разрубить. Чем дальше в лес, тем больше бурелома. Увязнешь, а потом будешь, в паре со Светкой, по графику, а может и вместе, ездить к нему, напрашиваясь снова замуж. Чья возьмет. Светка о себе была завышенного мнения, думала, мужики за ней табунами бегать станут, да тем более, за такой раскрепощенной. А, оказалось, подрастеряли они нынче гены-то свои конские. И осталась Светка «при своих». Вернее, «при Лёшкиных». Не нравилась она мне никогда. Но, Алексей привел её, и я смирился с его выбором и её выкрутасами. А Лёша не из тех, кто смирится, станет терпеть. Видимо, тяжелы оказались рога для его головы, и он, ни мало не заморачиваясь, выставил её за порог в придачу с рогами, чтобы добро задаром не пропало.
Так нет, же! Едет, как к себе домой. «Какой вы отсталый, старорежимный человек, Сергей Кузьмич! Надо жить в ногу со временем. Мы остались добрыми друзьями, а друзья должны встречаться!» -парировала Светик на мой вопрос: «Какого черта она здесь забыла?»
Такая участь ждет и тебя. В списке Лешкиных «друзей» окажешься, и ты. Он вас словно привораживает. Светка здесь села встала, я так полагаю, Женька-коллега, и есть та самая особа. Ты – на подходе. Как говорят: «третьей будешь?» Я вот однажды разозлюсь, и всей вашей компании наддам пинка под зад! Развел тут гарем, понимаешь, Лёшик-паша, чертов! А мне на старости покоя нет! Любуйся, Сергей Кузьмич, на ваши закидоны, осваивай новые реалии бытия! «Бачилы очи, шо купувалы?» Так наведи порядок в своей семье! Уйду! Разведусь! Подумаешь, подвиг! Ты, что не баба? Другая бы, Светку за шкирку, Женьку за патлы, и за ворота! А я бы, тебя, поддержал, с поганой метлой в руках! А ты, соплю жалостливую пускаешь, слова боится лишнего сказать дабы не обидеть никого, да ничего непотребного не вышло!
- Да правы вы, Алексей Кузьмич, тысячу раз правы. И слезами здесь не поможешь. Я, пожалуй, попробую воспользоваться вашим советом. Хотя боец из меня аховый.
Окончание рассказа здесь.
Канал "Стэфановна", для тех кто не читал, предлагает Вашему вниманию рассказы: